Дэвид Вебер – К грядущему триумфу (страница 187)

Однако он не ожидал, что они пригласят его в «Хэлберд рест» на сосиски и пиво. Еда была последним, о чем он подумал бы после отвратительного зрелища, свидетелями которого они только что стали. Но он забыл о прагматизме служения стражников, так же как забыл о том, как знакомая еда и питье могут утешить человека, когда он в этом больше всего нуждается.

Лейху был на несколько лет моложе Макбита, с темными волосами и глазами его харчонгского происхождения. Он также был умным, проницательным парнем, который за свою тридцатилетнюю карьеру слишком хорошо изучил реалии, скрывающиеся за фасадом Храма, и когда-то, давным-давно, почти пять лет Макбит был старшим сержантом во взводе лейтенанта Лейху. За эти годы он хорошо узнал другого человека, и иногда его поражало, что Лейху мог прослужить такую долгую карьеру, более половины ее прямо здесь, в Зионе, не поддавшись цинизму, который был неотъемлемой частью храмового долга. Его еще больше поразило, что Лейху все еще находился на действительной службе в Зионе, учитывая сомнения, которые, как он знал, капитан лелеял в течение многих лет относительно того, каким образом мораль викариата отражала — или не отражала — истинные намерения архангелов.

Конечно, ты всегда знал, что он умный парень, Арло. Определенно, достаточно умен, чтобы держать рот на замке о таких вещах, из-за которых человека убивают!

Он действительно знал это. На самом деле, он не раз подумывал о том, чтобы попытаться завербовать Лейху для Хелм Кливера. Но капитан также был человеком упрямой честности, который серьезно относился к своим клятвам. Никогда не было большого шанса, что он нарушит эти клятвы, даже ради старого друга.

Во всяком случае, не до джихада, — размышлял Макбит. — В наши дни все может быть немного по-другому. Но это также может быть и не так.

— Ты прав, Филип, — сказал теперь Лейху с выражением лица человека, который только что попробовал что-то испорченное. — Никогда не понимал, что случилось с викарием Хоуэрдом. Никогда. И вот что я тебе скажу. — Он посмотрел Макбиту прямо в глаза. — Викарий Хоуэрд и его брат? Они ни за что не были виновны во всем том дерьме, в котором их обвиняли! Я никогда хорошо не знал викария Сэмила, но я служил под началом Хоуэрда, когда он был в страже. Как и ты, Арло! Ты думаешь, они вдвоем сговорились бы против Матери-Церкви?

— Думаю, ты, возможно, немного перебрал меда, Аксинов, — ответил Макбит. — Это не совсем тот вопрос, который в такое время послушный сын Матери-Церкви должен задавать другому послушному сыну Матери-Церкви.

— Если нельзя спросить другого послушного сына Матери-Церкви, кого можно спросить? — выстрелил в ответ Лейху.

— Почти уверен, что это не совсем то, что имел в виду Арло, сэр, — сказал Прескит. Сержант был крепким, широкоплечим и чрезвычайно преданным парнем с флегматичным характером. Он был старшим капралом Макбита, когда они оба служили во взводе Лейху, и с тех пор он был с Лейху. Теперь он покачал головой. — Дело хорошего сержанта — удерживать офицеров от глупостей, — отметил он. — И мне не нравится это говорить, но задавать неправильный вопрос там, где может услышать не та пара ушей, прямо сейчас действительно глупо.

Макбит невольно усмехнулся. Затем он снова посмотрел на Лейху.

— Именно это я и имел в виду, — сказал он. — Конечно, Филип гораздо красноречивее меня, но он уловил суть моей мысли.

Лейху фыркнул в свой мед, и Макбит с улыбкой покачал головой. Но затем улыбка исчезла, и он пожал плечами.

— Сказав это, нет. Я ни на секунду не думаю, что Уилсины были виновны во всем, в чем их обвиняли. Не готов сказать, что они не были виновны ни в чем, в чем их обвиняли, но гарантирую вам, что они никогда в этом мире не были вовлечены в поклонение Шан-вей или в попытку уничтожить Мать-Церковь.

— Точно, — сказал Лейху, хотя он был осторожен, чтобы его голос звучал еще тише, чем был, достаточно тихо, чтобы Макбиту пришлось напрячься, чтобы выделить его из фонового звука, хотя они были менее чем в трех футах друг от друга. — Вот именно. — Капитан покачал головой. — Сводится слишком много личных счетов, Арло. Я всегда знал, что будут вещи, которые мне бы не очень хотелось делать, но поверь мне — тебе чертовски лучше, что ты гражданский. — Он угрюмо уставился в свою кружку с медом. — Иногда по утрам ужасно трудно встать и явиться на службу.

— Не удивлен. — Макбит протянул руку и легонько похлопал его по плечу. — У меня были такие дни еще до джихада, и не понимаю, как могло быть что-то еще, кроме как хуже, с тех пор, как начался джихад. Но все так, как сказано в Писании. Будут как мрачные дни, так и счастливые. Важно то, насколько хорошо мы справляемся с темными.

