Дейна Роув – В своей клетке (страница 3)

Дом жил, и этот живой, старый дом, будто не принадлежал ей.

Он дышал рядом, отдельно, с другой части.

Где-то за спиной хрустнуло дерево, и звук пробежался по спине мурашками. Будто точным током. Кейт прикусила губу, но не чувствовала вкус крови, чтобы как-то доказать себе, что она здесь, что все остальное не реально.

Даже сердце не билось, а шуршало, будто пленка, переплетенная магнитофоном.

Она наклонилась, чтобы закрыть тетрадь, но пальцы остановились от миллиметра от бумаги. В комнате повисло ощущение. Будто кто-то сдерживает руку. Будто воздух стал вязким, пустым и не живым. Она замерла. И поняла, что шум исчез. Никаких звуков, никаких проезжающих машин, и никаких тикания часов. Даже собственное дыхание будто поглотила тишина. Наступила тишина, о которой Кейт столько писала. Но теперь Кейт поняла, это не тишина ушла, а пришел кто-то вместо нее. Намного живее. Он будто чувствовал ее взгляд.

Лампа мигнула последний раз и погасла. Комната утонула в густой и липкой тишине. Снаружи, короткий и нервный треск. Даже воздух перестал вибрировать.

Телефон на столе ожил. Экран вспыхнул холодным светом, вырезав из темноты белое пятно. Цифры времени 03:13.

На экране высветилось имя: неизвестный номер.

Кейт долго не шевелилась. Потом будто под гипнозом, протянула руку и провела пальцем по экрану.

– Алло, – ответила чужим голосом Кейт, обеспокоенным.

Но она пыталась не подавать виду. На том конце дыхание. Длинное, ровное, считаемое измерение. Будто кто-то старается дышать в такт с ней.

– Кто это? – прошептала она, чувствуя, как ее сердце уже не бьется. Дрожит где-то в горле.

Тишина.

Но она чувствовала присутствие. Оно было рядом. Слишком близко. И тогда, сквозь дыхание, произнесётся шепот. Тихий, почти ласковый, как у того, кто стоит вплотную к уху.

– Я же говорил… тишина не бывает пустой.

Экран погас.

Комната осталась без света. Но в зеркале, напротив кровати, что-то продолжает отражаться. Не светлое пламя. А слабое отражение мерцания. Похожий на пульс. Оно билось в такт ее сердцу, или наоборот. Сердце подстраивалось под его ритм.

И в этом отражении, Кейт впервые заметила то: чего не могла заметить те долгие годы, тонкую линию света, очертание плеч, силуэт, который дышит вместе с ней. Ее левая сторона тела покрылась мурашками. Дрожь пробежалась по спине.

Сердце вдруг перестало дышать, и случается. Холодная рука, положила руку на плечо Кейт.

Глава 2

Утро пришло без предупреждения, не как спасение, а как ошибка системы. Свет из-за штор тусклым и рассеянным, будто пробился сквозь воду. Кейт проснулась не от сна, а от усталости, глаза открылись, но тело не поняло, зачем. Она лежала на боку и слушала квартиру. Там снова были звуки. Холодильник гудел, кран капал. А за стеной кто-то хлопнул дверью. Все как прежде. Все живое. И все же где-то под этой информацией, шла другая мелодия, ровная, едва уловившая пульс, как если бы тишина из ночи пряталась под кожей мира и теперь достала сквозь цели.

Она встала, ноги коснулись холодного пола. На секунду показалось, что под подошвами что-то вибрирует, будто дом откликнулся на ее шаг. Кейт сделала глоток воды из бутылки, стоявшей на столе. Металлический привкус не уходил. На зеркале в прихожей, стоял запотевший отпечаток ладони.

Она замерла. Может, дотронулась ночью?

Может, это ее?

Но форма пальцев казалась иной, чуть длиннее, чуть уже. Было понятно, что это не ее отпечаток ладони.

Кейт стерла след, выдохнула. Надо жить дальше, надо убедить себя, что все под контролем. На кухне она включила радио, громко, слишком громко, чтобы заглушить все остальное.

Голос диктора сливался с шипением воды, и этот шум давал ей страшное ощущение безопасности, будто где-то рядом снова звучала жизнь. Она делала кофе, рука дрожала. Ложка дрогнулась о чашку, звук оказался слишком громким, настолько, что пробудил Кейт от своего мира.

