Дэвид Льюис – Дитя мое (страница 32)
Сейчас, однако, Карен Джоунз перегнулась через стол к девочке и мягким голосом произнесла:
– Попробуй фасоль, дорогуша… только ложечку…
С самым добродушным выражением лица Натти отрицательно покачала головой.
– Наши вкусы меняются, пока мы растем, – сказала Карен.
Натти с готовностью закивала головой… возможно, слишком уж энергично, а потом сказала:
– А мои не меняются.
«О боже», – пронеслось в голове у Джека.
Натти наморщила носик.
– Салат мне нравится, но фасоль… нет, спасибо.
В качестве компенсации за зеленую фасоль почти половину тарелки девочки занимали молодые листья салата.
Взяв дело в свои руки, Карен совершила немыслимое: положила ложку фасоли с краю на тарелку Натти.
– А если все же попробовать? – подмигнув Джеку, произнесла женщина. – Вдруг фасоль тебе понравится?
Натти смотрела на еду так, словно ей на тарелку положили тараканов. А потом девочка обратила на Джека взор, полный ужаса. Она молча молила дядю: «Спаси меня!»
– Натти может не есть фасоль, поскольку она пошла на компромисс, – вмешался Джек.
Брови Карен поползли наверх.
– Что за компромисс?
– Она согласилась на салат, – ответил Джек.
Карен поднесла бумажную салфетку к губам.
– Ну, компромисс – значит, компромисс.
Натти облегченно вздохнула.
Несколько минут они ели в полном молчании… Наконец Карен отложила ложку в сторону и опустила руки на стол. Джек решил, что время пришло.
– Хотите перейти к десерту?
– У нас сегодня клубничный пирог, – гордо заявила Натти, явно уже успокоившись после маленького инцидента.
– Ладно. Никто против сладенького не возражает, как я вижу, – улыбнувшись, сказала Карен.
Натти тоже улыбнулась, но видно было, что ребенок прекрасно понимает скрытый неодобрительный подтекст этой фразы. Джек прикусил себе язык. «Пусть само рассосется», – подумал он.
После ужина они расположились в большой комнате, где принялись листать фотоальбом со снимками Натти, сделанными в третьем классе. Потом они играли в уно[33]. В девять часов гостья засобиралась домой. Карен и Джек направились к выходу, а Натти с несколько встревоженным видом осталась сидеть на месте.
На крыльце мужчина и женщина обменялись соответствующими случаю любезностями. Карен придвинулась поближе. Ее пальцы погладили Джека по руке. Она повернулась чуть в профиль и, чтобы Джек уж точно не ошибся в ее желаниях, немного надула щеки. После секундного замешательства он поцеловал Карен в щеку.
– Спасибо за хороший вечер, – вновь поблагодарила она, обматывая шею радужным шелковым шарфиком.
Джек предложил провести ее к машине, но Карен отказалась.
– Нет, не надо. Оставайся лучше с Натти. Спасибо.
Девочка подошла и встала рядом. Они вместе наблюдали за тем, как Карен Джоунз спускается по ступенькам крыльца и идет по дорожке к своему автомобилю. Без дальнейших замечаний, увещеваний и колкостей Карен села в машину и укатила в ночь.
Джек положил руку Натти на плечо и слегка сжал пальцы.
– Я горжусь тобой, дорогуша.
Натти подняла голову и взглянула на дядю.
– Я хорошо себя вела?
– Лучше, чем я ожидал.
Натти облегченно вздохнула, и оба они, словно спасаясь от надвигающегося урагана, заспешили в дом.
– Мы это пережили, – сказал Джек, отходя от двери.
– А теперь ты пригласишь Лауру? – спросила Натти.
– Пожалуйста, не надо.
– Я всего лишь спросила.
Вместе они убрали с обеденного стола и на кухне. Закончив работу, Джек сел на один из стульев, расставленных вдоль длинного кухонного стола, и свободной рукой принялся гладить сиденье соседнего стула. Они с Натти поглядели друг на друга. Лица бесстрастные, убаюканные мерным жужжанием посудомоечной машины.
– Устала, – зевнув, сказала Натти. – Она меня вымотала.
Позже, когда Джек укладывал ее спать, он счел за благо сказать, что Карен понравилось разглядывать альбом Натти.
– Она просто хотела произвести благоприятное впечатление.
Джек задумался.
– Наверняка этот вечер был не так уж плох.
Натти насупилась и прижала выставленный вперед пальчик ко лбу.
– Сейчас подумаю…
Джек ее пощекотал. Девочка взвизгнула.
– Клубничный пирог – выше всяких похвал.
– А зеленая фасоль?
Натти хихикнула. Джек подоткнул сшитое Лаурой стеганое одеяло амишей ребенку под подбородок. Помолившись, мужчина нагнулся, чтобы поцеловать Натти в лоб, но девочка, выпучив глаза, надула щеки и повернула голову, подставляя одну для поцелуя.
– Ты видела?
Натти кивнула. Джек поцеловал ее в щеку, которая тотчас же запала. Девочка фыркнула.
– Подожди, папа! А то я окосею.
Девочка надула другую щеку. После поцелуя щечка немедленно сдулась, словно воздушный шар, из которого выпустили воздух. С губ девочки сорвался свистящий звук.
– Лучше? – спросил Джек.
– Лучше.
«На самом деле лучше», – подумалось ему.
Натти протянула ему игрушку. Джек с благодарностью принял ее.
– Флаундер такая же неразговорчивая, как и Пушистик, но она составит тебе компанию на ночь.
Джек выключил свет и направился к себе в спальню. Флаундер он положил рядом с подушкой. Интересно, у сестры еще есть в запасе кто-то для него? Мысль о том, как Сан расхохочется, когда он вынужден будет признать правоту ее суждений относительно мисс Карен Джоунз, совсем его не радовала.
Выйдя в коридор, он взглянул вниз, стоя у перил. Это было первое его свидание после колледжа. Маленький шаг вперед. «Я пригласил женщину в свой дом». Другие мужчины, впрочем, сочтут все это сущими пустяками. Несмотря на сегодняшние нестыковки, весь план с поиском жены не казался теперь Джеку таким уж страшным.
Впрочем, его донимали тревоги иного свойства: не чувствует ли Лаура себя отторгнутой или, хуже того, преданной?