— Знаю. — Лейху сделал еще один глоток меда, затем поставил пустую кружку и уставился в нее. — И ты прав, — сказал он с видом человека, который принял важное решение. — Я сегодня выпил слишком много меда. Итак, с твоего разрешения, сержант Макбит, полагаю, что приглашу сержанта Прескита сопроводить меня обратно в казарму и благополучно уложить в постель. — Он поморщился. — Почти уверен, что когда проснусь утром, Шан-вей будет стучать изнутри по моей черепушке как по наковальне.

— О, вероятно, все будет не так уж плохо, сэр, — ободряюще сказал Прескит, когда Лейху почти твердо встал. — Я видел тебя намного пьянее, чем сейчас, — продолжил сержант, подмигнув Макбиту. — Немного томатного сока, немного сырого яйца, немного соуса табаско, и ты будешь в порядке, как дождь, о, к тринадцати часам!

— Твое сочувствие всегда так утешает меня, сержант. — Лейху похлопал Прескита по плечу, затем кивнул Макбиту.

— И на этой ноте я желаю тебе спокойной ночи, Арло. Было приятно повидаться с тобой. Нам нужно будет сделать это снова.

— Надеюсь, по более счастливому поводу, — согласился Макбит и наблюдал, как они вдвоем пробираются через переполненную таверну и выходят в поздние летние сумерки.

Он допил свое пиво, бросил на стол пригоршню монет, кивнул официантке и последовал за ними к двери. Он повернулся и зашагал по улице, не обращая внимания на экипажи, грохочущие позади своих тягловых драконов. В конце лета ночи в Зионе были короткими, и ему нравилось гулять. Кроме того, это было всего в нескольких кварталах, и…

— Добрый вечер, старший сержант, — произнес голос позади него, и он остановился. Он колебался всего мгновение, затем повернулся лицом к офицеру, стоявшему позади него. Офицеру в форме храмовой стражи, но с пламенем и мечом инквизиции на плече.

— Добрый вечер, капитан, — ответил он, затем исправился. — Майор, я имею в виду. Извините, я слышал о повышении, просто забыл об этом.

— Неудивительно, если вы так долго не служили в страже, старший сержант, — сказал другой мужчина с легкой улыбкой. — Как давно это было? Уже пятнадцать лет? Шестнадцать?

— Скорее двадцать пять, сэр. Примерно через три месяца после смерти Данилда.

— Так давно? — Майор покачал головой. — Не похоже, что это могло быть так. Однако я слышал о смерти вашей жены. Мне жаль, что вы потеряли ее… и я хотел бы, чтобы стража выяснила, кто был ответственен за это. И за твоего мальчика.

— Я тоже, — спокойно сказал Макбит.

Мгновение они стояли молча, затем майор пожал плечами.

— Могу я спросить, куда вы направляетесь?

— Домой. — Настала очередь Макбита пожать плечами. — У меня там ящерокот, который, вероятно, задается вопросом, где, Шан-вей, я сейчас нахожусь. — Он криво улыбнулся. — Вы же знаете, каковы ящерокошки.

— Я сам всегда отказывался принадлежать одной из них, — ответил майор с ответной улыбкой. — Но я вроде как надеялся, что вы держите свой магазин. Мой друг сказал мне, что у вас лучший выбор виски в Зионе.

— Не знаю, лучший ли он, но, безусловно, один из лучших, как я думаю. Сейчас мы закрыты, но если вы хотите прийти завтра, буду рад это доказать.

— Я дежурю всю следующую пятидневку, — сказал майор. — И ваш магазин вроде как на пути домой, не так ли?

Макбит нахмурился. Что-то в этом разговоре заставляло его антенны покалывать, но лгать не было смысла. Особенно прикрепленному к инквизиции офицеру, который, очевидно, уже знал ответ на свой собственный вопрос.

— Примерно полквартала от дороги, сэр, — сказал он.

— Ну, не хочу, чтобы это прозвучало так, будто я льщу, но я действительно был бы признателен, если бы вы могли не закрываться достаточно долго, чтобы продать мне пару бутылок. Мне нужно серьезно развлечься, и, боюсь, в винном шкафу сейчас пусто. И, по крайней мере, у одного из друзей, которые ко мне приходят, есть некоторые… утонченные вкусы. Я уже перепробовал три других магазина здесь, в Зионе, и не нашел его предпочтительного купажа.

Макбиту удалось не нахмуриться. Он действительно не хотел держать свой магазин открытым так долго, и особенно ради офицера, прикомандированного к инквизиции. По той же причине злить кого-то с такими связями, какие были у майора, могло быть опасно. Более того, люди могут начать задаваться вопросом, почему он был настолько глуп, что рискнул вывести его из себя.

— Сочувствую вам, сэр, — сказал он после недолгого колебания. — Конечно, если вы были во многих других магазинах, то, скорее всего, у меня его тоже нет на складе. — Он поморщился. — Жаль говорить, но с тех пор, как начался джихад, многие марки оказались в дефиците.