Диана Адамова – Вкус (страница 8)

Задача, которая была нелегкой с самого начала, становилась все сложнее.

Следующим утром капитан поставил в известность отряд о выводах, к которым пришел.

— …И теперь нам нужен новый план, — сказал он. — Предлагаю разделиться, подойдем с четырех сторон.

— Но мы все равно должны будем по «трубе» пробраться на завод? — уточнил Кол.

— Да. Поэтому встретимся у туннеля, — Айг указал на точку сбора на карте, — дальше пойдем вместе под прикрытием. У нас есть три площадки для высадки. Вот здесь есть еще одна небольшая, она в низине, не удобная и находится близко к заводу. Поэтому нужно быть предельно осторожным. Беру ее на себя. Остальные распределяете между собой. Нам нужно отработать симуляцию высадки и рассчитать время, за которое сможем добраться до точки сбора. После этого перейдем ко второй части — проход по технической части туннеля.

Он отошел в сторону и натянул перчатки, готовый погрузиться в виртуалити.

— Вылет ночью. К рассвету доберемся до «трубы». К наступлению рабочего утра заменим продпайки, — отдал последнее распоряжение Айг. — Определились с квадратами высадки? — Парни кивнули. — Тогда приступаем.

Следующие дни команда тренировалась. Бойцы отрабатывали вылет с Восточной базы, обсуждали сложности маршрута. Проходили вместе путь каждого из участников команды. Уже на второй день команда знала наизусть карту местности и могла с закрытыми глазами преодолеть препятствия.

Но все это было лишь малой частью плана. Самое сложное ждало впереди.

— Если это экологи сбивали дроны — а больше просто некому, — то они будут начеку и следить за «трубой». Пока не начало светать, нужно пробраться в туннель. Остановить движение поездов, как мы планировали, не получится: экологи сразу заподозрят неладное. Но в это время составы курсируют реже, рабочих на станции практически не будет и как раз есть длинный интервал в расписании, в который мы должны успеть добраться до бокового пути, — рассуждал Айг, еще не подозревая, как все обернется.

— Там никакой шумоизоляции. Мы просто оглохнем от одного только эха, если не успеем добежать до служебки, — заявил Кол на одной из тренировок, поднимая визор.

— Тебе об этом не нужно беспокоиться, ты и так никого из нас не слышишь, — пошутил Грик.

Кол медленно повернул голову и смерил его суровым взглядом.

— Наушники защитные наденем. Ты же уже подобрал оснащение?

— Запускаемся, — прервал их шутки капитан.

Военные вздохнули и подчинились, снова надевая шлемы и возвращаясь в виртуалити.

— Третья часть. Итти подгрузил план завода, — командовал Айг.

— Где экологи разместятся? Как мы узнаем, где их пайки, а где работников? — спросил Грик, оказавшись в виртуальном просторном помещении завода, которое служило станцией приема и отправки грузов.

— Я еще в городе согласовал отправку маркированных пайков для рабочих. Уже неделю их доставляют. У экологов — свои. Они, скорее всего, займут комнаты управления завода и там же разместят пайки. В любом случае мы должны проработать несколько вариантов развития событий и план отхода, — пояснил Айг.

Каждый вечер, покидая тренировочный зал последним, капитан выходил из корпуса на пронизывающий ветер. Пока доходил до казармы, успевал еще раз прокрутить в голове весь план и оценить результат работы за день. Он переживал за исход операции, чувствовал ответственность за задание, порученное самим президентом, и за свой отряд.

Очаги сопротивления уже много лет вспыхивали по всей территории Союза. Оппозиционные экологи вели партизанскую, а местами и открытую войну, разделившись и нацелившись на разные части Союза. Они воевали за землю для экспериментов, которые они разработали и которые правительство не желало одобрять, скармливая народу свои опыты на мертвых землях.

Почва истощилась настолько, что местами даже трава не росла. А та, что вырастала, была низкая, блеклая, с проплешинами.

С экологами не вели переговоров. Их выставляли врагами Союза, желавшими захватить власть. Они уже давно превратились из ученых в жестоких террористов, ведущих войну. И население уже, наверное, забыло, какие истинные цели они преследовали еще сто лет назад, когда начался Век истощения. Теперь с экранов звучали сплошь обвинительные слова и все действия экологов приравнивались к вражеским. Они и сами подтверждали это мнение у населения, выпуская видеообращения. А когда-то экологи боролись за сохранение природного богатства планеты. И как бы Айгу ни хотелось поступить с ними гуманно, использовать превентивные меры и избежать убийств, как патриот и верный солдат Союза, он не мог ослушаться приказа самого президента.

Правительство не могло допустить того, чтобы население оказалось без питания, каждый посевной клочок был на счету. А все попытки экологов доказать миру, что еще есть возможность очистить почву, вернуть ей плодородность и вырастить растения, снова имеющие вкус, оставались безуспешными.

