Ди Темида – В твою любовь. Рискуя всем (страница 16)

Я схватилась за его форму, притягивая ещё ближе, хотя ближе некуда. Тело уже дрожало от знакомых эмоций вожделения, но… Где-то на краю сознания я снова ощутила что-то неизвестное. Странное, мешающее. Вводящее в ступор.

Норд склонился надо мной. И медленно провёл по моей нижней губе языком, невесомо касаясь истерзанной ударами кожи. Я тут же отозвалась тихим стоном, проклиная про себя раны, что не позволяли ощутить полноценные, долгожданные поцелуи.

– Эти твои стоны, Грейс… – улыбнувшись, он приник губами к уголку моего рта, ласково двигаясь дальше, ниже к челюсти. – Блять… Эти твои чертовы стоны…

Договорив, Норд поцеловал и прикусил кожу рядом с моим ухом. На что я неслышно зашипела и прикрыла глаза от наслаждения. Откинув голову назад, совершенно бездумно открыла доступ к своей шее – и Норд, подстегиваемый моей реакцией и собственным желанием, провёл длинную влажную линию языком по краю воротника водолазки.

– Я скучала… Очень скучала по тебе! По всему тебе! – не менее горячо прошептала я в ответ, впитывая ласки по шее.

Вцепляясь в Норда крепче. И старательно отметая в сторону неясные импульсы внутри, которые почему-то тормозили моё тело. Я запустила холодные ладони под верх формы Норда, а он резким движением опустил край воротника, очевидно, собираясь оставить на колотящейся от диких эмоций венке засос. Пылко вжимая меня в стену пещеры.

Но тут… Мышцы на его животе, которые я ощупывала пальцами, сократились. Стало ясно, что далеко не от моих поглаживаний. Между нами повисла напряженная тишина.

Тело Норда будто подобралось, а губы так и не прикоснулись к моей ожидающей шее, которую теперь овевало совершенное иное дыхание.

Прерывистое от злости…

– Что это?.. – ледяным тоном пробормотал Норд.

Этот вопрос, как и сложенная из последних секунд картинка, озарили меня слепящим светом ужаса. Я стояла, боясь шелохнуться и ощущая, как слёзы против воли скапливаются в глазах. Вот-вот прольются. Норд не отпрянул, не прервал объятий, а лишь ощутимо надавил на точку на моей шее и повторил:

– Что это, Грейс?!

Водолазка всё это время успешно скрывала болезненно фиолетовую отметину Тома. И я об этом совершенно забыла…

Глава 10. Вопросы без ответов

Грейс

Дыхание словно остановилось, когда пальцы Норда обманчиво мягко сомкнулись на моей шее. Воротник водолазки полностью сполз вниз. Они не душили. Не давили. Лишь обхватили, но я зябко повела плечами. Стало неуютно от того взгляда, что пригвождал к стене своей тяжестью. Разум погрузился в странный флешбэк. На долю секунды привиделся Томас, и показалось, что насилие может повториться.

Разум осенило. Вот в чём заключались непонятные сигналы организма, вводящие меня в заторможенность. Тело, несмотря на испытываемое желание к собственному мужчине, не забыло жестокость другого человека.

Оправлюсь ли я от этого?.. И когда?

– Норд, пожалуйста… – прошептала я, чувствуя на губах солёную влагу.

Он неторопливо опустил руки. Отодвинувшись, чтобы видеть моё лицо, Норд еле слышно выругался. Затем осторожным движением пальцев стёр дорожку слёз на моей щеке.

– Это сделал он?

Холодный тон не вязался с прошибающим жаром его взгляда. Я стиснула зубы.

– Ответь.

Шёпот Норда прошил меня подобно автоматной очереди. Я судорожно кивнула в ответ. Никогда до этого, ни в одном нашем конфликте и недопонимании, не видела его настолько злым.

От Томаса остался бы пепел, будь тот где-то рядом.

Мой командор застыл, внимательно разглядывая меня. Всю меня. Затем вновь медленно коснулся обеих щёк ладонями: слёзы лились бесконтрольно. Я не замечала ничего, кроме нарастающей грозы в серой радужке напротив.

– Покажи. Сама, – отрывистый, стальной тон Норда резал воздух между нами.

Не сводя напряженного взгляда с моего бедра, он протянул метательный нож из-за пояса. Всхлипнув, я приняла его, и аккуратно подцепила ткань. Одним ловким движением распорола брючину, почти не дыша. Следующий вопрос раздался в унисон с моим всхлипом:

– Это ты называешь растяжением?..

Большим пальцем Норд медленно, едва касаясь, обвёл зашитое пулевое отверстие.

– Норд, я… Я всё расскажу, – сбивчиво ответила я, ощущая спазмы в горле, которые не позволяли нормально говорить.

Он отошёл на шаг и отвернулся. Я видела лишь, как сжимаются его кулаки. Слышала только хриплое, ритмичное дыхание. Долгие несколько минут никто из нас не решался заговорить, а после Норд обернулся ко мне вновь.

Каких колоссальных сил ему стоило сохранять подобие самообладания? Излучать хладнокровие? На бесстрастном лице говорящим был лишь взгляд. В нём была такая непередаваемая боль. Будто сейчас Норд проживал заново то, что прожила я тогда.

И такая жажда мести к Томасу, что я пожалела о том, что не рассказала всю правду с самого начала.

