Дэвид Вонг – Джон и Дэйв и Храм Кс'аль'наа''тхутхутху (страница 28)
Старик наклонился, поднял из грязи старый автомобильный двигатель и одной рукой запустил в нас, как будто это был софтбольный мячик. Четырёхсотфунтовый кусок металла перевернулся в полёте, разбрызгивая струи дождевой воды из цилиндров. Мы кинулись в разные стороны – за секунду до того, как двигатель сокрушил своим весом крышу хэтчбека в облаке стеклянных осколков.
Джон повернулся, навёл мехопушку и выстрелил.
Старика отнесло в сторону, и он вскинул руки к лицу. Затем отвёл – лицо покрыла густая чёрная борода.
Старик направился к нам. Джон снова выстрелил – борода стала в два раза длиннее.
Теперь старик уже бежал – устрашающе быстро, интенсивно работая руками. Бежал прямо на нас. Мы бросились от него. Джон попытался развернуться и выстрелить ещё раз. Выстрел пришёлся в сторону – у статуи мужика с глушителем выросла здоровая борода.
Старик в два счёта нагнал Джона и повалил его, как квотербек. Джон слепо палил из мехопушки и попал в стопку кунгов для пикапов. Из-под стопки бросилась врассыпную стайка крыс, каждая с маленькой чёрной бородой.
Мехопушка вылетела у Джона из рук и покатилась в сторону. Я бросился к ней, но резкий удар в спину вышиб из меня дух, и я рухнул на землю, хватая воздух ртом. Я перекатился на бок и увидел, что старик уже готовится запустить в меня ещё один бампер.
Я дотянулся до пушки, направил её на старого пердуна и нажал на спусковой крючок.
Пушка издала громоподобный звук, от которого содрогнулась земля. Ударная волна отправила старика в воздух. Высоко-высоко. Он улетал всё выше и выше, пока не уменьшился до размеров песчинки, исчезнувшей в грозовом облаке.
– Охренеть, – сказал Джон.
– Смотрите! – Крикнула Эми.
Мы оба повернулись и увидели человека-тень: небольшая чёрная полоса возле синего «Шевроле Беретта». Он двинулся к нам – не шагом, а скорее поплыл, поскольку у него не было ног. Его «ноги» растворялись в воздухе примерно в футе от земли.
Я направил на него мехопушку и выстрелил. «Беретта» выпустила пар, расплавилась и ушла в траву, словно кусок растопленного масла. Человек-тень, похоже, остался невредим. Он направился к нам. Мы попятились к краю свалки.
– СТОЙТЕ! – крикнула Эми. – Джон! Достань телефон!
Тот вынул телефон и выставил перед собой, как перцовый баллончик. Эми набрала номер, и вокруг разлилась музыка…
Человек-тень остановился, затем развернулся. Задние двери ближайшего фургона раскрылись сами по себе, и человек-тень вплыл внутрь.
Джон подошёл к фургону и, всё ещё держась на расстоянии от дверей, заглянул внутрь.
– Идёмте! Это кухня!
– Что-что?
Джон скрылся в кузове фургона. Мы с Эми подошли ближе, и действительно: через двери машины был виден не салон, а большое помещение с рядами серебристых холодильников вдоль заляпанных жиром стен. Похоже, кухня какого-то ресторана.
Мы прошли через двери и очутились на кухне, пропахшей моющими средствами и парами животного жира. Справа была дверь в промышленную морозильную камеру, слева – открывающаяся в обе стороны дверь, видимо, ведущая в ресторанный зал.
Джон осторожно протиснулся через двери, вышел в короткий коридор и прошёл мимо небольшой деревянной двери с надписью «ПОСТОРОННИМ ВХОД ВОСПРЕЩЁН», за которой, видимо, находился кабинет менеджера. Мы вышли в помещение, заставленное круглыми столами. Ресторан был закрыт, в зале было тихо. Только приглушённое постукивание по крыше: начался дождь.
Вдоль одной из стен расположился бар, заставленный рядами бутылок, с двумя большими телевизорами, по которым наверняка бы показывали какой-нибудь спортивный матч, не будь сейчас раннее утро. Противоположную стену украшала роспись: улыбающийся мультяшный буйвол, жующий бургер.
– О, «Буффало Бургер», – сообщил Джон, хотя в этом не было необходимости. Мы все здесь бывали. Да, они действительно готовили бургеры из мяса буйволов. Мы находились примерно в миле от школы.
Я глянул на часы.
– Ладно, идёмте к школе. Кто-нибудь, позвоните…
Меня бросило на пол. Стул, угодивший мне в спину, грохнулся на плитку рядом со мной.
Послышались частые шаги. Через зал к бару бежал мужик – пухлый, лысеющий, лет пятидесяти на вид. Он появился из коридора, из того небольшого кабинета.
На пути ему попался ещё один стул, который он схватил одной рукой и швырнул в нас, даже не глядя в нашу сторону. Джон пригнулся – стул пролетел мимо и разбил окно.
Мужик прыгнул через барную стойку и скрылся за ней.
Мехопушку выбило у меня из рук, но её подняла Эми и осторожно навела на бар. Я встал, увидел массивную деревянную дверь, ведущую на улицу, и подумал, придется ли её ломать, или, может, где-то есть ключ…
– Эй, приятель, – сказал Джон, – ты просто человек, или в тебя вселился демон-тень?
Ответа не последовало. В следующую секунду мужик выскочил из-за стойки, держа в руках дробовик.
Эми зажмурилась и наудачу пальнула из мехопушки в сторону мужика. Небольшая головка сыра мягко приземлилась на барную стойку.
– Дай мне! – закричал я и вырвал пушку у неё из рук. – Пока я стреляю, бегите к двери!
Я вскочил на ноги и прицелился. Джон и Эми пробирались между столами. Мужик за баром больше не показывался.
– ДЭЙВ! СЮДА!
Я посмотрел направо и увидел, как лысый выползает из маленькой дверцы сбоку от бара, откуда открывался прямой путь до входной двери. Он добрался до неё раньше, чем Джон и Эми, и направил на них дробовик.
Я выстрелил из мехопушки.
По залу пролетел огромный чёрный комок размером с минивэн, исторгая истошные вопли, похожие на сдавленное мычание.
За ту долю секунды, что он находился в воздухе, я успел рассмотреть, что это было. Буйвол. В смысле, настоящий буйвол – здоровенный, мохнатый и оставляющий после себя шлейф вони, как от мокрой псины.
Буйвол устремился к мужику, беспомощно размахивая ногами в воздухе. Он впечатал лысого в дверь, сорвав её с петель. Мужик вместе с дверью упал на тротуар в облаке щепок от дверного проёма. Подозреваю, этот удар сломал все до единой кости в его теле.
– ДА! – торжествующе заорал Джон. – Выкуси! ВЫКУСИ!
Буйвол развернулся к нам. Он фыркнул, рыгнул, пёрнул и чихнул. И тут же кинулся на нас – стук копыт о кафель отдавался у меня в животе, как от ударов кувалды.
Эми закричала. Зверь разносил в стороны столы и стулья, словно кукольную мебель. Я схватил Эми за руку и кинулся бежать, но споткнулся о стул и упал – Эми полетела на пол вместе со мной. Джон подобрал мехопушку, прицелился в зверя и выстрелил.
Буйвола отнесло, и он остановился. В следующую секунду у него появилась здоровенная – в рост человека – густая борода с седыми прожилками.
– БЕГИТЕ!
Не помню, кто именно это прокричал, но в этом не было нужды. Мы метались из стороны в сторону вокруг разбросанной мебели, чтобы не налететь на буйвола. Тот пытался развернуться и снёс шесть столов.
Мы вылетели через входную дверь, перескочили через помятое тело лысого мужика и выбежали на тротуар в центре города. Дождь барабанил по асфальту, и мы сразу же промокли до нитки. Примерно две секунды спустя из ресторана выскочил буйвол, снеся ещё по футу дверного проёма с каждой стороны.
Мы выбежали на шоссе и перебежали через четыре полосы, спасаясь о буйвола. Тот выбежал за нами, и его сбила фура.
Тягач резко затормозил, его начало заносить, и он размазал полтонны буйволиного мяса по асфальту, оставляя позади бордовые следы от шин, протянувшиеся на полтора квартала.
– ЕСТЬ! – снова закричал Джон. – Выкуси!
БАМ!
Лобовое стекло стоявшей рядом машины разлетелось на кусочки, осыпав мне лицо осколками.
Лысый поднялся, хотя казалось, что у него сломаны обе ноги. Он передёрнул цевьё и снова прицелился.
Джон выстрелил из мехопушки. У мужика тут же выросла густая борода.
Мужик выстрелил – Джон кинулся на землю. Мехопушка вылетела у него из рук. В этот раз мы с Эми закричали одновременно. Футболка Джона стала краснеть в нижней части груди.
– БЛЯТЬ! ТВОЮ МАТЬ! БЛЯТЬ! – я пытался оттащить Джона за ближайшую машину. Послышался голос – я сообразил, что кричал водитель тягача. Затем раздался выстрел, и крики прекратились.
Мы затащили Джона за машину, отделявшую нас от мужика, и усадили его спиной к бамперу, укрыв от линии огня. Я обежал машину, мужик выстрелил – пуля попала в землю рядом с моей ногой. В меня полетели кусочки горячего асфальта, и, кажется, один отрикошетил мне в голень.
Я схватил дрожащими руками пушку и выстрелил в мужика.
Пушка издала гудок.
Ничего не произошло.
Мужик замер, ожидая эффекта от выстрела. Он посмотрел по сторонам. Ничего.