Каждый раз, когда Айг представлял убитых, и получение награды от президента за это, ему становилось тошно. Начинало скручивать все внутри, коченели руки.

«Эти руки их убьют», — отрывая взгляд от досье экологов, капитан поднял к глазам ладони.

Ему стало противно от самого себя. Он злился, что у него отняли право выбора и решили за него. Но продолжал следовать приказу, чтобы доказать, что он достойный сын.

В день вылета на Восточную базу Айга вызвали в кабинет командования авиабазы. Зайдя, он увидел лысую макушку, выглядывающую из-за экрана.

Аббах Нип сидел за столом авиакомандира, которого в помещении не оказалось.

«Как учуял мою тревогу», — мысленно ухмыльнулся Айг и занял место напротив.

— Что привело тебя сюда? — поинтересовался молодой капитан, опустив приветствие.

— Как ты? Все в порядке? — спросил Аббах, сдвигая касанием руки экран в сторону, чтобы видеть бойца.

— У тебя на столе ежедневные отчеты. Команда прошла тренировки в установленный срок и готова к вылету, — отрапортовал Айг.

Аббах молчал, разглядывая подчиненного.

— Я о тебе спрашиваю, — наконец ответил он.

Разговор был натянутый, каждый из мужчин думал о своем.

— В полном порядке, — твердо произнес Айг, не повзоляя усомниться в себе.

— Отлично, — кивнул командир Нип, убедившись, что мальчишка не сбился с пути.

Через час на взлетную полосу друг за другом вырулили четыре конвертоплана и взмыли в воздух. Бойцам предстояло преодолеть расстояние в три тысячи километров и ночью отправиться на спецоперацию.

Глава 13

Старый поезд катился по узкой железной дороге. Как и пятнадцать лет назад, он ехал медленно, а устаревшее оснащение вагона дребезжало.

Киль прильнула к окну, как в детстве, чтобы увидеть открывающуюся из-за гор равнину. С удивлением и некоторой долей удовольствия она отметила, что пейзаж изменился. Вместо безжизненной пустой почвы ей открылась мелкая зеленая поросль. А лес, который еще девочкой она видела вдалеке, казалось, приблизился.

«Или это я стала больше, и он теперь не кажется мне таким далеким?»

Девушка всматривалась в даль, когда поезд резко дернулся несколько раз, прокатился еще немного вперед и остановился у подножия холма. Киль испугалась и замерла. Дорога здесь поднималась вверх по прямой, и открывался хороший обзор. Девушка посмотрела через лобовое стекло кабины: далеко впереди виднелась бетонная плита, служившая платформой, и пункт диспетчерской связи.

Поезд подчинялся командам, заданных в его радионавигационных приборах. Такие системы использовались еще на транспортных средствах второго или третьего поколения.

— Старая развалюха! Списать тебя уже давно пора! — рассердилась Киль и решительно направилась к пульту управления.

Здесь имелись кнопки и рычаги на экстренный случай. Она склонилась и вчиталась в надписи. Ручной режим управления не включался. Поезд не реагировал ни на эту, ни на любую другую кнопку, какую бы Киль ни нажимала.

— Ну давай! Езжай! — ругалась она, нажимая уже все клавиши подряд. — Не хватало еще тут умереть в этой железной коробке! Не для этого я сюда ехала.

Девушка дернула на двери ручку экстренного открытия. Она распахнулась, и Киль спрыгнула на землю.

«И что мне теперь делать? — Она огляделась по сторонам, поднося руку ко лбу на подобие козырька. — У меня же тут только коробок с продпайками не сосчитать».

Киль заглянула снова внутрь вагончика, половину которого занимали контейнеры с провиантом.

«А если он уедет?»

Пока думала, она присела на корточки. Пальцы защекотало от прикосновения к мягкое траве. Та была ярко-зеленой, будто только недавно выросшей. На тонких стебельках висели зародыши маленьких бутонов. Совсем крохотные.

«Это цветы?!» — удивилась Киль, долго вглядываясь и не веря своим глазам.

Поднявшись, она сбросила на землю рюкзак. Ухватившись за поручень, подтянулась и заскочила обратно в вагон. Вскоре рядом с рюкзаком оказался небольшой чемодан с вещами и все контейнеры с сухой провизией, основу которой составляли макароны и галеты, яичный и молочный порошки и соевый текстурат, а также пайки. Они не были тяжелыми, но их было много. И скакать вверх в вагон и вниз на землю пришлось тоже много раз.

Покончив с этим, Киль устало села на коробки и вытерла со лба пот. Руки бессильно повисли, а ноги гудели от неожиданной физической нагрузки.

— Все, теперь можешь проваливать. — Киль с досады ударила бездушную машину по железному боку, но та продолжала стоять.