Дэвид Класс – Время вышло (страница 48)

– Он мне нравится. Он уличный боец. Вот кто нам нужен, чтобы поймать Зеленого Человека.

– Да, сэр.

Президент кивком указал на отчет.

– Так что там насчет Индии?

– Как вы знаете, господин президент, в настоящее время они переживают аномальную жару…

– Это жаркая страна. Жаркий климат. Я небольшой ее поклонник.

– Да, сэр. Но это длится уже пять месяцев, и на прошлой неделе температура воздуха достигла шестидесяти градусов Цельсия.

– О господи! И что, люди могут жить при такой жаре?

– Это тяжело, сэр. Среди самых ужасных происшествий – история о тридцати детях, погибших в поезде.

– Кошмар! Подготовьте письмо с соболезнованиями их премьер-министру. Я подпишу. Но как это касается нас?

– Что ж, господин президент, кажется, муссонные дожди не придут в этом году, чтобы охладить земли Индии. Если так и случится – это погубит урожаи, необходимые для пропитания миллиардов людей. Я провел там два года, и никогда еще не было такой жары. И она длится так долго… – Он замолчал, в ужасе от происходящего в далекой стране.

Президент смотрел на него с сочувствием и некоторым раздражением.

– Не понимаю, почему умные люди так переживают по этому поводу. Речь идет об однократном погодном явлении. Раньше такого не случалось. Это как Ноев потоп.

– Да, сэр, – согласился молодой советник. – Это хороший пример того, что считается апокалиптическим явлением, уничтожившим все живое земле.

– Оно не уничтожило все живое, – заметил президент. – Мы же здесь.

– Я имел в виду символически, сэр. Не думаю, что мы должны воспринимать эту библейскую историю буквально, но она говорит о важности…

– Послушайте, мы следим за ситуацией в Индии, мы позаботимся об этом, и все будет отлично. Что вам нужно сделать – это перестать меня беспокоить. Муссонные дожди всегда приходили, придут и в этом году. Верно?

– Надеюсь, что да.

– Конечно, придут. Постарайтесь не выглядеть таким удрученным. Отвлекитесь чем-нибудь в выходные. Вы любите футбол? Я достану вам билеты. И заберите этот доклад. Я его уже прочел.

– Спасибо за внимание, сэр.

– Закройте за собой дверь, когда будете уходить.

Советник ушел, и президент остался один. Он подошел к окну и взглянул на безукоризненно ухоженный участок, где спринклер разбрызгивал воду. На миг он вспомнил о шестидесятиградусной жаре и тридцати детях, медленно умирающих в металлическом вагоне поезда. Он не был глупцом и на каком-то глубинном уровне понимал, что Земля нагревается и скоро этот процесс станет необратимым.

Но дело было в том, что…

Президент подошел ближе к окну и слегка повернулся, чтобы видеть шикарную лужайку Белого дома и собственное отражение в оконном стекле. Дело в том, что он умрет. Все люди умирают. Каким-то образом – и это было для него почти непостижимо – он тоже умрет. Учитывая его возраст, это произойдет в ближайшие двадцать лет. Когда он умрет, то перестанет существовать. Он исчезнет. А когда это случится, ничто не будет иметь значения. Мир исчезнет, потому что его там не будет.

Глава 40

Эллен работала с документами, а Джули делала домашнюю работу по матанализу, когда зазвонил домофон. Они переглянулись, чтобы выяснить, кто из них занят больше, и Джули наконец сдалась, отложила калькулятор и подошла к домофону.

– Да?

– Это агент Том Смит из ФБР, – произнес чей-то голос. – Могу я поговорить с Эллен Дуглас?

Джули посмотрела на мать, которая оторвалась от стопки бумаг, встала и быстро подошла к домофону.

– Это Эллен.

– Доктор Дуглас, я сейчас внизу.

– Я это уже поняла.

– Мне хотелось бы побеседовать с вами лично.

– О чем? – спросила Эллен.

– Я предпочел бы разговор с глазу на глаз, в вашей квартире.

– О чем? – повторила Эллен.

– Я не могу публично обсуждать дело, над которым работаю.

Джули выглядела встревоженной. Эллен ободряюще ей улыбнулась и произнесла в домофон:

– Ну, похоже, вы уже знаете номер моей квартиры?

– Да. Спасибо. Увидимся через минуту.

Эллен нажала кнопку, чтобы открыть наружную дверь дома, и повернулась к дочери.

– Все будет хорошо, милая.

– Мама, это ФБР.

– Я уже и раньше говорила с ними о разных вещах. Доверься мне. В этом нет ничего особенного.

– Чушь собачья!

– Они, вероятно, просто хотят получить характеристику человека, которого собираются нанять на работу.

– Конечно, и поэтому они так поздно приходят к нам домой без предварительного звонка.

– Возможно, было бы лучше, если бы ты оставила нас одних.

– Ни в коем случае!

– Правда, милая.

– Нет, – ответила Джули тихо, но твердо, отказываясь покинуть комнату. Она сложила руки на груди, и мать и дочь молча уставились друг на друга.

– Ладно, я допускаю, что это может быть не пустяк, но обещаю тебе, что смогу с этим справиться, – наконец сказала Эллен. – За эти годы мне приходилось часто иметь дело с силовиками. Будет легче, если я поговорю с ним одна.

– Почему?

– Уж поверь мне.

– Может, это из-за меня? Я ходила на все эти экологические митинги. Люди были возбуждены и говорили такие вещи, которые, наверное, не следует произносить публично. А вдруг я смогу помочь? Или ты не хочешь, чтобы я о чем-то услышала?

– Ты здесь ни при чем, – сказала Эллен.

– Откуда ты знаешь?

– И нет ничего такого, чего бы я не хотела, чтобы ты услышала. Но мне нужно поговорить с ним один на один.

В дверь постучали.

– Джули, пожалуйста, не усложняй ситуацию еще больше. Прошу тебя, милая! – Эллен выдержала паузу и снова повторила, на этот раз с явной ноткой отчаяния в голосе: – Прошу тебя. – И она пошла открывать дверь.

Оставшись одна в гостиной, Джули задумалась. Затем девушка включила свой мобильный телефон, поспешно сунула его в стоящую на полке берберскую глиняную чашу и вышла из комнаты.

Открыв дверь, Эллен увидела долговязого молодого человека с очень короткой стрижкой, одетого в брюки цвета хаки и голубую рубашку на пуговицах. Было заметно, что он немного нервничал.

– Здравствуйте, – сказал он. – Я агент Том Смит. Прошу прощения, что пришел так поздно…

– И без предупреждения.

– Да, но дело срочное. Вы можете уделить мне пятнадцать минут?