Дэвид Вебер – Могучая крепость (страница 175)

— Я не думаю, что Кайлеб Армак — это Архангел Лангхорн, вернувшийся во славе, но я действительно думаю, что он, в основном, хороший молодой человек, делающий всё, что в его силах, в чертовски запутанной ситуации. Молодой человек, который отказался просто сдаться и умереть, когда «Группа Четырёх» решила уничтожить его королевство. Я также думаю, что Клинтан и Инквизиция теперь показали своё истинное лицо. И я скажу тебе это прямо сейчас, Терил — я встану на сторону любого по эту сторону самой Шань-вэй, кто готов противостоять кому-то подобному.

II. Город Телифа, Телифская Бухта, Графство Штормовой Крепости, Княжество Корисанд

.II.

Город Телифа, Телифская Бухта, Графство Штормовой Крепости, Княжество Корисанд

В двух торговых галеонах, стоявших на якоре далеко от причалов города Телифа, не было ничего примечательного. Они прибыли порознь, с разницей в несколько часов, один под домашним флагом довольно сомнительного Менчирского торгового дома, а другой — чизхольмского реестра. Они встали на якорь в нескольких сотнях ярдов друг от друга, а затем продолжали игнорировать друг друга, ожидая своей очереди подойти к причалу или перевезти свой груз на берег лихтерами.

Ни один из них, похоже, особенно не спешил, поскольку их шкиперы не предприняли никаких особых усилий, чтобы организовать выгрузку своих грузов, но никого в Телифе это особенно не взволновало. На самом деле, никто в Телифе не обратил на них ни малейшего внимания, пока они стояли там на якоре, горстка людей двигалась по палубам, наблюдая, как темнота медленно опускается на залив. Тут и там на берегу начали вспыхивать огни — ничего похожего на освещение, которое можно было бы увидеть в Теллесберге, Черайасе, или даже Менчире, но, тем не менее, они сверкали, как выброшенные на берег звёзды. Сегодня вечером они казались ещё ярче, чем могли бы быть в другое время, поскольку так случилось, что не было луны.

В наступившей полной темноте, галеоны превратились в почти невидимые чёрные кляксы на фоне чуть более светлой воды. Над головой появились звёзды, на мгновение отразившись в маслянисто-гладкой зыби, но как только они появились, с востока начали надвигаться тучи.

«Это смешно, — подумал сэр Корин Гарвей, стоя на шканцах одного из этих галеонов и наблюдая, как набегающие облака неуклонно стирают звёзды. — Я думаю, я готов поверить в сейджинов, и полагаю — особенно после того, как послушал отца; поговорим о преобразованиях! — я могу согласиться с тем, что Бог на стороне архиепископа Мейкела. Но это не то же самое, что быть на стороне Кайлеба! И даже если бы это было так, как бы сейджин смог устроить такую ночь, как эта? Как будто Архангелы создали эту проклятую погоду по заказу!»

В данных обстоятельствах это был достаточно разумный вопрос. С другой стороны, Гарвей ничего не знал ни о СНАРКах, ни об ИИ по имени Сыч, ни о метеорологических прогнозах, которые он мог сделать. Он также не имел ни малейшего представления о том, что Мерлин Атравес, находящийся за тысячи миль отсюда, в Теллесберге, мог организовать так, чтобы один из дистанционных датчиков Сыча незаметно доставил его сообщение по расписанию, разработанному так, чтобы Гарвей и его рейдеры были здесь точно в это время.

На самом деле, Мерлин нацелился на любую точку в четырёхдневном окне. По факту, он был готов согласиться на полное отсутствие окна, учитывая капризы ветра, погоды и непредсказуемость закона Мерфи[18]. Тем не менее, казалось, оно стоило того, чтобы попробовать, и Гарвей — и Ховил Чермин — удивили его тем, как быстро они собрались и выдвинулись. Им также повезло с ветром, пока они шли из Менчира.

Вот так сэр Корин Гарвей обнаружил, что наблюдает, как галеоны спускают лодки — гораздо более крупные и многочисленные, чем могли бы перевозить большинство торговых галеонов, если бы кто-нибудь обратил на это внимание — за борт в тихую, безветренную ночь, бывшую чернее, чем внутренности старого ботинка. Он был уверен, что они справились бы и при других погодных условиях, но он не собирался смотреть в пасть дарёному дракону, раз уж Бог решил предоставить ему идеальные погодные условия.

Пусть даже он не знал, как сейджины это устроили.

Теперь он ждал, пока первая волна Имперских Черисийских Морских Пехотинцев и Корисандийских гвардейцев, которые весь день прятались под палубами, тихо поднималась из трюмных люков галеонов, а затем спускалась в ожидающие её шлюпки. В общей сложности на двух торговых судах находилась почти тысяча человек. Даже с большим, чем обычно, количеством лодок они не могли высадить столько войск одновременно. С другой стороны, после тщательного изучения карт гавани (и карт, которые сопровождали таинственное письмо), Гарвей и майор Даниел Портир, командующий Первым батальоном Третьего полка Имперской Черисийской Морской Пехоты, выбрали вероятные места для высадки первой волны.

Гарвей подождал, пока последний человек — кроме одного — из первой волны спустился вниз, затем сам легко спрыгнул с борта галеона. Он скользнул вниз по верёвке, пока Яирмен Алстин, ожидавший внизу, не протянул руку и не ухватился за каблук одного из его ботинок. Алстин направил его ногу на одну из банок лодки, и Гарвей, отпустив верёвку, спустился на последний дюйм.

— Хорошо, — тихо сказал он. — Начинаем.

Четыре лодки, приглушив уключины, бесшумно гребли через бухту Телиф.

Городские огни служили достаточным навигационным маяком для опытных рулевых Имперского Флота. На самом деле, трудно было не столько найти дорогу к месту назначения, сколько убедиться, что они прошли достаточно далеко от других судов, стоящих на якоре. В планы Гарвея и Портира не входило, чтобы какая-нибудь гражданская якорная вахта окликнула их и подняла какую-либо тревогу на берегу.

Ничего подобного не произошло, и лодка Гарвея тихо скользнула под один из старых, более шатких пирсов города. Был почти отлив, и он был рад видеть, что записи его таинственного корреспондента действительно точны. Отступающий прилив обнажил широкое пространство крупной гальки, достаточно просторное для половины того количества людей, которое он привёл с собой, уютно расположившееся в чернильно-чёрной тени заброшенного пирса. Первые две лодки уже высаживали своих пассажиров — полную роту гвардейцев, вооружённых личным оружием и дюжиной фонарей типа «бычий глаз» с плотно закрытыми заслонками — когда Гарвей ступил на берег. Он огляделся вокруг ровно настолько, чтобы убедиться в пригодности места для посадки, затем кивнул старшему из четвёрки рулевых.

— Подойдёт, — тихо сказал он. — Возвращайтесь за следующей партией.

— Есть, сэр.

Гарвей заметил, что у унтер-офицера был чизхольмский акцент. Сейчас рулевой задумчиво смотрел на пологие волны, накатывающие на гальку.

— Прилив начнётся примерно через полчаса, ген'рал, - сказал он. — Потребуется, по крайней мере, в два раза больше времени, прежде чем я смогу доставить следующую партию на берег. Может быть, вам и вашим парням придётся замочить ноги, прежде чем это произойдёт.

— Если будет нужно, то мы так и сделаем. — Гарвей пожал плечами. — Хорошая новость, — он мотнул головой в сторону одной из свай пирса и ожерелья из моллюсков и водорослей, окружавших её, — заключается в том, что глубина здесь не превысит колена, даже когда начнётся прилив. Не то чтобы мы не оценили то, что вы двигаете дело куда нужно.

— О, конечно, сэр! — усмехнулся рулевой. — Мы сделаем это маленькое дело.

— Хорошо. — Зубы Гарвея сверкнули в улыбке, такой белой, что её было смутно видно даже в тени пирса, затем он хлопнул рулевого по плечу. — В таком случае, однако, — сказал он немного многозначительно, — я полагаю, вам лучше начать.

Расчёт рулевого оказался почти сверхъестественно верным, с той небрежной точностью, которую мог обеспечить двадцатилетний или тридцатилетний опыт работы в море.

К тому времени, когда все четыре лодки снова бесшумно выскользнули из ночи, воды поднялась чуть больше, чем по щиколотку, хотя гвардейцы стояли там достаточно долго, чтобы продемонстрировать, что ни один из их ботинок не был по-настоящему водонепроницаемым. Гарвей чувствовал, как холодная вода хлюпает вокруг его собственных пальцев, и ему казалось, что она даже слегка кружится внутри его ботинок, когда маленькие волны плещут по гальке. Это было не самое приятное ощущение, которое он когда-либо испытывал. С другой стороны, он мог вспомнить немало более худших случаев, и лишь немногие из них встречались ему на пути к такому благому делу.

— Капитан передаёт, что первая партия майора Портира тоже благополучно добралась до берега, ген'рал, — тихо сказал чизхольмский рулевой, когда вторая группа гвардейцев выбралась из шлюпок. — Думаю, его вторая партия сойдёт на берег примерно через пятнадцать-двадцать минут.

— Хорошо, — снова сказал Гарвей. Он огляделся, пока майор Нейклос (которого повысили до командира его собственного батальона после рейда на Менчир) и Алстин наводили порядок. Он обдумал то, что сказал рулевой, и карту улиц, которая была приложена к письму. Сравнил расстояния по суше от своего текущего местоположения до своей цели, затем прикинул, сколько времени потребуется Портиру, чтобы достичь своей основной цели. Нужно подождать ещё примерно пятнадцать минут для синхронизации, и…