Дэвид Мак-Уильямс – Деньги в истории человечества (страница 6)
История цивилизации порой слишком сосредоточивается на грандиозных событиях. Доминируют сражения, герои и мифы. Но есть и другая история. История о будничном, повседневном – о скучной, бюрократической, монотонной реальности жизни в разных местах. Для повседневной жизни государству требуется координирование. А для координирования требуются списки. Списки населения, земель, собственности, производительности, животных, урожаев, запасов зерна. Централизованные государства функционируют на основе налогообложения, а налогообложение возможно только в том случае, если сборщик налогов знает, кого облагать, где их искать и сколько требовать. Ему нужны расписки, сроки поставок, объемы и сравнительные данные. Государство без статистики – это не государство. Таким образом, список – это базовый инструмент централизованного управления.
К тому времени, когда жил Кушим, вокруг права собственности выстроилась целая законодательная система. Земледелие без прав собственности – задача сложная, а деньги позволяют сделать эти права ликвидными и придать им ценность. Шумерское право сосредоточивалось в основном на торговле, что подчеркивает, какое основополагающее место в обществе занимали вопросы собственности, судебные споры и профессия законника. Клинопись – ранний вид письменности – возникла для того, чтобы фиксировать торговые операции.
Письменность, законы и деньги появились в ответ на урбанизацию и политическое усложнение. Самой заманчивой и самой полезной из этих технологий были, пожалуй, деньги, потому что они позволили создать многое другое.
По мере развития торговли в древних городах Месопотамии людям требовалось знать, кто кому сколько должен. Необходимостью стал учет. Кто-то должен был делать записи, чтобы город мог следить за каруселью долгов. Чем активнее шумеры торговали, тем лучше они осваивали базовые приемы счета: торговец, не умеющий считать, долго не протянет.
Изначально люди считали с помощью пальцев, что во многом объясняет активное применение чисел 5 и 10 в системах счисления. Во многих древних культурах счет велся на пальцах рук и ног, так что в основе лежало число 20. Посмотрим на французское слово, обозначающее 80:
Шумеры предпочли шестидесятеричную систему счисления. Такой выбор стал технологической инновацией, поскольку для денег и торговли требовалось число, у которого есть много делителей (а 60 делится на 30, 20, 15, 12, 10, 6, 5, 4, 3 и 2). Для шумеров число 60 было магическим. Отголоски их выбора мы видим и сегодня: в минуте у нас 60 секунд, а в часе – 60 минут. Торговля нуждалась в прагматизме, а не в изяществе: если в монетизированном обществе вы не владели элементарными расчетами, резко возрастали шансы, что вас обдерут. Появление денег вынудило людей мыслить в численном виде.
С появлением долгов в Месопотамии начались финансовые новшества. Если я должен вам, а кто-нибудь другой должен мне, то я могу выйти из этой цепочки: вы (мой кредитор) и тот человек (мой должник) перезаключаете договор между собой. Вот так еще примерно в 3000 году до н. э. появилось долговое обязательство – прообраз чека XX века.
Мы привыкли считать, что модели потоков денежных средств – это нечто новое, и в нашем мире банки ежегодно нанимают умных молодых людей с дипломами лучших университетов, чтобы те составляли финансовые документы, оценивающие, занижена или завышена цена какой-нибудь компании. Их финансовые прогнозы, основанные на данных о доходах и расходах, ложатся в основу решений о предоставлении кредитов. Несмотря на то что первые программы MBA появились в 1920-е годы, существование процентной ставки дало толчок развитию финансовых инструментов еще в ту эпоху, когда люди верили в богов, приносили в жертву животных ради урожая и исследовали внутренности кур, пытаясь предсказать погоду. Степень финансовой изощренности торговцев Шумера весьма впечатляет.
При раскопках в месопотамском городе Дрехем[32] археологи обнаружили то, что можно считать первой в мире бухгалтерской книгой: исписанную табличку, датируемую примерно 2100 годом до н. э.[33] Ее строки и столбцы представляют собой потрясающий пример первого информационного инструмента, «финансового софта». Таблица содержит прогнозы и расчеты, связанные с инвестициями в разведение домашних животных. Подобно современным инвестиционным моделям, она включает предположения о рождаемости и падеже животных, прогнозы в отношении плодовитости, кормов и других факторов, что в совокупности приводит к построению определенной модели прибылей и убытков для данного бизнеса при существовавшей тогда процентной ставке[34]. Подобная технология позволяла вкладчикам моделировать различные сценарии с коэффициентами и формулами, получая на выходе определенный результат.
Табличка из Дрехема – многолетняя «модель» для бизнеса по выращиванию крупного рогатого скота с прогнозами роста, основанными на надоях молока. С точки зрения финансового планирования и анализа бухгалтерских таблиц она не так уж далека от тех бизнес-планов, которые сегодня используют стартапы, пытающиеся привлечь капитал. Эта древняя клинописная модель предусматривает различные сценарии сильного и слабого роста, основанные на таких факторах, как смертность животных. Это, конечно, не модель «чистой прибыли на акцию», но расстояние между ними не так велико. Эта таблица свидетельствует о том, что за две с лишним тысячи лет до нашей эры шумеры размышляли о финансах, процентах, деньгах и торговле так, чтобы оценивать стоимость предприятий в будущем, прогнозировать потенциальные доходы и прибыли и узнавать, как эти доходы и прибыли влияют не только на конечный итог, но и на общую стоимость бизнеса.
На базе процентной ставки шумерская цивилизация создала письменность, учет, сложную правовую систему и изощренную финансовую архитектуру. По своей сути процентная ставка выражала цену времени. Такой потрясающий уровень абстрактного мышления привел к появлению рынка капитала, где участвовали заемщики и кредиторы. Процентная ставка позволила оживить нечто бездействующее – например, серебро. Ожившие деньги высвободили человеческую энергию: это видно по рискам, которые взял на себя Кушим. С процентной ставкой деньги обретают динамичность: серебро как платежное средство имеет большую ценность, чем серебро как украшение, потому что его можно дать в долг, и оно принесет проценты, а проценты – это доход. У шумеров деньги действительно делали деньги.
Искушенные шумеры (и их преемники в этом регионе – вавилоняне) создали коммерческие и организационные системы, основанные на договорах. Пока что деньги существовали лишь в головах людей, но вскоре им предстояло оказаться в их карманах[35], и, как только деньги оказались в карманах, торговля рванула вперед: ее приводило в движение мощное денежное новшество – монеты.
3. От договоров к монетам
Мидас был бедным, но необычайно щедрым царем засушливой страны Фригии, через которую протекала река Пактол. Мидас славился радушием: несмотря на стесненные обстоятельства, он всегда принимал путников. Однажды за его столом оказался Силен, учитель и воспитатель Диониса, бога приятного времяпрепровождения, поздних ночей и всеобщего пьянства. Как всегда, царь предложил чужаку все имевшиеся у него скудные запасы. Впечатленный такой щедростью Силен, тоже большой любитель приложиться к кувшину, рассказал о бедном, но великодушном правителе Дионису. В знак благодарности за такое гостеприимство бог предложил Мидасу любой дар, который тот пожелает[36].
Мидас страдал от современного недуга: беспокойства о собственном статусе. Он носил титул царя, но у него не хватало денег. Ему казалось, что контраст между его представлениями о царском величии и тощей сокровищницей делает его мишенью для насмешек и жалости. Деньги могли бы изменить ситуацию. Правитель попросил, чтобы все, к чему он прикоснется, превращалось бы в золото. В наши дни имя Мидаса является синонимом недальновидности, жадности и алчности, но, если подумать, Мидас – это просто оказавшийся в затруднительном положении добропорядочный человек, который нуждался в помощи. К сожалению, он не продумал последствия своего экономического эксперимента. Он прикоснулся к яблоку, и оно обратилось в золото, став драгоценным, но несъедобным, красивым, но непрактичным. Его любимая дочь подбежала, чтобы обнять своего доброго отца, и тоже превратилась в золото. Осознав свою глупость, безутешный Мидас умолял бога взять проклятый дар обратно.
Жизнерадостный великодушный Дионис сжалился над Мидасом, вспомнив его прежнее смирение и щедрость, и велел ему искупаться в реке Пактол. (Эта река давно пересохла, однако считается, что это произошло в Анатолии, недалеко от горы Тмол[37])[38]. Согласно легенде, когда обрадованный Мидас погрузился в воду, Пактол смыл этот дар, и река приобрела сверкающий желтоватый цвет от металла в ней; в результате Мидас стал богатым, не сталкиваясь более с обременительным превращением всего в золото. Щедрость Диониса обеспечила богатство лидийцам, преемникам страны Мидаса[39].