Дэвид Келлер – Сказания Корнуолла (страница 9)
Вновь Рэтлинги собрались в большом зале на Праздник Весны и, общим числом, от короля Сардайна до последнего сосунка, их было немногим более двух сотен душ; и не больше — из-за отсутствия других врагов эти двадцать два года они время от времени сражались между собой. На этой неделе у них было перемирие и все собрались на три дня пиршества и пьянства. Эти годы Рэтлинги заботливо берегли три маленьких бочонка вина, зревшего в подвалах дома.
После обильных возлияний первой ночи многие мужчины, и все женщины и молодёжь были пьяны, так что Раймонд закусил большой палец и ждал. В начале второй ночи Сардайн велел принести три старых маленьких бочонка из винного погреба и всем выпить из них. Он сказал, что это было вино их врагов и хвастался, что смешал с ним кровь Раймонда Золотого, который, умирая, истекал кровью. Вино Хубелейров с привкусом алой крови последнего из врагов! И он снова повелел всем выпить и влить вино во рты даже самым маленьким. Его приказ был исполнен и вскоре большая часть Рэтлингов заснула.
Тогда желтоволосый гигант на крыше понял, что его час настал. Скользнув на землю, он вошёл в Большой Зал, и никто не остановил и не задержал его. Он направился к трону короля Сардайна. Король глянул на него поверх черепа, из которого только что пил и столь великий страх одолел Сардайна, что тот умер.
Внутри зала всё было тихо, но снаружи волкодавы скулили и убегали прочь от этого места, на дрожащих от ужаса лапах.
Затем из теней появилась маленькая перекошенная фигурка, беззвучно скользнула к златовласому человеку, упала к его ногам, обхватив их руками и закричала. Раймонд поднял малыша и прижал к себе, будто мать своё дитя. — О, Рок, где же ты был и что ты сделал? — спросил он.
— О, Раймонд, мой брат, Я боялся за тебя, — говорил малыш между рыданиями. — И один против стольких — это неправильно. Он был и моим отцом, Раймонд, как и твоим. Случись что-нибудь со мной, я бы уберёгся лучше тебя, а ты должен был остаться и заботиться о матери. Поэтому я пришёл сюда, чтобы сделать то, что следует сделать.
Раймонд, больше не прижимал его так крепко, ибо стенал над ним. — О, Рок, мой маленький, мягкий брат! Как ты отважился на это и как проделал весь путь по горе и сквозь Туман? Что ты сделал? Ибо видится мне, что все они мертвы. Даже младенцы упали на пол. О, матушка! Я не знал, что это будет так, когда поклялся! Что ты сделал, Рок? Что ты сделал?
Малыш не отвечал, но умолял покинуть это место смерти. Раймонд поднял череп отца, завернул его в платье, которое девица носила той ночью, когда золотой юноша пел ей и осторожно положил в суму. Держа в одной руке малыша, а в другой — обнажённый меч, он обошёл большой зал, но в мече не было нужды, поскольку Смерть дохнула на всех Рэтлингов.
Раймонд вынес спящего Рока на свежий воздух и пошёл тем же путём обратно в Землю Туманов. После отдыха и ухода за коровами он взял платье и то, что было завёрнуто в него и возложил его в ногах усопшей матери.
Затем он построил лодку, в которой решил переплыть через Скудное Море в Корнуолл и вернуть сокровища своей семьи, давно скрытые в Замке Хубелейров. У него имелся пергамент, показывающий, где они спрятаны и он хорошо помнил, что Валлинг говорил ему про это оружие, применяемое великими Хубелейрами в былые годы. Но когда он и Рок оттолкнули лодку от берега, с севера задул сильный ветер и через несколько дней они причалили к побережью Арморики. Тогда Раймонд понял, что боги не позволяют, чтобы это приключение стало его венцом, но какой-то другой Хубелейр, в грядущие годы, приплывёт в Корнуолл и вернёт сокровище.
В Арморике Раймонд обрёл величие, женился на дочери принца и основал в тёмном лесу маленькое княжество; он назвал эту страну Валлингом, в память о домашнем слуге. У Раймонда и его прекрасной жены родились дети, и они стали тем венцом, о котором заботился и любил маленький перекошенный Рок.
Раймонд запер Книгу в деревянный сундук.
Прошло много лет. Затем, одной ночью, лорд Раймонд, осаждённый воспоминаниями и побуждениями, достал Книгу из сундука. Она никогда не открывалась с тех пор, как её перелистывала его мать, но теперь он больше не мог скрывать эту историю от своих внуков.
Так он поведал им всю историю и показал изображения, страницу за страницей, пока не дошёл до листа с засохшей рвотой, разбрызгавшейся по картине смерти Раймонда Золотого.
Нечто ещё было недавно прикреплено к углу этой страницы. Необычный гриб; а под ним написаны такие слова:
Тридцать и одна
Сесил, властелин Валлинга в Арморике, задумался у огня. Слепой Бард спел саги древних времён, долго ждал похвалы, а затем, встревоженный, покинул пиршественный зал, ведомый своей собакой. Жонглёр весело подбрасывал свои золотые шары в воздух, пока они не стали выглядеть сверкающим водопадом, но властелин не заметил этого, всё ещё размышляя. Мудрый Гомункул сидел у его ног, произнося мудрые речи и рассказывая истории о Гоби и захороненном городе Анкоре. Но ничто не могло пробудить Сесила от его раздумий..
Наконец он ударил золотым молоточком по серебряному колокольчику. Прислужники откликнулись на его зов.
— Пришлите ко мне леди Анджелику и принца Густро, — велел он, а затем снова уселся, безмолвно ожидая, оперевшись подбородком на руку.
Вскоре эти двое прибыли в ответ на его призыв. Леди Анжелика была его единственным ребёнком, самой прекрасной и самой мудрой леди во всём Валлинге. Принц Густро в один прекрасный день мог стать её мужем и помогать ей править Хубелейрами. Тем временем он совершенствовался во владении палашом, лютней, соколиной охоте и изучении книг. Он был шести футов ростом, двадцати лет и имел все необходимые мужчине качества.
Трое сидели у огня, двое ожидая, что скажет один, а один в ожидании, что поймёт, как сказать то, что должно быть сказано. Наконец Сесил заговорил.
— Несомненно, вам известно, что у меня на уме. Много лет я пытался добиться счастья, мира и процветания Хубелейров в нашей земле, Валлинге. Мы удачно расположены в долине с величавыми лесами и окружённой высокими горами. Лишь один проход соединяет нас с огромным, жестоким и почти неизвестным миром. Весенней порой, летом и осенью мы посылаем в этот мир караваны мулов, нагруженных зерном, маслинами и вином, а оттуда привозим соль, оружие, тюки шерсти и шёлка для наших нужд. Никто не пытается нападать на нас, ибо у нас нет ничего, что они алчут. Наверное, годы безопасности заставили нас стать мягкими, сонными и неготовыми к опасности.
Но опасность пришла. Мы должны были понять, что во внешнем мире бывает то, что мы не знаем и даже подумать не можем. Наш первый караван этой весной, поднявшись в горы, обнаружил на границе тёмного леса замок, преграждающий им путь. Их мулы не были птицами и не могли пролететь сверху; они не были кротами и не могли прорыться снизу. И парни с мулами не были воинами и не могли проложить путь силой. Поэтому они вернулись назад, правда, невредимые, но с необменёнными и непроданными товарами.
Не думаю, что замок был выстроен волшебством. Я смотрел на него и не увидел ничего, кроме камней и извести. И в нём не содержится целая рать воинов, всё, что мы слышали — его держит один человек. Но какой человек! Вполовину выше самого рослого из наших и искусный во владении оружием. Я испытал его. По одному я посылал на него Джона, мечущего топоры, Германа, не имевшего равных с двуручным мечом и Рубина, который мог стрелой со стальным наконечником расщепить ивовый прут в двухстах шагах. Эти три мужа лежат в ущелье перед замком, пищей для червей. Тем временем наша страна задыхается без торговли. У нас есть коровы на лугу, древесина в лесу и зерно в закромах, но нет соли, нет одежды, чтобы защитить нас зимой, нет украшений для наших женщин или оружия для наших воинов. И у нас никогда их не будет, пока этот великан в своём замке препятствует нашим караванам.
— Мы можем захватить замок и убить великана! — вскричал принц Густро с горячностью юности.
— Как? — спросил властелин. — Разве я не сказал вам, что путь узок? Вы знаете это. С одной стороны высится утёс, столь же высокий, как полёт орла и столь же гладкий, как женская кожа. С другой стороны Долина Демонов и никто из попавших туда не возвращался живым. Единственный путь, ведущий через замок, едва достаточен для одного человека или одного ведомого человеком мула. Другое дело, если бы я мог послать войско, но войти сможет лишь один человек за один раз и нет никого, способного успешно сразиться с этим великаном.
Леди Анжелика, улыбнувшись, прошептала, — Мы можем захватить его обманом. К примеру, я видела этот зал, заполненный воинами и прекрасными леди, почти погружёнными в бесконечный сон, взирая на золотые шары, взлетающие в воздух и назад, в искусные руки Жонглёра. А слепой Бард может заставить любого забыть всё, кроме музыки его баллад. И не забудьте, что наш Гомункул очень мудр.
Сесил покачал головой: — Не так разрешится этот вопрос. Тот безумный великан хочет лишь одного и это означает конец всему, что касается нашей земли и людей. Возможно, вы догадались. Я скажу вам, прежде чем вы зададите вопрос. Руку нашей леди, чтобы, когда я умру, он правил бы Валлингом и Хубелейрами.