Диана Рымарь – (Не) моя свадьба (страница 16)

– Вы проведете в моей квартире неделю, и за это время ты поможешь мне найти подход к ребенку.

Хотел, чтобы Милана прочувствовала всю серьезность его намерений.

Она шумно вздохнула, что-то хотела сказать, но не сказала, лишь плотно сжала губы и крепче прижала к себе спящего ребенка. Потом поднялась с дивана.

Ответила ему неожиданно тихо и спокойно:

– Я сейчас уложу Пашу в спальне, а потом мы поговорим.

Баграт кивнул, очень собой довольный. Ему понравился ее тон, и то, как она восприняла новость. Правильно восприняла.

Проводил ее взглядом, стал ждать, когда выйдет из спальни.

Мысленно очень порадовался реакции Миланы. Она поступила как умная, рассудительная девушка. В конце концов, она ведь должна понимать, что он, как отец, имеет право общаться со своим ребенком. Он ясно дал ей сегодня понять, что выпендрежей с ее стороны не потерпит. Наверное, до нее наконец дошло, с кем имеет дело.

Уже прикидывал, какое содержание ей предложит, когда она согласится на все его условия. Подсчитывал, сколько примерно может понадобиться на ребенка в месяц.

Милана вскоре показалась в дверном проеме.

Баграт встал, ожидая ее приближения. Вскользь отметил, как она тщательно прикрыла дверь спальни.

А потом Милана наконец к нему повернулась. Вдруг вперила в него ненавидящий взгляд и зашипела:

– Пошел вон из моей квартиры!

Хищно так зашипела, при этом сверкнула глазами, сжала руки в кулаки.

Вот тебе и спокойная рассудительная девушка.

Ничего-то она, похоже, не поняла. Что ж, он терпеливый, объяснит.

Баграт свел брови у переносицы, навис над ней и процедил строго:

– А ну, пошла собирать вещи!

– Я с тобой не поеду! – заявила с чувством.

– Еще как поедешь…

Он пропустил момент, когда она кинулась к дивану за телефоном. Схватила его и стала судорожно набирать номер.

– Я сейчас вызову полицию и напишу на тебя заявление. За то, что ты вломился в мою квартиру…

Баграт в два прыжка оказался рядом, выхватил у нее мобильный, сказал еще строже:

– Ты никому не позвонишь. Сделаешь, как я сказал, или будут жестокие последствия.

– Отдай телефон! – взвизгнула она и попыталась отнять мобильный.

Но Баграт просто поднял его над ее головой так, чтобы она не могла достать, благо высокий рост позволял. А потом продолжил строго:

– Приди в себя, женщина. Со мной лучше дружить, а не воевать…

– Ты похитил моего ребенка! Просто забрал его и увез! О какой дружбе ты говоришь?

Она швырнула в него эти обвинения с перекошенным от гнева лицом.

А Баграт разозлился еще больше.

Он посмотрел на нее бешеным взглядом и прорычал, теряя терпение:

– Я никого не похищал! Он и мой сын тоже, а по твоей вине я пропустил первые месяцы его жизни…

Думал, девчонка хоть немного усовестится, но куда там.

– Я звонила тебе, я говорила про беременность, это твои проблемы, что ты не слушал!

Баграт с силой сжал телефон Миланы, очень постарался как-то успокоиться, прийти в себя. Часто задышал, опрометчиво опустил руку, и паршивка тут же кинулась к нему в попытке отобрать телефон. Хватило же смелости.

– Отдай, гад! – шипела она.

Баграт отшвырнул мобильный в сторону, перехватил руки Миланы. Она хотела броситься за телефоном, но он не дал. Повернул ее к себе спиной, зажал в тисках рук.

– Успокойся! – прорычал на ухо. – Никуда ты от меня не денешься…

– Отпусти, – простонала она.

Но Баграт лишь крепче прижал ее к себе. На секунду застыл, пораженный тем, как тело отреагировало на непосредственную близость девчонки. Кровь и без того кипела, но теперь к сжигающей его ярости примешалось древнее как мир желание.

Он вдохнул ее аромат. От брыкающейся нахалки одуряюще пахло чем-то сладким, до дрожи приятным и возбуждающим.

«Так, спокойно, – попытался он себя утихомирить. – У тебя просто давно не было секса, вот и все».

Он помотал головой, отгоняя наваждение.

– Баграт, отпусти! – потребовала Милана и в очередной раз попыталась вырваться из его рук.

– Успокойся и послушай меня, – заговорил он ей на ухо. – Ты родила не от какого-то там ханурика, а от меня. Я же по-доброму хочу, по-хорошему. Я готов как следует раскошелиться…

– Засунь себе свои деньги в задницу! – взвизгнула она.

При слове «задница» попыталась пихнуть его спиной. Прикоснулась своей чудесной попкой к его мужскому достоинству, которое и без того к этому моменту уже жгло желанием.

Баграт чуть не взвыл от такой девичьей глупости.

– Продолжишь пихаться, и я тебе самой что-нибудь куда-нибудь засуну… – проговорил он и наконец отпустил.

Милана отпрянула от него с такой скоростью, будто он прямо сейчас собрался выполнить задуманное.

– Ненавижу! – прокричала она.

– Ненавидь на здоровье, – проговорил он с горящим взглядом. – Но ты сделаешь, как я сказал, иначе вообще без сына останешься. Я тебе это обещаю!

– Ты похитил ребенка! – как заведенная повторяла она. – Я скажу об этом полиции… Ты его за планшет купил! На сколько это, по-твоему, тянет?

Баграт чертыхнулся, вспоминая утреннюю сцену с соседкой Миланы. Так и есть, забрал ребенка за планшет.

– Станешь вмешивать полицию, только себе хуже сделаешь, – проговорил он со злой усмешкой.

– Это как же? – развела она руками.

– Сама дура, оставила ребенка непонятно с кем. Как думаешь, органы опеки не заинтересуются мамашей, которая доверяет сына женщине, способной отдать его вот так просто? Заинтересуются, еще как!

– Ах вот ты как все выкрутил? Я Кире позвоню! Она на тебя Левона натравит! – вытащила мерзавка свой последний козырь. – Он из тебя фарш сделает…

Баграт закусил губу в попытке сдержать рвущийся наружу русский матерный трехэтажный. Сжал кулаки и прогремел:

– Левон мне не указ! Паша – мой сын, а не его. Как мужик, он меня поймет…

– По документам ты Паше никто! – не сдавала позиций чертовка. – Я обращусь в полицию и добьюсь ордера, чтобы ты к нам с Пашей близко подойти не мог…

Пугала блоха слона, что пойдет на него войной.

– Дрожу от ужаса, – проговорил он, зло ухмыльнувшись.

– Это тебе сейчас смешно, потом смешно не будет, – заявила она почти уверенно.

Баграт смерил ее хищным взглядом и прогремел: