Диана Рымарь – Его похищенное сердце (страница 2)
Я выхватываю из сумочки телефон, открываю фото Али — сделала этим утром ее снимок в новом свитере. Тычу фото в лица людей и твержу:
— Вы не видели эту девочку? У меня пропала дочка!
— Спокойно, мамаша. — Ко мне подходит здоровенный охранник в синей униформе.
Он говорит что-то в рацию.
Следующие пятнадцать минут сливаются для меня в одну… Тягучую бесконечную вечность.
Двери гипермаркета закрывают, по громкой связи делают оповещение:
— Пропала девочка, Алевтина Морозова, четыре года, одета в красный свитер с единорогом. Нашедших просьба сообщить о местонахождении ребенка на информационную стойку.
Это не помогает, никто не бежит ничего сообщать.
— Девочка, с двумя хвостиками, глазки черные, волосы — тоже, в джинсах и красных кроссовках… — продолжаю я твердить разным людям сквозь слезы.
Потом появляется полиция.
Вместе с суровым дядькой в полицейской форме я спешу в комнату видеонаблюдения, где уже сидит серьезный охранник.
Снова судорожно объясняю, где мы были, когда я упустила ребенка из виду.
— Я не знала, что она вот так сбежит, она обычно не сбегает. Я даже не услышала ее шагов… — зачем-то принимаюсь оправдываться.
Но меня почти не слушают.
Люди в форме начинают изучать записи, вскоре находят место и время, когда мы с Алей стояли у стойки с молоком.
Я вижу себя вместе с Алей, которая мается возле тележки с продуктами.
А потом вдруг что-то случается, все изображения с камер пропадают, компьютер выдает какую-то фатальную ошибку. Экраны гаснут и снова вспыхивают, но уже светясь однородным синим цветом.
И все…
Я покрываюсь липким потом, в шоке смотрю на синеву мониторов.
— Ой еее… — тянет охранник. — Не переживайте, у нас иногда бывают сбои.
Он пытается перезагрузить аппаратуру. Слишком долго возится с проводами. По итогу программа так и не реанимируется.
— Прям так и глюкнуло все на моменте пропажи девочки, — недоверчиво щурится полицейский. — Что-то тут не то.
Тут-то и начинается настоящая беготня.
Следующий час сотрудники гипермаркета вместе с полицией ищут мою пропавшую дочку. По рядам, у кассы, на складе, на парковке — на случай, если девочка все же умудрилась прошмыгнуть на улицу.
Я тоже не могу бездействовать.
Плюю на указания полицейских сидеть на месте и мотаюсь по рядам.
Проклинаю себя за то, что не купила дочке этот чертов плей-до. Ну что от меня убыло бы, что ли? Тысяча рублей всего… Ну измазала бы она диван в очередной раз, никто бы не умер. Пусть бы хоть телевизор измазала, хоть стены.
— Алечка, ты только найдись, я тебе все куплю! — шепчу дрожащими губами.
Дочка не находится.
Я стараюсь держаться, не рыдать бестолку — никому моя истерика не поможет.
Но когда передо мной появляется полицейский и сообщает, что поиски на территории гипермаркета закончены, а Аля так и не найдена, кричу как потерпевшая:
— Как же так! Вы должны ее найти!
Потом следуют бессмысленные разговоры с охраной, меня чуть ли не силком запихивают в полицейскую машину.