Диана Мэй – Цветок Исгарны (страница 8)

Она подняла голову, и её зелёные глаза широко распахнулись от неожиданности. Тон моего голоса заставил её насторожиться, и тонкие брови поползли вверх.

– Что случилось, братец? Ты выглядишь… встревоженным.

Я взял её за локоть и отвёл подальше, за прикрытие серых валунов, где шум прибоя и ветер гарантировали нам уединённость.

– Помнишь, я говорил тебе, что на кораблях обычно только мужчины? Воины? – начал я, понизив голос до шёпота.

Она молча кивнула, и в её взгляде читалось любопытство и тревога.

– Так вот… На этом… была одна девушка. Молодая. Я… – я запнулся, подбирая слова. Как объяснить то, что не мог понять даже сам? – …Я нашёл её в воде. Она тонула. И… вытащил её. Она жива. Я спрятал её.

Сонора ахнула, прикрыв рот ладонью. Её глаза стали огромными от изумления и ужаса.

– Ты… спас человека? Девушку? Но… старейшины… Дракан… Они же…

– Они не знают, – резко оборвал я. – И пока не должны знать. Калия что-то почуяла… но я всё отрицал. – Я схватил сестру за плечи, заглядывая в её широко распахнутые глаза. – Слушай. Она… не воин. Безоружна. Совсем хрупкая. Почти как ты. Но она чужая. Я не знаю, зачем она была на том корабле. Возможно, она – ключ к разгадке. К тому, почему они снова осмелились приплыть? Я должен это выяснить. Но для этого она должна остаться в живых. И… – я сглотнул ком в горле, – ей прямо сейчас нужна твоя помощь.

Сонора смотрела на меня, и в её взгляде читалась целая буря эмоций: страх, непонимание, но затем проступило острое любопытство и… что-то похожее на сострадание.

– Моя помощь? Но что я могу сделать?

– Она… промокла до нитки. Её одежда – эта грубая человеческая ткань – совсем не сохнет. Ей нужно во что-то переодеться. Во что-то сухое и тёплое. Из наших запасов. И… – я потупил взгляд, чувствуя, как по щекам разливается жар. – Я сам не могу… Ты же понимаешь? Ты – девушка. Ты можешь подойти к ней, помочь переодеться, осмотреть, не ранена ли она. Ты ведь учишься целительству у Амриты.

Сонора замерла на мгновение, её тонкие губы сжались в плотную ниточку. Затем она резко выдохнула и кивнула с внезапной твёрдостью.

– Хорошо. Я помогу. Где она?

Облегчение обрушилось на меня, смывая часть тяжкого груза.

– В зарослях гардений, на восточном склоне, над бухтой, где мы охотились с Сайрусом утром. Я проведу тебя. Но только тихо. И как можно скорее.

Мы пробирались окольными тропами, петляя меж скал и колючих зарослей. Полдень стоял в зените, солнце пекло немилосердно. Я нервно втягивал воздух, выискивая чужие запахи, но вокруг пахло лишь раскалённым камнем, пылью и солёным дыханием моря. Сладкий, пьянящий аромат гардений впереди становился всё гуще.

– Здесь, – прошептал я, раздвигая ветви огромного куста, усыпанного восковыми кремовыми цветами.

Девушка лежала там же, где я её оставил, на мягком ложе из опавших лепестков. Не двигалась. Лицо мертвенно-бледное, губы тронуты синевой. Грубая ткань одежды влажно облегала тело, казалась холодной даже на вид. Дыхание поверхностное, едва уловимое. Сердце сжалось ледяным комом – неужели опоздал?

Сонора бесшумно проскользнула в укрытие и замерла, подавшись вперёд. Опустилась на колени с почти трепетной осторожностью.

– Боже… Она совсем… бледная, – выдохнула она, не отрывая широких глаз от незнакомки. Её рука, покрытая чешуйчатой кожей, нерешительно коснулась тонкой шеи, ища пульс. – Холодная… Но сердце бьётся. Слабый ритм. – Она подняла на меня взгляд, и в нём читалась решимость. – Нужно переодеть. Сейчас же.

Она развернула свёрток с мягким льняным платьем и тёплой накидкой. В наших закромах хранилось немало человеческой одежды, ведь когда-то люди были частыми гостями на нашем острове. Некоторые даже жили здесь, обучали нас, а мы их и помогали друг другу, пока…

– Братец, ты чего застыл? – голос Соноры вернул меня в настоящее. – Помоги перевернуть её. Осторожно.

Я кивнул, чувствуя глупую неловкость, и осторожно помог приподнять её хрупкое тело. Сонора ловко справилась со странными застежками на груди и плечах, сняла промокший камзол, а под ним – грубую холщовую рубаху. Я отвернулся, уставившись в белые цветы над головой, чувствуя, как по спине растекается горячая волна. Слышалось лишь шуршание ткани да сдержанное дыхание сестры, сосредоточенной на работе.

– Холодная… Надо согреть. И ноги… Ботинки промокли насквозь, – пробормотала Сонора, принимаясь расшнуровывать тяжёлую, неудобную обувь.

Я помогал, когда нужно было придержать, касаясь лишь ткани, избегая прикосновений к её коже. Мои пальцы, привыкшие ломать кости и разрывать плоть, казались мне сейчас грубыми и неуклюжими, способными лишь навредить.

– Вот… – Сонора накинула на девушку тёплую накидку, тщательно укутала. – Теперь лучше. Надо бы отнести её к очагу, в хижину… – В её голосе звучала тревога.

– Нет, – резко оборвал я. – Пока нельзя. Никто не должен знать. Сначала я должен понять, кто она.

– Но как ты собираешься следить за ней? Другие сразу заметят твоё отсутствие!

– Будем следить по очереди… Думаю, она скоро очнётся. Я разведу здесь костёр, а пока пусть греется на солнце. Ты принесла воды?

Сонора достала из небольшой сумки ёмкость из выдолбленной тыквы.

– Травяной настой. Согревающий. Попробую напоить. – Она осторожно приподняла голову девушки, поднесла сосуд к её губам.

Несколько капель пролилось, но глоток она сделала непроизвольно. Слабый кашель вырвался из её груди, но сознание не вернулось.

– Уже что-то, – вздохнула Сонора. – Теперь тепло и покой. Остаться с ней?

Я уже открыл рот, чтобы ответить, как вдруг… услышал едва уловимый шелест. Прямо в гуще кустов за спиной Соноры.

Кто-то был там. Ледяная струя пробежала по моему позвоночнику. Я резко поднял голову, ноздри расширились, вбирая воздух. Помимо гардений, моря, земли и человеческого запаха… Было что-то чужое.

Мои зрачки сузились в вертикальные щели. Взгляд метнулся к источнику звука – лишь колышущиеся ветви и густая тень. Ничего. Тишина.

Но это не было игрой воображения. Кто-то был там.

– Братец? Что там? – встревожилась Сонора, следя за моим взглядом.

– Ничего, – ответил я, вставая во весь рост и заслоняя их собой. Чешуя на моих руках напряглась, инстинктивно готовясь к обороне. К защите моей тайны. – Птица, наверное. Мне пора. Вернусь к вечеру. Справишься?

– Да, конечно. Не переживай, – ободряюще ответила она.

Я шагнул в сторону кустов, анализируя пространство. Пустота. Лишь призрачный след, тающий в полуденном зное. И едва уловимый, знакомый аромат – сухие целебные травы, что всегда витали вокруг Калии, смешанные с запахом старой, мудрой кожи. Его было так мало, что мозг отказывался верить, но инстинкты кричали об опасности. Ощущение чужого взгляда, пристального и незрячего, не покидало меня.

Глава 6. Плен

Я проснулась от приятного тепла на коже. Было так уютно, что не хотелось открывать глаза. Но первое, что я поняла, – это то, что лежу не в своей постели, а на песке, укрытая невероятно мягкой накидкой, напоминающей лёгкое одеяло.

Всё ещё не двигаясь, я опустила взгляд и с удивлением обнаружила, что на мне совсем другая одежда. Ничего общего с моим практичным дорожным костюмом. Неужели я всё ещё сплю? Но почему тогда всё ощущается так реалистично – и песок под пальцами, и тепло уходящего дня?

Осторожно опершись на локоть, я приподнялась и огляделась. Солнце уже клонилось к горизонту, готовясь уступить место вечеру. Вокруг теснились пальмы, нагромождались скалы, а до самого края света простиралось бескрайнее море.

Голова ныла странной, смутной болью. Нет, это определённо не было сном.

Поднявшись на ноги, я качнулась и едва не упала, потеряв равновесие. Платье, в которое я была одета, оказалось необычайно длинным – оно ниспадало до самых пят. Старое, но удивительно изящное.

И тут меня осенило. Я судорожно обхватила себя руками.

Кто меня переодел? Где я вообще нахожусь?

Я снова опустилась на песок, всё ещё хранивший дневное тепло, и изо всех сил попыталась собраться с мыслями. Закрыв глаза, я напряглась, выискивая в памяти обрывки воспоминаний.

Так… был бал. Потом – побег, спешные сборы, дорога в порт. Всё шло хорошо, память не подводила. Дальше… вспомнила мужчину, встреченного в порту. Его имя ускользало, но я точно дала ему деньги, чтобы он взял меня с собой. Мы должны были встретиться с дядей Роанальдом…

Всё верно. Значит, мы встретились и решили сделать остановку? Но где же он тогда?

Нужно осмотреться, но не уходить далеко – вдруг он вот-вот вернётся.

Я решила для начала сходить к берегу. Подобрав подол неудобного платья, я побрела по песку. Дойдя до воды, я провела взглядом вдоль всей линии прибоя – его корабля нигде не было видно.

«Эфириал» был приметным судном, светло-синие паруса с золотой вышивкой нельзя было спутать ни с чем. Но сейчас горизонт был пуст. Я уже хотела вернуться, как вдруг услышала тихий стук – что-то выбросило на берег. Подойдя ближе, я разглядела полузасыпанный песком сундук и несколько обломков, похожих на щепки от корабельных досок.

Что это такое? Я наклонилась над сундуком, и в тот же миг острая боль пронзила виски. Воспоминания обрушились на меня лавиной: треск ломающегося дерева, чужие крики, зловещие тучи. Чёрная тень, мелькнувшая в воде. Падение. Холодная вода. И потом… чьи-то руки, обвившие мою талию. Руки, покрытые чешуёй. Чудовище!