Телефон лежал на столе. Кейт разблокировала экран. Журнал вызовов пуст. Как будто ночного кошмара не было вовсе. Она смотрела на это слишком долго, пока кофе не остыл. А потом почти не думая, открыла заметки и написала:

03:13: дыхание, сказал, что тишина не бывает пустой.

Буквы дрожали, но становились четче. Она не хотела верить, но знала, он вернется. Он просто ждет, пока город станет тихим.

Она стояла на ступенях, не решаясь спуститься. Поток людей двигался мимо, кто-то спешил, кто-то разговаривал по телефону, кто-то смеялся. Все жили. Она стояла, как выброшенная из времени. Холодный ветер потянул ее за рукав пальто, будто поддакивал иди. Но ноги не слушались. Все внутри сопротивлялось. Если она спустится туда вниз, в подземелье, где сквозняки косят тяжелые голоса, что-то изменится. Навсегда.

Кейт шагнула вниз. Каждая ступень звучала, как удар сердца.

Тук. Тук. Тук.

Металл перил был ледяным под пальцами, и она чувствовала, как дрожь проходит по телу.

На платформе пахло бетоном, озоном и кофе из дешевого автомата. Возле колонны стоял мужчина с газетой. Дальше у вагона, женщина с серым пальто. Но Кейт все равно искала. Каждое лицо. Каждое движение как возможность.

Она подошла к витрине торгового центра. Отражение снова вернуло ее саму. Бледную, прозрачную и… возможно потерянную. И вдруг за плечом тень.

Она резко обернулась. Никого. Только парень с наушниками, проходящий мимо, и старик. Дремлющий на скамейке. Кейт выдохнула.

«Ты сходишь с ума.»

Сказала Кейт мысленно. Опять.

В вагоне метро воздух был плотный и тяжелый. Люди прижимались друг к другу, и Кейт почувствовала, как шум вагонов вибрирует у нее в груди. Она села у окна. В отражении снова ее лицо.

Но на долю секунды мелькнула фигура позади нее. Мужчина с чуть опушенной головой и руками в карманах. Она вскрикнула, обернулась. Пусто. Но она видела. Она видела его.

Кейт опустила голову и зажала ладонями виски. Сердце билось слишком быстро. Звуки сливались в одно монотонное гудение.

В голове мелькнули обрывки. Будто слайды.

Питер, стоящий у окна.

Питер, смеющийся от того, что она прятала от него кисти.

И теперь, мужчина на улице, тот же поворот головы, тот же взгляд через стекло.

Она чувствует, как реальность и память сливаются в одну тонкую линию. Она не знала где граница. Линия была слишком тонкой.

Поезд тронулся, и ее отражение в ржавом полутемном стекле вдруг улыбнулось. Кейт замерла. Она моргнула.

Кейт вскрикнула, и напряженно отошла от окна. Сосед, нахмурившись спросил: «Все в порядке?»

Она кивнула.

Не ответила.

Она боялась в лишний раз говорить.

Когда поезд остановился, она выбежала из вагона спотыкаясь. Она не хотела больше возвращаться туда. Питер. Отражение.

Вышла на поверхность и жадно сглотнула кусок свежего воздуха.

Она подняла глаза, на той стороне улицы стоял парень. Тот самый. С витрины. Питер.

Он смотрел прямо на нее. Но без улыбки. Будто произошло что-то плохое. Очень.

И… показал жест. Кейт сразу поняла, какой.

Просто короткое движение пальцев. Спокойное. Живое.

Она сделала шаг вперед. Но тут проехала машина, окатив ее водой. Когда она моргнула, то ее уже не было.

Кейт стояла посреди улицы, дрожащая, мокрая. Сердце стучало в висках. И только теперь она вспомнила этот жест. Тот самый, что Питер показывал, когда хотел сказать «подожди».

Она стояла посреди улицы, и мир вокруг словно застыл на мгновение. Все стало вязким: фары, машины, шум, ветер как в воде. Кейт перевела дыхание, и пошла вперед, туда, где секунду назад стоял мужчина.

Снег усиливался. Падал тихо, будто кто-то сверху, обрывал нити, по одной. Под ногами хрустел ледяной снег. А где-то позади уже зажигались огни. Темнело. Вечер подглядывал незаметно.

Кейт шла между домами, пока улица не сузилась, медленно превращаясь, в темный переулок. Старые кирпичные стены, облупленные лианами, мусорные баки.

Свет здесь был другой, мутный, серо-желтый, от лампы, мигающей на столбе. Она видела следы на снегу, мужские ботинки, глубокие, будто специально нажимали.

Сердце подсказывало: это он.