Дэвид Линден – Почему люди разные. Научный взгляд на человеческую индивидуальность (страница 28)
Чтобы доказать наличие феромонов в выделениях из ареол кормящей матери, нужно выделить химическое вещество или группу веществ и продемонстрировать их воздействие на младенцев в естественных концентрациях. А потом, в идеале, показать, что удаление этих веществ из ареолярной жидкости приводит к исчезновению рефлекторной готовности к кормлению.
Одно можно сказать точно: вопреки всем усилиям парфюмерной промышленности и многочисленных журналов, человеческие феромоны пока что не найдены. Лучший кандидат на эту роль – упомянутая жидкость из лактирующих сосков, вызывающая у новорожденных рефлекс готовности к кормлению. Не очень-то сексуально. Значит ли это, что, в отличие от шелкопрядов или коз, у нас нет феромонов, определяющих сексуальное поведение? Некоторые ученые полагают, что дело обстоит именно так, поскольку вомероназальный орган, которым улавливают феромоны другие млекопитающие, у людей и человекообразных обезьян рудиментарен и не связан с мозгом. Но мне это кажется слабым аргументом. Мы знаем, что кролики и мыши могут уловить некоторые феромоны с помощью основной обонятельной системы, такой же как и у нас, и у прочих млекопитающих, а не через вомероназальный орган[250]. Подробнее об этом мы поговорим в шестой главе.
Тристрам Уайат, специалист по феромонам из Оксфорда, заметил, что, если мы хотим изучить человеческие половые феромоны, было бы полезно сравнить молекулы запахов, которые выделяют мужчины и женщины до и после наступления полового созревания, причем сосредоточиться только на тех, которые выделяются после него[251]. Более того, он предполагает, что мы ищем феромоны не там. Уайат напоминает о той особенности, которой мы коснулись в первой главе, – что у людей с вариацией гена ABCC11, отвечающего за сухость ушной серы, в основном выходцев из северо-восточной Азии, уменьшена секреция апокриновых потовых желез, а следовательно, у них почти не пахнет из подмышек, но они все равно привлекают партнеров. Значит, половые феромоны могут выделяться не из апокриновых, а из сальных желез, которые имеются по всему телу, но особенно распространены на черепе, лице, груди и в паху. Возможно, подмышки – не лучшее место для поиска человеческих половых феромонов, и смелые исследователи должны поискать в более нескромных местах человеческого тела.
Только потому, что до сих пор нет свидетельств существования человеческих феромонов, нельзя утверждать, что индивидуальный запах не играет роли в сексуальной притягательности. Недавно была высказана гипотеза, что на сексуальную привлекательность влияет класс молекул, названный “главный комплекс гистосовместимости” (MHC –
Гипотеза, согласно которой мы склонны выбирать партнеров с молекулами MHC, непохожими на наши, и определяем эти молекулы с помощью обоняния, подтверждена для многих других животных (рыб, птиц, мышей). Вероятная причина такого выбора заключается в том, что дети, рожденные от родителей с разными вариантами MHC, получают своего рода гибридную иммунную систему. Они будут лучше сопротивляться инфекциям, так как большее разнообразие MHC улучшает иммунный ответ на бо́льший спектр патогенов.
Чтобы этот план сработал, люди должны отличать молекулы MHC по запаху. Для проверки этой гипотезы Эйвери Гилберт и его коллеги провели один из самых забавных экспериментов в человеческой психофизике. Путем генной инженерии они получили линию мышей, которые отличались только генами MHC, и спросили людей, могут ли они различить их по запаху[252]. Вот как сам Гилберт описывает свое исследование:
Я давал человеку с завязанными глазами понюхать мышь, находящуюся в контейнере с дырками по бокам. Иногда хвост мыши попадал кому-нибудь в нос, и некоторых людей это раздражало больше, чем других. Люди также нюхали тестовые пробирки с мышиной мочой и высушенный кал. Для каждого запаха был получен четкий результат: даже неподготовленные люди способны отличить мышей, основываясь только на их запахе[253].
Последующие исследования показали, что мыши тоже могут различать человеческие MHC. В 1995 году эти и другие результаты натолкнули Клауса Ведекинда и его коллег на мысль провести исследование, получившее известность как “эксперимент с грязной футболкой”. Студентов мужского пола просили носить одну и ту же футболку две ночи подряд, а на следующий день девушки оценивали запах шести разных футболок. Они находили более привлекательными запахи мужчин, которые отличались от них типом MHC[254].
Эксперимент с грязной футболкой несколько раз воспроизводили и дополняли. В одних экспериментах было показано, что мужчины также предпочитают женские запахи с вариантами MHC, отличающимися от собственного[255], в то время как в других такую разницу в предпочтениях обнаружить не удалось[256]. В этом уголке науки идут непрекращающиеся споры по поводу воспроизводимости результатов эксперимента. В ход идут соображения о влиянии бритых или небритых подмышек, а свежих футболок – с охлажденными. Насколько мне известно, все эти эксперименты проводили с цисгендерными мужчинами и женщинами, так что неясно, какой результат получится с гомосексуальными, бисексуальными и транссексуальными людьми.
Давайте представим на мгновение, что результаты эксперимента с грязными футболками верны: гетеросексуальные мужчины и женщины предпочитают запах такого сексуального партнера противоположного пола, у которого вариант MHC отличается от их собственного. Это все равно не означает, что они заведут общих детей. Чтобы определить, так ли это, нужно сравнить последовательность ДНК супружеских пар и, проанализировав и отцовские, и материнские хромосомы, проверить, указывает ли наблюдаемая изменчивость MHC на случайный выбор партнера, или люди все-таки предпочитают выбирать пару с отличающимся вариантом MHC. Пока что лучшее и крупнейшее исследование такого типа на 239 парах голландского происхождения было получено в рамках проекта “Геном Нидерландов”. Результаты были очевидными: судя по распределению вариантов MHC, выбор пары происходил независимо от MHC и не делался ни в пользу похожих, ни в пользу отличающихся вариантов. Результаты были статистически неотличимы от тех, что получились бы при случайном выборе партнера[257]. Полезно понять, можно ли воспроизвести эти результаты в других популяциях.
Есть еще одна интересная гипотеза: люди действительно склонны выбирать пару с вариантами MHC, отличными от их собственных, но только в тех случаях, когда высока нагрузка патогенов. В кросс-культурных исследованиях обнаружилось, что люди в географических районах, насыщенных патогенными микроорганизмами, больше ценят физическую привлекательность партнера, чем те, кто живет в местах с меньшим бременем инфекций[258]. Возможно, то же самое относится и к вариантам MHC. Нидерланды, с их умеренным климатом, хорошим здравоохранением и хорошо известной склонностью к чистоте, могут быть просто не лучшим местом, чтобы изучать выбор партнеров, основанный на различиях в MHC и соответствующих запахов.
Секс-обозреватель Дэн Сэвидж очень верно заметил, что “в сфере человеческой сексуальности, разногласия – это норма”. Помимо сексуальной ориентации и даже помимо выбора конкретного сексуального партнера (партнеров), существуют и совершенно другие уровни индивидуальных различий в сексуальном поведении. Мы плохо понимаем, почему людям нравится именно тот или иной секс – быстрый или медленный, жесткий или нежный, в одной позе или в другой. Сексуальные причуды и фантазии почти наверняка приобретенные и отчасти случайны. Нет никаких доказательств генетического вклада в фетишизм любителей стоп или кожаного белья, БДСМ или мочеиспускания во время полового акта. Существует, однако, генетический вклад в такие черты личности, как стремление к новизне, готовность к риску и склонность к навязчивым состояниям – и все они могут проявляться в области сексуального поведения, даже если не относятся к непосредственным предпочтениям в сексе.
Мы можем объяснить некоторые индивидуальные предпочтения тех или иных сексуальных действий с помощью генетической изменчивости тактильных ощущений. Тонкости иннервации половых органов и других эрогенных зон у людей различаются[259]. У некоторых гетеросексуальных женщин может быть больше нервных окончаний (или больше нервных окончаний определенного типа) во влагалище и меньше в малых половых губах и клиторе. У некоторых гетеросексуальных мужчин может быть больше нервных окончаний в пенисе и меньше в яичках и анусе. Но мы пока не знаем, действительно ли эти анатомические различия влияют на сексуальные ощущения или те или иные предпочтения в сексе. Вероятно, существуют врожденные различия в нервах и областях мозга, лежащие в основе сексуальных ощущений, но они не структурные и, следовательно, не поддаются обнаружению с помощью медицинского сканирования или даже микроскопа. Такие различия могут быть выявлены только путем измерения электрических или химических сигналов в соответствующих нейронах, которые передают и обрабатывают сексуальные ощущения. А значит, биологический вклад в наши индивидуальные предпочтения в сексе вносит не только мозг, но и нервы, проходящие через кожу и внутренние органы.