Дэвид Ирвинг – Гибель конвоя PQ-17. Величайшая военно-морская катастрофа Второй мировой войны. 1941— 1942 гг. (страница 35)

Даже при таких обстоятельствах на кон ставились наиболее мощные и значительные корабли, и никто не сознавал этого больше, чем гросс-адмирал Редер: по телефону тем утром он снова выразил свою обеспокоенность Карльсу, даже теперь, когда решение наконец было принято. Учитывая опасения Редера, Карльс направил Шнивинду, в то время как «Тирпиц» уже выходил из проливов, необычный призыв к благоразумию и осмотрительности, что, должно быть, повергло в отчаяние храброго флотского командира:

«Краткая операция с ограниченным успехом гораздо важнее, чем полная победа с большой затратой времени. Сообщайте немедленно, если увидите над собой вражеский самолет. Без колебаний прекращайте операцию в случае сомнительной ситуации. Ни в коем случае не давайте противнику шансов на успех против этого ядра нашего флота».

Но в германском военно-морском флоте никто не сомневался, что сложились в высшей степени благоприятные условия для победы. В 15.00 «Тирпиц», «Адмирал Хиппер», «Адмирал Шеер», семь эсминцев и два торпедных катера наконец вышли из проливов в открытое море.

Тем временем германское 5-е соединение ВВС было в полной готовности для проведения разведывательных и боевых действий. 3-я эскадрилья 30-й авиаэскадры «Юнкерсов-88» из Бардуфосса была готова присоединиться к 26-й авиаэскадре на базе в Банаке, как только позволит погода, чтобы совместно бомбить конвой; но теперь оказалось, что и конвой слишком широко рассеян, и его быстроходные суда спешат на предельном ходу в районы, где держится плохая погода. В этот день впервые начались массированные удары с воздуха, поскольку норвежские аэродромы были теперь свободны от тумана. В 14.30 в штаб Шмундта в Нарвике поступило сообщение о частых торпедных и бомбовых ударах с воздуха. И северо-восточное и лофотенское авиационные командования придали должное значение операции, и в течение дня все три эскадрильи 30-й авиаэскадры и несколько самолетов-торпедоносцев прочесывали Баренцево море в поисках отдельных судов конвоя.

Печальные последствия приказа адмиралтейства о рассеивании конвоя все больше давали себя знать. Лейтенант Грэдуэлл, чей вооруженный траулер с гидролокатором по его инициативе собрал вокруг себя три грузовых судна и «пас» их в ледяных полях, был единственным офицером, который интерпретировал приказы адмиралтейства на свой манер. По мере того как радиоэфир полнился сигналами бедствия несчастных жертв, другие грузовые суда искали защиты кто где мог. Корветы находились при кораблях ПВО «Паломарес» и «Посарика», которые шли собственным курсом на восток.

Траулеры, как всегда, были предметом осуждения в эскортах: они были шумными, заметными и медлительными. Дик Элсден, старпом Грэдуэлла, даже составил семь непристойных куплетов про «Ребят с траулеров». Приведем два наиболее приличных:

Мы кто – салаги, а не асы, Нам хрен кто даст гирокомпасы. Вот дыма в нас – хоть подавись, ты только нас не торопи: Мы как одиннадцать дадим — Так до небес всегда кадим. Нам лишь бы место сохранить – когда в пи-кью, когда в кью-пи. А пушки дали, вашу мать, — Ну только с гунном воевать! А к ним снарядов – столько, что не знаешь, чем стрелять в бою. Всё нас эсминцам придают, Те нами знай командуют, Ведь мы в эскорте состоим – когда в кью-пи, когда в пи-кью.

Корабли ПВО скоро обнаружили, что траулеры с гидролокатором на борту – «Лорд Миддлтон» и «Лорд Остин», – помимо того что выбрасывают много черного дыма, еще и слишком медлительны для того, чтобы их компания была кому-то приятна. Траулеры запросили, какова их максимальная скорость хода, и оттуда ответили: «Одиннадцать узлов». Дополнительных вопросов не последовало, но скоро траулеры остались позади.

Корабль «Посарика», у которого на борту был военный корреспондент Годфри Уинн, работавший на газетную компанию Бивербрука, собрал возле себя корветы «Ла Малуин» и «Лотус» и шел вдоль кромки льда вместе со спасателем «Рэтлин», стараясь держать неподалеку и корвет «Поппи». Рано утром 5-го американское грузовое судно «Беллингем», которое шло курсом схождения, заметило эту небольшую группу и, несмотря на свои почтенные двадцать пять лет, постепенно догнало их[73]. Через три часа судно ПВО «Посарика» приказало «Беллингему» повернуть на сорок пять вправо, потому что, согласно сведениям командира корабля Лофорда, судно шло на ледяной барьер. Но приказ был понят на «Беллингеме» неверно, и оттуда коротко и грубо ответили кораблю Королевского ВМФ: «Идите к чертям», – после чего «Посарика» просигналил: «Здоровья и всяческой удачи» – и ушел от «Беллингема». Помощник с «Беллингема» с горечью прокомментировал затем этот случай[74].

И у других грузовых судов были подобные встречи с кораблями бывшего эскорта: мы видели, как корабль ПВО «Паломарес» собрал противолодочные тральщики «Бритомарт» и «Хэлсион» и поспешил на восток в гордом уединении. Утром, к неудовольствию командира Джонси, грузовые суда «Фэйрфилд Сити» и «Дэниел Морган» догнали его, показав удивительную прыть; вскоре после 6 утра к ним присоединился «Бенджамин Харрисон», а тремя часами позднее – и «Джон Уидерспун». Четыре американских грузовых судна вцепились в корабли эскорта Королевского военно-морского флота с немой просьбой о защите. Возле этой кучки судов всю ночь держались патрульные самолеты «Блом унд Фосс», по-видимому наводя на них подводные лодки. Что произошло потом, описывается в официальных рапортах офицеров американской вооруженной охраны на борту грузовых судов: в 13 часов, согласно офицеру вооруженной охраны с «Джона Уидерспуна», «эскорт изменил курс и передал прожектором на все сопровождающие суда не следовать за ним, а идти прежним курсом. Офицер с «Дэниела Моргана» доложил по команде, что «военный эскорт ушел, приказав нам держаться прежнего курса». И офицер с «Бенджамина Харрисона» с горечью отмечал: «Корабль ПВО изменил курс и приказал нам сохранять прежний курс». Стряхнув с себя бремя грузовых судов, «Паломарес» и другие военные корабли на максимальном ходу направились на восток[75].

Четыре американских судна торопились укрыться в полосе тумана недалеко от них на юго-востоке. К 2 часам к ним снова прицепился немецкий «Блом унд Фосс», и поэтому, перед тем как четырем судам войти в завесу тумана, «Дэниел Морган» развернулся и обстрелял преследователя из 3-дюймовой зенитки, чтобы помешать ему точно определить курсы других трех судов, входивших в завесу тумана.

Пока «Дэниел Морган» стоял на месте в одиночестве вне полосы тумана, немецкая подводная лодка, следившая за судном несколько часов, выбирала позицию, чтобы нанести окончательный удар. Это была U-88, которая этим утром потопила «Карлтон»; ее торпедные аппараты были перезаряжены, она погрузилась в нескольких милях от «Карлтона» и теперь приближалась к «Дэниелу Моргану» под водой. Капитан-лейтенант Боман уже собрался было произвести торпедный выстрел, когда американское судно вновь пришло в движение: другие суда благополучно поглотил туман, так что «Дэниел Морган» теперь самостоятельно взял курс на Адмиралтейский полуостров Новой Земли. Боману пришлось выждать, затем всплыть и возобновить преследование.

Приблизительно в 15 часов, держа курс прямо на восток, «Дэниел Морган» вышел с другой стороны полосы тумана и увидел «Фэйрфилд Сити», идущий справа по борту параллельным курсом. На «Дэниеле Моргане» все еще не ведали о том, что за ними следит подводная лодка. Тем временем Боман снова нашел судно, и, когда уже почти догнал его, появились три «Юнкерса-88» из 30-й воздушной эскадры. Они начали маневрировать, чтобы начать атаку на «Фэйрфилд Сити». И снова «Дэниел Морган» смело открыл огонь, чтобы отвлечь внимание нападавших, но замысел не удался: первая серия бомб взорвалась рядом с «Фэйрфилд Сити» по правому борту, а второй бомбардировщик прошел над судном вне досягаемости огня «Дэниела Моргана» и сбросил вторую серию бомб, произведя прямое попадание в кормовую часть палубы. Третий бомбардировщик уложил бомбы прямо на ходовой мостик, уничтожив там всех, кроме рулевого, который был тяжело ранен, и двух человек в камбузе. С судна были спущены три спасательные шлюпки, одна из них сильно поврежденная, а пылающее судно быстро затонуло, унося с собой груз – танки – на дно. Спасательные шлюпки отправились в долгий путь к Новой Земле, а «Дэниел Морган» исчез за горизонтом.

Прилетели еще три «Юнкерса-88» и вместе с тремя первыми предприняли серию бомбовых атак против «Дэниела Моргана». Они длились более часа. Капитан маневрировал, бросая судно из стороны в сторону, чтобы не стать легкой целью, и ни одна бомба не попала в него. Орудия судна встречали нападавших на максимальной дистанции. У команды начали проявляться явные признаки перенапряжения, ибо люди находились без передышки на боевых постах более двадцати восьми часов. После короткого интервала, который дал расчетам время подготовить новые комплекты снарядов, пришла другая группа из пяти «Юнкерсов-88». Самолеты поднялись к солнцу и начали атаковать в быстрой последовательности. Зенитчики подбили один самолет, и он потянулся к горизонту с горящим двигателем; бомбы его упали в 50 ярдах от правого борта. Второй и третий самолеты атаковали также неудачно. Но четвертый сбросил бомбы так близко справа от кормы, что разошлись листы корпуса между четвертым и пятым трюмами. Судно сразу накренилось на правый борт и стало оседать на корму, перестало реагировать на штурвальное колесо. Бомбардировщики прекратили атаку и исчезли за горизонтом. Через перископ командир U-88 Боман видел, как неуклюже ведет себя судно, и предположил, что его рулевое устройство выведено из строя.