Диана Адамова – Легенда о Хранителях. Сделка (страница 5)
Парень ничего не ответил, лишь покачал головой, усмехаясь, и шагнул в… Сумрак.
– Эй! – крикнула я и сиганула за ним следом в оглушающую тишину.
Оставаться в Ростове я не планировала.
Глава 3
Если бы я сейчас рассказала кому-то о перемещении в пространстве с помощью магии, то готова поклясться, никто бы мне не поверил. А иначе это и не назвать, потому что спустя мгновение мы уже стояли снова в кабинете розыска багажа на железнодорожном вокзале Сыктывкара.
– Ты мне не веришь? – я заглянула в глаза парню.
Но Филипп не был намерен со мной разговаривать. Он упёр кулаки в стол и повесил голову.
– Чёрт!
– Послушай, – примирительно произнесла я, поправляя разметавшиеся волосы. Мне хотелось успокоить Филиппа, он казался таким потерянным. – Я никому не расскажу.
Он бросил на меня суровый взгляд и указал на дверь, желая поскорее избавиться от моего присутствия. Мне и самой бы не мешало поторопиться, мама наверняка потеряла меня, и хорошо, если ещё не подняла тревогу.
По кабинету разнеслась громкая рок-мелодия. Филипп достал из кармана телефон. Подошёл к двери и распахнул её, выпроваживая меня. Мне ничего не оставалось, как шагнуть за порог. За спиной захлопнулась дверь, и щёлкнул замок.
– Ну что ещё?! – я расслышала недовольный голос Филиппа.
Подслушивать нехорошо. Но мне и не пришлось этого делать. Голос парня звучал громко, и мне было прекрасно слышно.
– … да, я знаю, что не должен был появляться там и это плохо влияет… Я никого не приводил… да…
Через мгновение по ногам из-под двери подул ветер, и всё стихло. Я не могла расслышать и слова. А может… в кабинете уже никого и не было, и Филипп снова переместился в другое место.
Я шла через зал ожидания и смотрела на пассажиров: волнующихся, предвкушающих поездку или уставших после работы и вынужденных куда-то ехать. Смотрела и не верила, что вокруг меня могут находиться люди с необычными способностями.
Сведущие.
В чём? В магии? И у меня тоже есть какие-то способности? Я посмотрела на свои ладони.
Не заметила, как дошла до маминого кабинета.
Мама будто ждала: я не успела коснуться ручки, как дверь передо мной открылась.
– Ты где так долго была? – спросила она с тревогой на лице и оценивающе посмотрела на мои волосы.
Протянула руку, поправила несколько прядей. Конечно, моя взлохмаченная шевелюра после того, как дважды побывала в Сумраке, выглядела ужасно в сравнении с маминым элегантным пучком на затылке. Она ещё и красила волосы всегда вовремя, не позволяя тёмным корням отрастать. Её причёска всегда выглядела идеально, как и сама мама.
Вообще, она у меня красивая! Прививала мне с детства, что нужно следить за собой. Но у меня не всегда получалось, всё больше некогда было. Да и причиной тому, наверное, были гены, они у нас разные. Мама меня удочерила, когда я была ещё полугодовалой малышкой.
– Извини, я… с Филиппом заговорилась. А документ не подписала, Марина Андреевна не пришла.
Я закопошилась в кармане кардигана и протянула ей уже достаточно потрёпанный лист бумаги, который всё это время был у меня с собой. Мама ещё раз пробежалась взглядом по моему лицу и наконец пропустила внутрь.
– А я уже шла тебя искать. Полчаса прошло, а тебя всё нет и нет.
Я принялась складывать учебник и тетради в рюкзак. Мама повязала на шею нежно-розовый шарф с серебряной нитью, взяла со стола свою сумочку из красивой матовой кожи, повесила на локоть и встала у двери. Под её взглядом собираться было не по себе, казалось, вот-вот и она узнает правду, где я была на самом деле.
Вот это да! Ещё каких-то десять минут назад я была в другом городе! Невероятно! Я закусила губу, чтобы спрятать от мамы улыбку.
– Я готова, – посмотрела я на маму.
Выходя из здания вокзала, я думала о Филиппе. Он упоминал, что скоро мы больше не увидимся. А мне бы… хотелось с ним видеться, хотелось узнать о его способностях, о Сумраке, о Сведущих. Ведь это он сделал! Это он вызвал Сумрак и переместил нас! Но если он уедет, то всё, что сегодня произошло со мной, быстро забудется как сон, как бы долго я ни лелеяла эти воспоминания.
Я оглянулась на вокзал и нашла взглядом нужное окно. Свет горел, и мне показалось, что за жалюзи двигались две тени.
***
На следующий день после уроков я торопилась на вокзал как никогда. Даже не стала заходить к маме, а первым делом направилась в розыск потерянных вещей к Филиппу. Мне не терпелось его увидеть.
Парень открыл мне дверь. Загородил собой проход и молчал, всем своим видом показывая, что разговаривать со мной он не собирается. Но при этом не сводил с меня глаз. Он будто боролся с желанием впустить меня и выпроводить, захлопнув дверь перед носом.
– Я пришла поговорить, – сдержанно произнесла я, хотя мне хотелось сыпать вопросами.
Ночью я почти не сомкнула глаз, вспоминая произошедшее. Парень тоже, похоже, плохо спал – под его глазами обозначились тёмные круги, а белки глаз покрылись мелкой красной сеточкой сосудов. Сердце в моей груди колотилось от быстрого шага.
– Не сомневался в этом, – Филипп проводил взглядом женщину, проходившую мимо за моей спиной, пока та не скрылась за углом. Потом снова повернул ко мне голову: – Что ты хочешь от меня? – выдохнул он.
– Расскажи мне.
Я достала из-за спины пакет яблок и протянула ему.
– Я принесла нам перекусить.
Его взгляд остановился на маленьком пакете, в котором лежали три красно-жёлтых фрукта. Фил покачал головой и, будто справившись с собой, со своей внутренней борьбой, произнёс:
– Уходи.
Хорошо, что я стояла в шаге от двери, иначе бы она мне точно прищемила нос, потому что я не успела бы отойти – с такой силой он захлопнул её.
Что это с ним? Я думала, что нам удастся подружиться. Он же уже был готов меня впустить! Отступив, я достала из пакета яблоко и от досады вгрызлась в него, откусывая сразу большой кусок. Слёзы пекли глаза. Я не привыкла к подобной грубости. Мама всегда была вежлива, с одноклассниками у меня хорошие отношения. Я никогда прежде и не сталкивалась с подобным.
Что ж… завтра я приду ещё раз. Терпения у меня иногда не хватало, а если оно ещё и любопытством приправлено!..
Но и на следующий день Филипп не захотел со мной разговаривать, отказавшись открыть дверь. А через день он поджидал меня в холле вокзала. И стоило мне войти, взгляд сам нашёл его среди пассажиров. Я сбилась с шага и остановилась, пытаясь предугадать, почему он вдруг ждёт меня. И ни одной логичной причины не приходило в голову. Фил кивнул, указывая следовать за ним. Его голубые глаза гипнотизировали и звали. Вопреки волнению, охватившему меня, за спиной медленно распускались крылья.
Когда дверь кабинета за нами закрылась, на моём лице отразилось торжество победы, чего нельзя было сказать о хмуром Филиппе, смотрящем на меня исподлобья.
Парень задумчиво качнул головой и сел за стол.
– Тебе говорили, что ты иногда слишком назойлива?
– Да, я не знаю границ, – довольно улыбнулась я, присаживаясь напротив него.
От Филиппа исходили волны недовольства, я их чувствовала, и мне стало не по себе. Я отвлекалась. Вспомнила почему-то о домашке, о книге, которую читала, пока ехала сюда, о тёмном меланхоличном взгляде брюнета… Артёма… И вдруг удивлённо моргнула, приходя в себя и фокусируясь на Филиппе.
– Даша…
– О, ты знаешь, как меня зовут?
– Здесь каждый знает, как тебя зовут.
Да, так и было. Я мысленно порадовалась, что нам пришлось избежать неловкости. Не была уверена в том, что Филипп знает моё имя.
– Ты так и будешь сюда ходить, пока не закончится моя стажировка?
– Да, – кивнула я.
– Что ты хочешь знать? – спросил Филипп, сдаваясь. Он потёр переносицу.
– Всё. Но для начала расскажи, что старшеклассник из Ростова делает здесь, на вокзале Сыктывкара?
Филипп поморщился и прикрыл глаза, всё ещё такие же покрасневшие. Он сидел и не двигался несколько мгновений, а когда открыл их вновь, в них застыло что-то тёмное и леденящее. Не сводя взгляда со своих рук, Филипп глубоко дышал. А после, будто справившись с собой, качнул головой, снова посмотрел на меня и улыбнулся.
– Я не могу с тобой это обсуждать. Если ты Сведущая, то знаешь, мы не распространяемся о себе, да и в целом ты всё и так должна знать.
– Но я не знаю!
– Да, ты не знаешь. И это очень странно, – Филипп покивал собственным мыслям и подался вперёд, понизил голос: – Сумрак не трогает обычных людей, а они не видят его.
– Но я видела! А таких штук, как ты, делать не умею. Где этому учат?
Посмотрев в окно, Филипп моргнул и, казалось, на секунду вновь «провалился». Потёр глаза мягкой частью ладони. А я не могла перестать спрашивать. Как иначе? Это же вау! В этом мире есть люди, способные на волшебство! От одной мысли мне не сиделось на месте.