Диана Хант – Заноза в драконьей лапе (страница 11)
Честно – реакции на динамо я ожидала.
Бурной.
Однако и представить не могла что дракон
Он. Швырнул. Меня. В воду.
Просто взял и швырнул.
За мой чудесный хвост перехватил – для удобства. И быстроты.
И швырнул. Гад.
Хуже – если бы до кучи пинком под зад сопроводил.
Однако неизвестно ещё, что обиднее. Для русалки.
Прямо в полёте, то есть процессе моего бесславного падения я несколько раз успела сменить ипостась. От растерянности. А потому наглоталась солёной воды на жизнь вперёд. Задохнулась, на этот раз от бешенства и ринулась на поверхность торпедой.
То есть это так вот местные чешуйчатые реагируют на обломы?
О которых их, между прочим, самым честным образом предупреждали?!
И это в благодарность за спасение?!
Ну всё, дракон.
Спасайся.
Бегством.
Ты попал.
Сейчас кааааак спою, как тот волк из мультика!..
Однако неблагодарный и не думал спасаться бегством.
Он стоял на том же месте и махал руками, как ветряная мельница!
Из-под воды он был виден ещё отчётливее. Оказывается, русалочье зрение обладает способностью фокусироваться, так, что ни одной камере не снилось, и даже приближать-увеличивать нужный объект, не зависимо от расстояния. Воздух, как выяснилось только мешает глазам… Губы дракона шевелились, рот открывался и закрывался. Смотрел он при этом прямо на меня, хотя видеть не мог, никак. В этом у меня почему-то не было сомнений.
– Уходи! Быстро! Спасайся! – раздалось отчётливое у самого моего уха.
Спасаться? Мне?
От небывалого хамства чешуйчатого я будто на невидимую стену налетела.
Однако секундный ступор быстро прошёл…
– Прячься!! – Прозвучало полное тревоги. – Сейчас же!!
И тут я заметила кружащих в небе драконов.
В свете дня крылатые силуэты выглядели ещё огромнее и внушительнее, чем ночью. А ещё я их узнала. Тех самых. Которые устроили ту страшную западню!
Теперь уж ни одна сила в мире не смогла бы сдвинуть меня с места.
Драконы не просто кружили над островом, они уверенно шли на снижение.
Выходит,
Однако всё оказалось куда проще.
Куда банальнее.
Стоило одному из ящеров, самому вёрткому и изящному, приземлиться, как он, то есть она оказалась красавицей. Даже, пожалуй, сказочной красавицей.
Подобрав подол струящегося по песку платья, красавица задрала его (куда выше необходимого) и бросилась… в широко расставленные объятия моей законной добычи.
– Мой принц! – Услышала я и её голос. – Как я волновалась за вас… Места не находила… Поцелуйте же свою невесту, ваше высочество!
Проклятое русалочье зрение бесстрастно продемонстрировало все детали их поцелуя. Я даже поморщилась. Зажмурилась, чтобы не видеть, но было поздно. Картинка намертво впечаталась в мысленный взор.
Вот, значит, как… И правда, высочество. Ну прямо как в сказке… И невеста, как выяснилось, имеется. А со своей спасительницей, с марой, то есть со мной так… покувыркаться? В благодарность за спасение свой чешуйчатой Ж? Эх, нет у меня под рукой арбалета…
Додумать кровожадную мысль я не успела.
Как в тот раз, с хвостом, меня дёрнули назад.
Только куда более ощутимо.
Я бессильно забарахталась, дёргалась всем телом. Однако безуспешно. Руки, обхватившие мою шею, держали крепко.
– Сопротивление бесполезно! – Жахнуло по вискам пронзительное.
Оглушённая болью, я обмякла.
Позволила утянуть себя в разверзшуюся водяную пропасть.
Глава 5
– А ну, вставай! – рявкнул всё тот же противный и въедливый… женский голос.
При ближайшем рассмотрении мой похититель оказался похитительницей. И к тому же русалкой. Это я поняла сразу, хоть девушка и была уже на ногах.
Совсем юная русалочка с голубыми раковинами и цветами в белокурой копне волос. Она гневно возвышалась надо мной: в отличие от местной уроженки я не успела так быстро сменить ипостась и потому с размаху приложилась плавниками о гладкую каменную плитку.
За спиной русалки маячили другие – в разноцветных чешуйчатых комбинезонах, в цветастых-вырви-глаз чешуйчатых платьях с разрезами-плавниками. В руках у каждой сверкал маленький золотой трезубец. Зубья, разумеется, направлены на меня. И моськи у морских жительниц были такие, будто я им в море нефть вылила.
– Только без шуток! Поняла?!
– Да-да, помню, помню, сопротивление бесполезно, – сердито отозвалась я, поднимаясь на ноги. – Даже мурены оказались поприветливее вас, девушки.
– Чтооо?!
– Да как ты смеешь?!
Оказавшись на ногах, первым делом я потянула на себя плоский и широкий лист растения, похожего на водоросль, – потому что находиться обнажённой в незнакомом окружении, к тому же враждебно настроенном (мягко говоря!) это как-то слишком. Завернувшись в податливый и неожиданно мягкий лист на манер банного полотенца и сделав вид, что не замечаю вытянувшихся лиц сирен, я огляделась.
Рухнули мы к подножию каменного истукана.
Огромного. Настолько, что ножищи его я поначалу приняла за башни. Головы исполина было не разглядеть – она терялась в золотисто-радужных облаках, у самого… океана. Ух ты! Океан и правда оказался почему-то вверху и высоко, как небо. Бликующее и подвижное дно освещалось хитрым узором золотых нитей и оттого ещё больше напоминало небесный свод. Знаю, невежливо по отношению к соплеменницам, но я так и застыла с открытым ртом. Не каждый день удаётся взглянуть на морское дно снизу – и тем более из полости, наполненной воздухом. Офигеть просто!
– Ну? Ещё доказательства требуются? – Обернулась злыдня белобрысая к сообщницам. – А ведь я говорила, что правящий клан ведёт за нашими спинами нечистую игру!
– Эй! – Позвали меня русалки. – Что скажешь, правящая? Что ты задумала?
– Как оправдаешь своё вероломство, предательница?! – Надменно поинтересовалась злыдня и остальные прищурились в ожидании моего ответа.
– Ну же!!
Трезубец в её руке всё же выстрелил. Правда, в последний момент она (слегка!) изменила наклон и молния, направленная мне в сердце, шарахнула у самых ног.
– Держи себя в руках, Гаруник! – зашикали на белобрысую истеричку со всех сторон.
– Эта предательница попалась на месте преступления! Пусть знает, что отмолчаться не выйдет!