Дэвид Хэвиленд – Дикая медицина. Шокирующие операции и факты из истории медицины (страница 26)
В ответ на недавнее молекулярное исследование, упомянутое в предыдущем абзаце, ряд антропологов утверждали, что штаммы
Проблема осложняется еще и тем, что болезни, привезенные Колумбом из Европы в Новый Свет, оказывали более разрушительное воздействие, чем сифилис. У жителей Нового Света не было никакой резистентности или иммунитета к занесенным конкистадорами микробам.
Первой эпидемией, возможно, был свиной грипп, который могли передать людям свиньи с кораблей Колумба.
Затем была эпидемия оспы на Эспаньоле[56], Пуэрто-Рико и Кубе. Когда испанский авантюрист Кортес напал на главный ацтекский город Теночтитлан (современный Мехико), у него было всего 300 солдат. Три месяца спустя город пал, и более половины населения из 300 тысяч погибло – в основном от оспы.
После этого последовали новые волны заболевания, поскольку индейское население было практически уничтожено корью, тифом, оспой и гриппом. Многие коренные народы оказались на грани вымирания. В результате прибытие Колумба на Эспаньолу было названо «самым катастрофическим событием в истории для здоровья человека».
Почему акушерские щипцы хранились в секрете более века?
Роды в XVI веке были чрезвычайно болезненными и опасными. В случае каких-то осложнений шансы, что мать или ребенок выживут, были очень невелики. К концу века два брата-француза решили прославиться в Лондоне. Они были сыновьями хирурга-гугенота Гильома Чемберлена, бежавшего из Франции в 1575 году. Как ни странно, обоих сыновей звали Питерами, поэтому они были известны как Питер Старший[57] и Питер Младший.
В XV веке братья Питеры, потомственные хирурги, изобрели акушерские щипцы, которые помогали выжить в тяжелых родах матерям и их детям. Технология более 100 лет держалась в секрете, так как братья при распространении инструмента не смогли бы заработать.
Хирургия, особенно акушерство, была их семейным бизнесом, хотя в те времена акушеры-мужчины были редкостью. Питер Старший стал хирургом и был акушером королевы Анны Датской в Лондоне, и по мере того как росла их репутация, братья становились все богаче и знаменитее. Питер Старший даже присутствовал на нескольких королевских родах.
Причина их успеха была покрыта тайной, на которую они, однако, публично намекали. Они говорили, что у них есть определенные методы или, возможно, инструменты, позволяющие безопасно принимать роды в условиях, которые другие акушерки сочли бы невозможными. Окажись это правдой, можно было принести обществу большую пользу и спасти множество жизней, но никакой возможности и надежды запатентовать их технику или инструмент не было, поэтому братья считали, что держать все в тайне было залогом коммерческого успеха.
Чтобы защитить свой секрет, они принимали невероятные меры. Желая создать впечатление, что в их распоряжении было сложное оборудование, они приносили свой инструмент в родильную комнату в огромном, богато украшенном ящике, который несли двое мужчин. Будущей матери завязывали глаза, чтобы она не могла видеть устройство, и в комнату не пускали наблюдателей. Мать находилась в состоянии неизвестности, а странный звук колокольчиков и механические звуки намекали на магическую технологию братьев Питеров.
Конечно, все это было для отвода глаз. Устройство было простыми акушерскими щипцами – изогнутым двухлопастным инструментом, который до сих пор используется при трудных родах. Считается, что это устройство изобрел Питер Старший. Семейное дело Чемберленов процветало, и в XVIII веке сын, внук и правнук Питера Младшего продолжили традицию, но никому из посторонних так и не удалось узнать секрет успеха трудных родов семьи Чемберленов. Иногда семья даже пыталась продать устройство, и в конце концов внуку Питера, Хью, как полагают, удалось это сделать – он продал щипцы группе врачей из Нидерландов. Однако до 1720-х годов общественность так и не знала секрета инструмента даже спустя 120 лет после его изобретения.
В 1650 году уровень материнской смертности при родах составлял около 160 женщин на каждые 10 тысяч родов. Благодаря широкому распространению акушерских щипцов к 1850 году этот показатель снизился до 55 смертей на 10 тысяч рождений. Это означает, что за два столетия при родах умерло почти в три раза меньше женщин, чем могло бы. В 1813 году наконец были найдены щипцы семьи Чемберлен, спрятанные под люком на чердаке в большом загородном доме семьи в Эссексе.
Действительно ли пышногрудая девушка вдохновила на изобретение стетоскопа?
Веками врачи слушали сердцебиение пациента или его легкие, просто приложив ухо к обнаженной груди. Случалось даже, что уставшие врачи клали головы на мягкую и теплую грудь пациента и случайно засыпали. Однако некоторые врачи считали эту методику неэффективной и несколько смущающей. Одним из таких был французский врач Рене Лаэннек.
Однажды в 1816 году у Лаэннека была пациентка, чья полнота не позволяла провести стандартный осмотр. Лаэнннек играл на флейте, и, возможно, именно это вдохновило его на новую идею: «Я случайно вспомнил хорошо известное акустическое явление: если приложить ухо к концу балки, можно отчетливо услышать прикосновение булавки к ее другому концу». Вдохновленный такой идеей, он свернул несколько листов бумаги, смастерив примитивный стетоскоп, через который мог слушать сердцебиение девушки с безопасного расстояния, не приближаясь к груди.
К своему удивлению, Лаэннек обнаружил, что его устройство было не просто адекватным, но еще и отлично работало. Он слышал сердцебиение гораздо отчетливее, чем когда просто прикладывал ухо к груди пациента. Воодушевленный успехом, он принялся изобретать настоящий медицинский инструмент. Первый сконструированный им стетоскоп, был, по сути, длинным деревянным цилиндром, но затем он продолжил совершенствовать и развивать свою концепцию. С помощью своего нового устройства он смог слышать и классифицировать различные звуки, которые издавали сердце и легкие, гораздо отчетливее и ярче, чем когда-либо прежде. Многие термины, используемые сегодня врачами для обозначения различных звуков, производимых сердцем и легкими, были впервые записаны и определены именно Лаэннеком.
Что необычного было в прачечной мисс Дженни в георгианском Лондоне?
Дело в том, что в прачечной мисс Дженни на улице Святого Мартина недалеко от Чаринг-Кросс пылкие молодые люди могли стирать свои презервативы, чтобы их можно было использовать повторно – в то время их делали изо льна или кишок животных. У мисс Дженни можно было даже купить использованные презервативы, которые уже выстирали и высушили.
Сейчас презервативы делаются из латекса – он был изобретен только в 1920 году, а на протяжении веков люди пользовались более примитивными презервативами из других материалов. Первые случаи использования презервативов, возможно, восходят даже ко временам Римской империи, хотя доказательства этого весьма отрывочны. Первое недвусмысленное упоминание о презервативах было найдено в 1564 году в книге Габриеле Фаллопия «De Morbo Gallico» (в переводе – французская болезнь; другими словами – сифилис). Фаллопий утверждал, что он изобрел презервативы изо льна, которые можно привязать к пенису при помощи ленты. Примерно в то же время делали презервативы из кишок и мочевых пузырей животных, например овец и коз. Археологи даже нашли сохранившиеся образцы презервативов в замке Дадли (Уэст-Мидлендс, Англия); они были изготовлены из кишечника животного и датировались 1640-ми годами.
До изобретения латекса презервативы изготавливались изо льна и кишок животных. Защита была многоразовая, и поэтому открывались прачечные, где презервативы можно было постирать и высушить.
По мере того как смертельная эпидемия сифилиса распространялась по всей Европе, презервативы становились все более востребованными. Казанова сделал запись в своем личном дневнике в 1753 году о том, как покупает презервативы дюжинами. Желая проверить на прочность, он надувал их перед использованием, чтобы убедиться в отсутствии дыр. Джеймс Босуэлл и маркиз де Сад тоже упоминали о презервативах, и даже на некоторых картинах можно увидеть сохнущие презервативы, готовые к следующему использованию.
Чтобы сделать презерватив, производитель должен был замачивать кишечник овцы в воде на несколько часов, прежде чем вывернуть его наизнанку и оставить размягчаться в слабом щелочном растворе. Как только кишечник был достаточно мягким, мастер соскребал слизистую оболочку, оставляя только брюшную и мышечную, которые затем обрабатывались паром горящей серы. После этого мембрану промывали, надували, сушили и разрезали на части длиной около семи-восьми дюймов. Наконец, к широкому концу презерватива прикреплялась лента, с помощью которой его привязывали к основанию пениса. Как правило, перед использованием презерватив нужно было замочить в воде, чтобы он был более эластичным.
К концу XVIII века в Лондоне был целый ряд магазинов с презервативами на любой вкус, и в то бурное время, до ханжеской эпохи королевы Виктории, эти предприятия открыто продавали свои товары.
Одной из самых престижных соперниц мисс Дженни была некая миссис Филлипс, владевшая большим секс-шопом на территории нынешнего Ковент-Гардена, – она продавала презервативы, книги о сексе, машины для флагелляции[58] и «вдовьи утешители». На рекламных листовках миссис Филлипс говорилось о ее 35-летнем опыте изготовления и продаж «средств безопасности», которые даже шли с лентами разных цветов. Ее листовка заканчивалась небольшим стишком: