Диана Казарина – О таком не мечтают, или кошмар для Вики (СИ) (страница 10)

— Спать хочу.

— Аааа, тогда я пошёл. Спи.

Хоть и расслышала я в голосе приятеля чёткие нотки обиды, но даже пошевелиться не смогла, чтобы ответить ему или остановить.

Как же меня достал этот мир! Со всеми его параноиками и интригами! Домой хочу, а ещё лучше проснуться завтра и очутиться в родной квартирке и забыть весь этот кошмар.

Но утром я проснулась, а вернее меня разбудили, во всё в той же камере. Двое хмурых мужчин в белых одеждах, грубо приказав подниматься, связали мне руки и вывели из подземелья.

Ноги от страха заплетались и то и дело подкашивались, и поэтому сопровождающим пришлось меня подхватить под руки и нести. Поджилки тряслись, язык немел, а в голове вертелась лишь одна мысль — я сейчас умру, меня ведут на казнь.

Я настолько погрузилась в себя, что не заметила, как меня вывели на улицу. После темного подвала свет, хоть и утренний, ослепил, и сначала разглядеть ничего не получилось. Но проморгавшись, я увидела деревянный, сколоченный прямо перед дворцом, помост. Однако ни виселицы, ни гильотины, ни палача с топором не наблюдалось.

Может, передумали? Или Варя чего-то перепутала? Всё же интересное положение, гормоны… Послышалось, а потом нафантазировала.

Мне немного полегчало, и я уже больше с интересом, чем с ужасом смотрела на разворачивающееся действо.

Тем временем меня завели на деревянную «сцену» и оставили одну одинешеньку. В это же мгновение, откуда ни возьмись, набежал народ и обступил место казни. Но моё внимание привлек не пейзаж, не разномастные жители этого мира и даже не пестрая, больше похожая на бабочку птичка кружившаяся надо мной. Моё внимание привлёк шедший сквозь толпу, раздвигающий ее словно ледокол, высокий, сухопарый мужчина с колючими голубыми глазами и острой седой бородкой. Он почти царственной походкой приблизился к сцене, величественно кивнул шепчущейся толпе и взошел ко мне. Утихомирив разволновавшийся народ взмахом руки, неизвестный развернул бумагу, которую держал до этого в руке, и хорошо поставленным голосом начал читать:

— За преступление против наследного Принца Парнесса Его Высочества Киллиана Благословенного и Освященного Солнцеликой Лортой к смертной казни через Озеро Слез приговаривается госпожа Виктория.

Что? Какое ещё озеро? Не согласная я!

Рядом со мной, незамеченный раннее, разверзся ад…

Ну, хорошо… не ад, а люк.

И на дне этого люка что-то булькало и отвратно воняло. Отшатнуться от края мне не позволили всё те же хмурые мужики, неожиданно возникшие за спиной и готовые толкнуть меня в зловонную жижу в любой момент.

— Приступить к исполнению приговора. — Приказал бородатый.

— Стоять! — тихий, но почему-то хорошо слышный голос Киллиана разнесся по площади, и я, с облегчением повернувшись к нему, улыбнулась.

Он как всегда вовремя.

— Ваше Высочество, какое облегчение, вы очнулись! Но зачем же поднялись с постели, вы еще слабы. Филиган проводите Его Выс… — начал говорить мой палач, но тут же умолк под тяжёлым взглядом наследника страны.

Киллиан опирался на трость, и похоже ему было даже смотреть тяжело, не то что стоять. Но такое состояние не помешало ему выглядеть по-королевски и подавлять авторитетом. И даже маячившая сзади знакомая фигура мужа Вари, готового подхватить больного принца, не портила эффекта от появления Его Высочества.

— Советник Ливик отпустите девушку. — Приказал принц.

На радостях, что останусь в живых я повернулась к седобородому, широко ему улыбнулась и тут же напряглась, заметив, как он едва заметно кивнул мужчинам в белом.

После всё произошло моментально. На меня вдруг нацепили какую-то цепочку, и одновременно столкнули в вонючую пропасть.

Последнее, что я увидела перед тем, как в глазах всё померкло — это метнувшихся ко мне Киллиана и Артура, и ужас в глазах принца.

Паника и ожидание боли, удушья или любой другой реакции, а после небольшая нехватка воздуха и вот я лежу на холодном, каменном полу лицом вниз и пытаюсь прийти в себя.

Что это было?

Осторожно перевернувшись на спину и вспомнив подробности короткого полета, я пришла к выводу, что до смертоносной жижи не долетела. А значит, я жива и меня куда-то переместили с помощью этой дурацкой магии.

— Кхм, кхм, — прокашлялись рядом и раздражённо поинтересовались, — а теперь будь добра, объясни, что всё это значит?

Медленно повернул голову на голос, я встретилась глазами с прищуренными желтыми очами Гоши. Он парил в шаге от меня и недовольно хмурился.

— Сначала помоги освободиться. — Попросила его, и как только мои руки избавили от веревок, покряхтывая, поднялась на ноги и оглядела помещение, в которое меня занесло.

Оно было довольно просторным, без окон, но хорошо освещённым чем-то похожим на земные лампочки, и только с одной-единственной дверью. Однако она оказалась запертой, что в принципе, меня ни капли не удивило. Скорее это было ожидаемо. Уже привыкла, что в этом мире я постоянно оказываюсь запертой.

Гоша всюду следовал за мной и держался рядом, сверля взглядом мою спину.

— Ну что? — не выдержала я немого укора во взгляде черныша.

— Как ты меня сюда затащила?

— Да откуда я знаю? — я плюхнулась прямо на пол, так как никакой мебели здесь не было, — я даже не знаю, где мы. И вообще, какие претензии ко мне? Сам припёрся.

— Не сам. Я не могу покидать стен дворцовой тюрьмы.

Я бы конечно задумалась над этим и возможно даже удивилась, но я настолько устала от странных игр и постоянных непонятных ситуаций, произошедших за последние три дня, что мозг отказывался думать. Он вошел в режим полной апатии и отрицания любой информации. Сейчас главным было, что я жива и вроде здорова, а остальное выяснится попозже. В этом я уверена. И сейчас нужно хоть немного отдохнуть и попытаться не скатиться в истерику.

— Хм… — подал голос Гоша, поняв, наконец, что ответа на свой вопрос не получит, и после получасового молчания, — интересно, что же им надо от тебя, раз они не поскупились и потратились на переносной индивидуальный портал.

— А? — я подняла голову и, проследив за взглядом приятеля, взяла в руки висевший на шее массивный медный медальон с выгравированными тремя переплетающимися овалами, — портал? С помощью него можно обратно переместиться?

— Нет. — Гоша скрестил руки-лапки, — он односторонний.

— Опять не везет. — Я с чувством ударила кулаком по полу и, ойкнув, прижала пострадавшую конечность к груди.

— Да ты вообще одна ходячая неприятность. — Мерзко хихикнул Гоша и, увернувшись от запущенного мной камушка, отлетел подальше.

— Вредина.

— Не я такой, — насмехаясь, развел руками мой призрачный приятель, — а обстоятельства. И вообще у меня стресс. Я в первый раз за пятьсот лет из подвала выбрался, из родных пенат так сказать, а ты меня вместо того, чтобы пожалеть, камнем…

— А я, значит, развлекаюсь тут? Да у меня стресс побольше твоего! Так что не вредничай…

Скрип отпираемого замка заставил меня замолчать и вскочить на ноги. Гоша же залетел мне за спину и тоже притих.

Тут же дверь распахнулась, и передо мной предстал невысокий человек, а может и не человек, в длинном, черном балахоне с накинутым на голову глубоким капюшоном. Так что лица прибывшего разглядеть не получилось. Он же, не произнеся ни слова, повел рукой, и меня окутало синим туманом, который не позволял пошевелить мне ни рукой, ни ногой, и, приподняв над полом, потащило вслед за жутким, неразговорчивым человеком-плащом.

Ни на вопросы, ни на требования объяснить хоть что-то сопровождающий не реагировал, продолжая идти по узкому, каменному коридору. Поэтому я решила не терять времени и осмотреться и попытаться запомнить маршрут. А вдруг пригодиться.

Но на десятом повороте я сбилась и плюнула на это бесполезное дело, отдавшись во власть судьбы и случая. Гоши, кстати, было не видно. То ли он остался в той комнате, то ли испарился вовсе или вернулся обратно во дворец Его Высочества. И мне было не по себе и немного печально без общительного, хоть и вредненького черныша.

Наконец, мы остановились перед очень большими, я бы даже сказала огромными, двустворчатыми дверьми с затейливым рисунком в виде переплетающихся ветвей деревьев, и человек-плащ, отворив ее, завел меня вовнутрь. А внутри оказалась спальня. Большая и роскошная. Только без окон и освещенная все теми же странными «лампочками».

Магическая дымка вокруг меня рассеялась и жутковатый, молчаливый сопровождающий оставил меня одну.

И конечно, первым делом я проверила дверь. Заперта.

М-да… все страннее и страшнее. И самое бесительное, что ни кто ни чего не объясняет. Я им что безвольный, бессловесный баран?

Однако была и положительная сторона в моем новом положении — большая и без сомнения удобная кровать.

Пошарившись по трем находящимся здесь дверям, я обнаружила уже наполненную ванну и с радостным воплем занырнула в нее.

Какое наслаждение! И пусть все миры подождут, Вика расслабляется.

Провалявшись в воде не меньше получаса, я кое-как заставила себя вылезти, закутаться в теплый, уютный халат, висевший рядом с ванной, и доползти до кровати. По пути к ней я заметила накрытый стол, но кровать оказалась настолько мягкой, а я настолько уставшей и вымотанной последними событиями, что махнув рукой на еду, вырубилась моментально.

И снилось мне очень неприятное — Киллиан. Он грозно стоял над моей постелью и требовал сказать, где я нахожусь. Я же отмахивалась от назойливого прЫнца и просила оставить меня в покое, потому что хочу спать, и он не вовремя. А противный блондин все требовал и требовал, и когда я уже выбесилась и готова была послать Его Высочество на три весьма известных в России буквы, меня разбудили.