Диана Маш – Как приручить злодея (страница 20)

– Ты сильно на него похожа, – заметила я.

– Да, когда еще была возможность заимствовать облик… ты знаешь, что это значит? – я кивнула, вспоминая справку из книги, что дал мне темный. – Я решила, что хочу быть похожа на Кайнокса, – она наклонилась и прошептала мне на ухо. – Только не говори ему, что я это сказала, но он красивый.

Я не смогла сдержать сорвавшийся с губ смешок. Змея тоже улыбнулась.

– Постой, – вдруг вспомнила я. – Этот валашский князь… Матуро. Не из-за его ли смерти у Норлинга началась двухсотлетняя война с вампирами?

– Угумс, – кивнула она. – Нокси убил его, отомстив за меня.

Наверное, это неправильно, оправдывать убийство, даже будь жертва самым отъявленным мерзавцем на свете. Разве гуманность не существует для всех без исключений? И не потому, что у преступника тоже есть душа, а потому, что в первую очередь, она есть у тебя. Но слушая рассказ Клариссы о человеке, убившем всю ее семью, а ее саму, еще ребенком, превратившим в рабыню, я не могла винить Нокса за его действия. Пусть даже они привели к самой длительной в истории войне.

– А что насчет твоего возраста? – спросила я, решив сменить уж больно печальную для змеи тему. – Я читала, что перевертыши живут не дольше обычных людей, а тебе… сколько? Чуть больше двухсот лет? Выглядишь максимум на двадцать.

– Хочешь посоветую отличный крем от морщин? Он творит чудеса… – заметив мой изумленный взгляд, девица расхохоталась. – Я шучу, не делай такие глаза. На самом деле все довольно просто. Я такая, потому что твой истинный так захотел.

– Кайнокс? – удивленно прошептала я.

– Он самый. Когда ему исполнилось десять, он стал свидетелем смерти собственных родителей. И пусть особой любви между ними не было, эти люди заботились о нем. Так как они представляли заботу, конечно же. Но другой он не знал, потому и воспринимал все… иначе. Тогда Нокс впервые задумался о том, что жизнь не вечна и близкие люди имеют свойство умирать. Он приказал нам с Виктором подписать кровью магический контракт, согласно которому мы обязаны быть с ним рядом всю его жизнь. В буквальном смысле.

– Виктор Толль?

Кларисса кивнула.

– Твой далекий предок был Нокси кем-то вроде старшего брата. Они познакомились при дворе маг-императора, когда одному было семь, а второму пять. Светлый и темный. Это была ненависть с первого взгляда. Но как часто бывает, из нее вырастает самая крепкая дружба. Естественно, Виктор отказался подписывать контракт, назвав Нокса придурком. У меня же, привилегии выбора не имелось. Я все еще была рабыней семейства Стирр и, пусть звание это было номинальным, никто меня от него не освобождал. После исчезновения Нокса, только моя жизнь доказывала, что он не умер. Но двести лет – это хренова куча времени. Я устала. Начала искать способы аннулировать подписанный контракт. Все безрезультатно. Отчаялась настолько, что решила обратиться за помощью к провидице. И тут объявились вы.

– То есть, ты передумала?

Она улыбнулась, но эта улыбка не тронула ее глаз.

– Я об этом не говорила. Как бы там ни было, у меня появилась цель.

– И что это за цель?

– Я хочу увидеть Нокси по-настоящему счастливым, – я внезапно закашлялась, змея потянулась вперед и похлопала меня по спине. – Ты мне нравишься, Анилесс Пайн. И я верю, что забытые боги не просто так послали тебя сюда, связав узами с самым неподходящим для тебя человеком. Вы полные противоположности друг друга. Отчего наблюдать за вами еще веселее.

– Я уверена, это какая-то ошибка, – нахмурилась я.

– Ошибкой была Стелла, – Кларисса поморщилась, назвав это имя, ясно дав понять, поклонницей бывшей возлюбленной темного она не была. – Ты совершенно другая. Ты свет для его тьмы, милосердие для его кровожадности, умиротворение для его ярости. Идеальная пара. Нокс этого еще не понял и поймет не скоро. Он никому не доверяет, и я не могу его за это винить. Сложно доверять людям, когда большинство из них считает тебя либо свихнувшимся, либо злодеем, либо свихнувшимся злодеем.

– Будто их можно за это винить, – едва слышно буркнула я.

Змея предпочла сделать вид, что не услышала и я бы поверила, если бы не дрогнувшие уголки ее губ.

– Да, Нокси знает толк в эпатаже. Но, как бы там ни было, главная твоя проблема, это не он.

– А кто же?

– Его враги. Прошло достаточно времени, чтобы все они покинули этот мир, но голову даю на отсечение, очень скоро он заимеет новых. И когда они узнают о том, что у темного есть истинная – а это обязательно произойдет – сделают все, чтобы до тебя добраться. С другой стороны, он способен тебя защитить. Как его пара, ты имеешь огромное преимущество. Можешь говорить с ним прямо. Во-первых, он никогда не причинит тебе боль, а, во-вторых, намеки для него, то же самое, что комариные укусы для слона. Тебе достаточно лишь попросить, он будет яростно сопротивляться, но сделает все что угодно, даже если сам того не желает. А попробуешь его соблазнить, он тут же падет к твоим ногам. Так что, мой тебе совет, милая – куй, пока железо в его штанах горячо. Тогда он быстро откажется от мысли искать способы разорвать вашу связь и даст тебе то, чего не сможет дать ни один мужчина на свете. Истинные узы, это не проклятие, это благословение. Не противься воле забытых богов.

Ее откровенность застала меня врасплох, заставив шумно выдохнуть и почувствовать, как лицо обожгло смущением. Судорожно сглотнув, я поспешно опустила глаза.

– Что ты такое говоришь? Ни мне, ни ему ничего из этого не нужно. У Кайнокса уже была любимая, вряд ли ему нужна новая. Он обязательно найдет способ разорвать наши узы, и я навсегда отсюда уйду. И вообще, давай не будем об этом. Ты, кажется, говорила, что я могу использовать свою магию не только для оживления растений. Не могла бы ты меня обучить?

Глава 21. Как прикажете, господин!

– Придумали тоже, – проворчал Боргер, сверля нас с Клариссой недовольным взглядом. – Какая в ней магия? Ее не хватит даже развеять дохлую крысу, а ты об уборке замка талдычишь Если она что-то здесь испортит или сломает, хозяин нам с тобой первым голову свернет…

Змея взяла меня за руку и провела на середину огромного зала, что со вчерашнего дня напоминал поле боя. Пепелище сожженной мебели и гобеленов, перевернутые столы, разбросанная по полу подгнивающая еда.

– Не трясись ты так, шерстяной клубочек, – ласково промурлыкала она, изучая объем работ. – На весь замок ее сил сейчас не хватит. Но начнем с малого. Так, глядишь, за неделю и справимся.

– Только не говори, что обучать ее собралась? – недоверчиво хмыкнул кобольд. – В последний раз, когда хозяин просил тебя стать наставницей ее высочества госпожи Кар Ланде, ты заявила, что скорее удавишься. Что изменилось за двести лет?

Ее высочество госпожа Кар Ланде? Разве это не фамилия маг-императорской семьи, правящей Сокрией больше тысячи лет? Зачем Кайноксу просить Клариссу обучать одну из них? Если только… Она и есть та самая возлюбленная Стелла, погибшая от рук Виктора Толль.

Не удивительно, что темный пришел в бешенство, узнав кого на этот раз в качестве истинной ему послали забытые боги. Любой бы на его месте рвал и метал.

– В отличие от тебя, Боргер, у меня есть принципы, – даже не оглядываясь, бросила Кларисса. – И я не поступаюсь ими, будь передо мной даже сама маг-императрица. Стелла не заслуживала и той крупицы темной магии, которой она владела. Несса, подойди.

Резко сменив тему, она махнула, и я приблизилась, встав по правую сторону. Вложила руку в ее протянутую ладонь, стараясь не глядеть на кобольда, чьи прищуренные глаза метали в меня иглы.

– Соберись, – прошептала змея. – Закрой глаза и вспомни то чувство, что ты испытала, отдавая приказ растениям. Потянись к этой новой силе, растворись в ней. Представь, что вы одно целое, она твои руки и ноги. Твое желание – это ее действие. Только прикажи…

Шумно выдохнув, я сделала все, как она сказала. Правда, на словах все выходило гладко, словно это проще простого, а на деле – на одно воспроизведение ощущений от связи с растениями ушло не меньше получаса.

Даже ноги со спиной заболели топтаться на одном месте. Не удерживай меня Кларисса, послала бы все подальше и уселась прямо на пол.

Наконец я услышала в голове знакомый гул. Росшие за окном деревья, цветы и травы потянулись в мои мысли разноголосым шепотом. Вникать в их слова я не стала, отдала короткий приказ, как учила змея:

– Сделайте уборку. Очистите помещение…

Не успела договорить, как громко хлопнули деревянные ставни, вокруг зашуршало, Боргер издал удивленный свист.

Открывая глаза, в лучшем случае, на что я надеялась – это увидеть проросшую сквозь щели в полу траву. Но никак не пляшущие по полу швабры и метлы, отряхивающая занавески гигантская астильба и сметающие паутину из углов лапы отросших елей – высунувшихся в открытое окно.

Я ахнула и покачнулась, едва не упав на колени, благо Кларисса не выпустила меня из своей хватки. Магия покидала мой резерв так же быстро, как становился чистым парадный зал.

Боргер встал на пути одной из швабр, и она хлестнула его по ягодицам, заставив отпрыгнуть. Змея прыснула в кулак, кобольд бросил на нее убийственный взгляд. За спиной послышались неторопливые шаги и мне на плечо легла тяжелая ладонь. У самого уха раздался вкрадчивый хриплый шепот: