Диана Казарина – О таком не мечтают, или кошмар для Вики (СИ) (страница 14)

— Здесь. — Прошептала Моника, как только здание резиденции Его Высочества скрылось за ветвистыми, многочисленными цветущими деревьями.

Здесь была самая безлюдная часть сада. Тут даже газон был не столь ухоженным, да и тропинки не было видно. Мы давно с нее сошли и теперь двигались по довольно высокой траве. Хорошо, что Моника это предвидела и перед выходом принесла мне высокие ботинки на маленьком удобном каблучке.

Хорошая девушка — сообразительная, скромная, но и против правил идти боится. Чем-то меня напоминает десять лет назад. Тогда я была девочка скромной, но для дела могла отбросить стеснительность. Особенно, если оно касалось Вари, и нужно было ей помочь.

Кстати о ней. Подружки пока не было. И через десять минут ожидания я начала нервничать:

— Моника, а Варя точно появится? — мне всё время казалось, что вот-вот из-за ближайшего дерева появится несносный блондин и всё обрубить на корню.

Обеспокоенно вглядываюсь в темные промежутки между высокими стволами, я сцепила пальцы в замок, чтобы не начать грызть ногти и не испортить до конца и так неидеальный маникюр.

— Да. Папа сказала, что Леди Торнэ была очень рада весточке от вас.

— Папа? — разговор с девушкой слегка сглаживал тревожное ожидание.

— Мой отец служит дворецким у Лорда Торнэ.

— И ты решила пойти по его стопам?

— Нет, — Моника грустно вздохнула и, настороженно оглядевшись, прошептала, — у меня есть мечта.

— Правда? Какая?

— Я хочу поступить в АМЗ. А работа во дворце позволяет мне накопить денег на учёбу.

— Что такое АМЗ?

— Академия магических знаний. — Девушка мечтательно улыбнулась, и стало понятно, что она действительно этого хочет. — В следующем году буду поступать.

— Ты маг? — я удивлённо приподняла брови.

— Ага, — Моника счастливо закивала и тут же сникла, — но папа против. Он считает, что это опасно. И что такая работа не для девушки.

— А ты, значит, бунтуешь? — я скрестила руки на груди и криво улыбнулась, что-то не вязался у меня образ милой девушки с великим магом-воином.

— Пока нет, — девушка хихикнула, — но через год точно взбунтуюсь.

Я, расслышав тихое шуршание, повернулась на звук и увидела забавно переваливающуюся в нашу сторону Варю. Сорвавшись с места, я за три шага оказалась рядом с подругой и крепко обняла ее. Сначала девушка оторопела, но через секунду тоже стиснула меня в объятиях. Так мы и простояли несколько минут, не желая отпускать друг друга. Я тихонько лила слёзы от счастья, да и Варя, судя по шмыганью носом, также не сдерживала эмоций. Но вскоре я спохватилась и, отлипнув от подруги, потянула ее на уединенную лавочку в тени раскидистой яблони.

— Садись, — усадила Варю и приземлилась рядом. — Как ты себя чувствуешь?

— Как беременная. — Широко улыбнулась подруга, — постоянно хочется тортик и в туалет.

Мы весело рассмеялись и снова обнялись.

— Я скучала. — Призналась и, отстранившись, посмотрела на Варю. Она изменилась. Сразу это не бросалось в глаза, но если присмотреться, то можно было увидеть, что губы ее не перестают улыбаться, в глазах пляшут искорки счастья, и осанка гордая, уверенная.

— И я скучала. — Девушка взяла мои руки в свои и сжала. — У нас мало времени. Я еле уговорила Артура отпустить меня и задержать Киллиана.

При упоминании принца я скривилась, как от зубной боли, и Варя тихонько засмеялась.

— Да, характер у него не сахар. В свое время он знатно мне кровушки попортил. Одна ссылка чего стоит.

— Ссылка? — я нахмурилась.

Вот он…он… он… Всё, приличные ругательства закончились, остался только один русский, родной, отборный мат.

— Да, — подруга поджала губы, — это долгая история, сейчас нет времени рассказать.

— И когда оно будет? Мне столько нужно тебе рассказать, да и о тебе хочется столько всего узнать. Мне надоели эти короткие встречи! Мы же не сделали ничего плохого, почему же мы должны прятаться?

Варя тяжело вздохнула и отвела взгляд:

— Я не знаю, а Артур не рассказывает. Он только твердит, что это приказ Его Высочества, и всё ради моей безопасности и безопасности нашего малыша.

Ну, здрасте — приехали! Я опасна для Варя и ее ребенка? Что за чушь?

Последний вопрос я произнесла вслух и подскочила со скамейки.

— Я знаю не больше твоего, — развела руками Варя, — в этом мире мужчины многое не рассказывают женщинам. Считают, что так защищают нас.

Я закатила глаза и принялась мерить шагами пространство между двумя яблонями.

— Вика, — тихо позвала меня подруга, и я подошла к ней. — Прости меня. Я… в первую нашу встречу здесь повела себя как полная дура! Я растерялась. Не ожидала тебя когда-нибудь ещё раз увидеть. — Девушка шмыгнула носом и, поднявшись, сжала меня крепко-крепко. — Я действительно очень скучала.

Мы так постояли не долго — нас прервала Моника:

— Леди торне, госпожа Виктория, пора.

Было очень жалко расставаться с Варей, но меня грела то, что она пообещала ещё раз встретиться, и на этот раз встреча предстояла быть более продолжительной. Решив, что дорогу до дворца найду самостоятельно, я отправила служанку проводить Варю, а сама осталась на месте и села на опустевшую лавочку.

Не хочу обратно во дворец. Может для кого-то это мечта и цель жизни, но для меня — это большая, роскошная клетка, в которую нет ни малейшего желания возвращаться. А тут, в саду, создавалось хоть и обманчивое, но такое желанное ощущение свободы.

Я прикрыла глаза и попыталась впитать в себя прекрасные минутки покоя и тишины.

Сбоку послышались торопливые шаги, и я, продолжая сидеть с закрытыми глазами, загрустила — Моника вернулась. Но туда насторожилась. Что-то быстро очень. И вообще, почему сюда, а не во дворец? Договорились же встретиться там. Однако оглянуться и спросить у неё что-либо я не смогла. Мне на голову накинули мешок и зажали рот рукой. Нет, это явно не Моника. Сопротивление ни к чему не привело. Мне крепко спеленали и куда-то потащили.

Да у них мания в этом мире меня похищать что ли!? Надоели!

Не переставая извиваться, я пыталась освободиться. Однако всё, чего смогла добиться — это приласкать одного из похитителей затылком. Затылок был этому не рад и отозвался тупой болью. На этом мои попытки закончились — меня то ли вырубили, то ли усыпили.

Привычное отвратительное ощущение возвращения после очередного провала в бессознательное состояние посетило меня, стоило только моему носу учуять чудовищный запах тухлятины, смешанный с ароматом чьих-то давно нестиранных носков. Я открыла глаза, но ни чего не увидела, так как на моей голове до сих пор находился пыльный, плотный мешок. Прислушиваться тоже не помогло. Там, куда меня принесли, было тихо. Если можно так сказать, слушая писк и стук маленьких коготков крыс по дощатому полу. Руки так же оказались связанными, как, впрочем, и ноги.

Спеленали, так спеленали.

Я лежала в неудобной позе, и, как бы ни ворочалась, комфортно устроиться не смогла. Услышав скрип досок и тяжелые, неторопливые шаги, я притихла и притворилась бессознательной. Вовремя. Скрежет давно проржавевших петель оповестил меня о прибытии некоего неопознанного лица. Неизвестный остановился рядом со мной и, пнув ногой в живот, хриплым, прокуренным голосом спросил:

— Очухалась?

Я отозвалась стоном боли, так как выругаться не смогла из-за кляпа, и попыталась сжаться в комочек, но меня грубо вздернули на ноги и снова ударили в живот, только уже кулаком.

— Хватит, — в комнате появился еще один мужчина со смутно знакомым голосом, — будет еще время.

Истязатель отпустил меня, и я, мешком свалившись на пол, беззвучно заплакала.

Когда же это все закончится?

Мужчины удалились, оставив меня одну оплакивать свою нелегкую судьбинушку, но не надолго. Они вернулись довольно быстро, и не снимая мешка с моей головы и тем самым оставляя в неведении относительно своих личностей, взвалили на плечо, словно мешок с картошкой и снова куда-то потащили.

— Эх, — мужик с прокуренным голосом хлопнул меня по пятой точке, — такая красота пропадает. — Он сплюнул. — А может, сначала, повеселимся с ней?

Я замычала и завертелась в руках похитителя, в корне не согласная с его желанием, однако получив сильный шлепок опять же по пятой точке, притихла.

— Как хочешь, — ответил второй, — только не затягивай с этим.

Тот, что тащил меня, удовлетворенно хмыкнул, и я с ужасом и с новой силой затрепыхалась на его плече.

— Да ладно, птичка, тебе понравится.

Вскоре меня свалили на землю и наконец-то сняли мешок вместе с кляпом с головы. Передо мной предстал грязный оборванный мужик с сальной улыбочкой пялившийся на мои ноги, торчавшие из-под задравшегося платья, и чья-то удаляющаяся в туман спина. Оглядевшись, и с сожалением поняв, что мы находимся в чистом поле в предрассветных сумерках, я набрала побольше воздуха в легкие и что есть сил заорала:

— ПОМОГИТЕ!

Однако рот мне быстро заткнули грязной ручищей:

— Не визжи, — до моего обоняния донеслось смрадное дыхание похитителя, и я еле сдержала рвотный позыв.

Вернув кляп на место, мужик полюбовался на гневно полыхающую взглядом и мычащую самые оскорбительные ругательства меня, и довольно потер руки: