Дэвид Хэвиленд – Дикая медицина. Шокирующие операции и факты из истории медицины (страница 28)
Кто такой нулевой пациент?
В 1987 году журналист-гей по имени Рэнди Шилтс выпустил книгу «А оркестр все играл», посвященную ранним годам эпидемии СПИДа. Книга стала весьма спорным бестселлером, особенно из-за ее сенсационного утверждения, что один неразборчивый в связях гей, так называемый нулевой пациент, сыграл важную роль в распространении ВИЧ[62] из Африки в США и в дальнейшем из города в город. В книге нулевого пациента звали Гаэтаном Дюга, он был канадским бортпроводником, который умер от болезни, вызванной СПИДом, в 1984 году.
Маркетинг книги и ее освещение строились вокруг нулевого пациента. Журнал
Нулевой пациент – Гаэтан Дюга был ошибочно назван человеком, начавшим эпидемию СПИДа.
Согласно книге, Дюга был красивым обаятельным блондином, чрезвычайно неразборчивым в половых связях. Он путешествовал по миру и заводил отношения со встретившимися ему по пути мужчинами. Приходя в гей-бар и оглядывая зал, он с удовлетворением заявлял, что он – самый красивый мужчина. После того как у него развилась саркома Капоши – одна из форм рака кожи, связанного со СПИДом, – врачи предупредили его о том, что он может заразить других, однако Дюга продолжил заниматься незащищенным сексом. Иногда после секса он показывал своему партнеру багровые пятна на груди и говорил, что у него «рак геев», добавляя, что, возможно, у его потенциально обреченного партнера он теперь тоже может быть.
Тема СПИДа была ужасающей и крайне эмоциональной в 1987 году, а книга Шилтса произвела эффект персонализации болезни – теперь вина лежала на одном человеке, а косвенно – и на всем обществе.
Рассказ о Дюга укрепил существующие предрассудки и стереотипы, согласно которым геи и так были распущенными и безответственными. У СПИДа теперь появилось лицо – Тифозная Мэри[63] 1980-х, укреплявшая в обществе суждения о том, что причиной распространения этой болезни были геи.
Однако рассказ о Дюга не только неразумно винил одного человека в эпидемии, но и фактически был неверным.
Отчет Шилтса был основан на более раннем исследовании, в котором искали связь между несколькими первыми больными СПИДом. Было обнаружено, что 40 из них прямо или косвенно связаны с Дюга. В исследовани никто из пациентов не имел имен. Дюга звали Пациентом «О», а «О» означало «Out of California» – из Калифорнии. Позднее это было неправильно интерпретировано как нулевой пациент и стало недоразумением, согласно которому Дюга назвали первым человеком, который привез болезнь в США.
Кроме того, предположение о том, что именно Дюга заразил этих людей ВИЧ, также маловероятно, поскольку СПИД может развиваться годами, в то время как большинство этих случаев были диагностированы в течение нескольких месяцев после соответствующих встреч.
Исследование 2007 года, которое изучало последовательности генов ВИЧ в образцах крови ранних больных СПИДом, показало, что Дюга не мог быть первым человеком, который принес ВИЧ в Америку, поскольку он прибыл с Гаити, возможно, еще в 1969 году. ВИЧ уже циркулировал в США около двенадцати лет, прежде чем был впервые выявлен в 1981 году.
Что первым увидел Антони ван Левенгук?
Антони ван Левенгук был голландским торговцем и ученым, родившимся в 1632 году. Сегодня его принято считать отцом микробиологии. Ван Левенгук был всего лишь энтузиастом-любителем, поэтому примечательно, что его карьера профессионального ученого складывалась необычайно успешно. У него не было ни университетского образования, ни научной подготовки. Его семья не была богатой, и он зарабатывал на жизнь самыми различными способами. И все же благодаря своему мастерству и интеллектуальному любопытству он сделал некоторые из самых удивительных открытий в истории науки.
Возможно, вдохновленный эрудитом Робертом Гуком, ван Левенгук начал конструировать собственные простые микроскопы еще до 1668 года и с их помощью наблюдал за всем, что представляло интерес. Известно, что за свою жизнь он сделал более 500 различных микроскопов, хотя до наших дней сохранилось менее десяти. Микроскопы ван Левенгука не походили на те, что мы используем сегодня: они не были составными, не имели нескольких линз и были больше похожи на мощные увеличительные стекла. Однако мастерство ван Левенгука в формовании стекла, шлифовке линз и управлении уровнями света означало, что его микроскопы могли увеличивать до 275 раз, производя более яркие и четкие изображения, чем любой из микроскопов того времени.
Антони ван Левенгук был ученым, который создал самый мощный микроскоп своего времени. С его помощью он открыл миры бактерий, протистов и нематод, которые не признавали еще более ста лет после его смерти.
Ван Левенгук был не только техническим пионером – эти инструменты могли открыть новые миры, и он был полон решимости их исследовать.
Он сделал множество наблюдений и стал первым человеком в истории, который увидел множество микроскопических форм жизни, включая бактерий, протистов и нематод. Он первым открыл клетки крови, полосатую структуру мышечных волокон, а также был первым человеком, когда-либо видевшим, как плавают его собственные сперматозоиды. Он написал множество писем в Лондонское королевское общество, подробно описывая свои методы, теории и открытия. Сначала к нему относились с некоторым скептицизмом, потому что никто раньше не замечал этот микроскопический мир, но в конечном итоге его открытия были подтверждены, в том числе и его героем Гуком. В 1680 году ван Левенгук был признал полноценным членом Королевского общества.
Несмотря на его невероятные открытия, после смерти ван Левенгука микробиологией в основном пренебрегали. В то время не существовало теории, связывавшей эти крошечные микроорганизмы с болезнью, – все еще преобладала древняя теория о том, что она вызывается миазмами и плохим воздухом. В результате эстафета, переданная ван Левенгуком, не была принята еще сто лет после его смерти, вплоть до появления Луи Пастера и теории микробов.
9
Общественное здравоохранение
С помощью медицины можно продлить жизнь, но смерть настигнет и доктора.
Почему строительство Панамского канала заняло более 30 лет?
Панамский канал – один из самых крупных и сложных инженерных проектов, когда-либо созданных человеком. Он соединяет Атлантический и Тихий океаны, это один из самых оживленных судоходных маршрутов в мире. Согласно проекту, строительство канала было начато Францией в 1880 году, но от желтой лихорадки и малярии умерло огромное количество рабочих. В Панаме влажный тропический климат – это идеальное место размножения комаров, передающих эти болезни.
Для борьбы с болезнью французы вложили значительные средства в современное больничное оборудование, но никаких мер против комаров не было принято, поскольку никто еще не знал, что именно они передают болезни. В большинстве проектов зданий не были предусмотрены ни москитные сетки, ни тюли, а возле больничных коек часто стояли кастрюли с водой – идеальная среда для личинок комаров. В 1893 году, после того как более 52 тысяч рабочих заболели и, возможно, около 20 тысяч умерли, проект Панамского канала был заброшен.
Строительство Панамского канала было осложнено эпидемией малярии среди рабочих. После обнаружения роли комаров в передаче этой болезни, разработки эффективных методов борьбы и огромных финансовых вложений малярию удалось победить, а канал достроить.
В 1903 году США, выкупив французское оборудование и права, возобновили проект. Под руководством инженера Джона Фрэнка Стивенса американский подход был продуман значительно лучше. Для дальнейшего строительства была восстановлена Панамская железная дорога, а для рабочих построили надлежащие жилые помещения.
Однако самым важным изменением стал новый подход к проблеме болезни. В последующие годы сэр Рональд Росс[64] в Индии доказал, что малярию передают комары. Теперь войну с вредителями вели армейские врачи майор Рид и полковник Горгас. Они курировали чрезвычайно амбициозную и дорогостоящую программу по искоренению малярии. Комары откладывают яйца на поверхности воды, поэтому любой бассейн или лужу, которые можно было найти, либо осушали, либо опрыскивали маслом и инсектицидом. На маленькие ручьи ставили ведро с капающим маслом, создавая масляную пленку на каждом неподвижном участке воды, что убивало личинок комаров. Всем работникам канала давали бесплатный хинин, а все дома окуривали, израсходовав все национальные запасы серы и пиретрума в Соединенных Штатах. Всех, кто заразился, немедленно отправляли на карантин – все они содержались в защищенных от комаров клетках, предотвращая таким образом повторное заражение. Кампания была невероятно дорогой – по оценкам, она стоила целых 10 долларов за каждого убитого комара.
И все же это сработало. Канал был открыт в 1914 году, на два года раньше намеченного срока. В 1906 году произошел единственный случай заражения желтой лихорадкой среди строителей. С 1907 по 1914 год никто не болел. Малярия была более стойкой, но между 1906 и 1909 годами смертность от нее среди рабочих резко снизилась – с 11,59 человека из 1000 до 1,23 из 1000. За тот период, когда США отвечали за строительство канала (1904–1914), было только 5609 погибших – это был огромный прогресс. Сегодня в зоне канала нет желтой лихорадки и малярии.