– Я хотела… уберечь тебя. Ты бы кинулся за ним. Не думая…

Не хотелось даже представлять, насколько жалко выглядела я сама и скулёж в ответах, однако думать об этом не пришлось: Норд порывисто обнял меня и прижал к себе.

– О нет… – горячий вздох коснулся моего уха: – Поверь, я бы всё тщательно обдумал, прежде чем идти за его головой. И другими частями тела. Заставил бы эту тварь сначала сожрать их перед мучительной смертью. За всё то, что он сделал с тобой.

Озноб пробирал мышцы: я вцеплялась в плечи Норда, как в спасательный жилет. Будто боялась утонуть в подступающей тьме воспоминаний. Лишь почувствовав долгий поцелуй на макушке, ощутила контратаку волной покоя. Безопасности. Нежности.

И просипела:

– Он ничего не успел…

Больше не могла говорить, потому что слёз было настолько много, что почти ими захлебывалась. Норд молчал, с силой вжимая в себя. Ладонями контрастно неторопливо водил по моему телу, оглаживая изгибы.

– Не успел… – неразборчиво повторила я, пытаясь рукавом утереть и нос, и щеки.

Атмосфера между нами разрядилась так же резко, как и накалилась. Я прижалась лицом к его полувысохшей форме. Ловкие мужские пальцы пробрались в спутавшиеся волосы, и Норд прижал мою голову, будто пряча на своей груди. Дамбу внутри прорвало. Чёртовы рыдания, пущенные на самотёк, казалось, никогда не закончатся.

Норд же оглушающе громко молчал. Не помню, сколько мы так стояли, не расцепляя рук, пока в какой-то момент вдалеке не послышался короткий свист.

Мой командор аккуратно отстранил меня. Теперь я ощущала на себе лишь блуждающий взгляд цвета расплавленного металла, который грозился затопить весь окружающий мир. Чтобы тот, замурованный навечно, застыл под ним.

– Это Уиллсон, – охрипшим голосом предположил Норд: – Оставайся здесь…

Свист настойчиво повторился, когда он, тяжело вздохнув, будто сменив этим лик на арктический лёд безразличия, направился к выходу. Я, дрожа всем телом, сползла по стене, у которой так и осталась стоять, провожая Норда увлажнившимся взглядом.

Посмотри на меня.

Пожалуйста, посмотри на меня.

Ещё один раз.

Столько раз, сколько понадобится, чтобы я вернулась в норму.

Норд будто ощутил мой внутренний призыв. Коротко обернулся через плечо и, прежде чем выйти за порог пещеры, ободряюще добавил:

– Поговорим позже, Грейс… Когда оба придём в себя.

Через несколько минут, он возвратился вместе с капитаном Уиллсоном. Сил больше не осталось. Всё остальное я стала выполнять на каком-то грёбаном автопилоте…

***

Уиллсон долго обнимал мою сгорбленную фигуру у скал, сбивчиво и торопливо объясняя, почему был вынужден покинуть меня тогда на форпосте. Ох… Отмотать бы время назад, когда это было единственной глодавшей меня проблемой.

Стоило неимоверных усилий проявлять внимание и держать лицо, потому что меня уже не беспокоили ни разъяснения капитана, ни наши дальнейшие действия. Внутри простиралась безразмерная пустошь… Возможно, это и к лучшему. Отчасти это было нужно, но…

Я смотрела лишь на него. На стоявшего поодаль Норда, который с непоколебимым равнодушием озирал пейзажи. И лишь когда переводил взгляд на меня, в нём вспыхивало серебряное пламя.

Мне жизненно необходимо поговорить с ним. Именно сейчас, а не потом, но обстоятельства складывались не в нашу пользу – нужно идти дальше, да и не хочется, чтобы Уиллсон становился свидетелем трудной беседы. Я терялась в догадках, что именно сейчас чувствует мой командор, кроме необъятной ярости на Томаса. На то, что случилось. Было ли ему противно от того, что тот прикасался ко мне? Злился ли Норд на самого себя за то, что не уберёг, хотя мы оба понимали, почему? Изменятся ли наши и так начавшиеся непросто отношения после всего?

В душе что-то с боевым кличем восстало.

Пытается ли он поставить себя на моё место, чтобы в полной мере прочувствовать ту боль и унижение, которые я испытала в камере? По причине которых вынуждена скрывать правду?

– …ребята уже с нетерпением ждут вас в нашем импровизированном убежище, – донесся как сквозь толщу воды до моего слуха голос капитана, который разъяснял путь и дальнейшие действия: – Идти около мили. Патрулей на этом клочке суши не видно. Дозиметр поймал криптококк только далеко на севере.

Норд подошёл к нам, когда мы принялись проверять работоспособность оружия. Нерушимый, неумолимый, принципиальный. Как гора, которую не сдвинуть. Но мимолетное касание ладони по моей пояснице наполнило теплом и надеждой.

Я виновато взглянула на него и сосредоточилась на Уиллсоне, который доставал из кобуры пистолет и запасной дозиметр для меня. Стало немного легче. Безмолвие Норда распаляло мое нетерпение, и единственное, на что оставалось рассчитывать – разбор полётов по прибытии. Так что, сжав волю в кулак, я без лишних возражений замкнула нашу колонну, выдвинувшуюся вглубь джунглей.