Дэвид Хаир – Кровь мага (страница 144)

– Именно. Мы нашли кого-то, кого считали Солиндой, в ночь рейда на Брохену. Тело было без сознания, однако опытный перевертыш может поддерживать форму и во сне. Меня поразило, что она выжила при падении башни, но хорошо защищенный и удачливый маг может такое провернуть. С того момента Монетка оказалась у нас в руках. Над ней постоянно висела угроза раскрытия. Отсюда и враждебное поведение, нацеленное на то, чтобы ее отослали. Я использовала руну оков, запершую Монетку в форме Солинды, и внезапно она оказалась беспомощной в Крак-ди-Кондотьори, месте, откуда ее – или его – не смог бы вызволить даже Гурвон…

– А теперь мы возвращаем Монетку обратно.

– Если это Монетка – да. Это лишь предположение, Сэра, но если это действительно Монетка, Гурвон почти гарантированно приложит все усилия, чтобы освободить ее. – Елена нахмурилась, напряженно думая. – Возможно, мы сможем извлечь из этого выгоду.

– Как?

– Мы могли бы использовать Монетку в качестве приманки, чтобы выманить Гурвона. Если Солинда – и правда Монетка, то я знаю способы обнаружения, которым не сможет противостоять ни один оборотень. Я сорву с нее маску.

– Что насчет Гайла и его агентов?

– Гурвон узнает, что Солинда здесь, в этом можешь не сомневаться. Пока что я надеюсь, что он остается в неведении, иначе Лоренцо в большой опасности. – Елена пожевала себе губу. – Когда она окажется здесь, Гурвон узнает об этом самое большее через полдня. И если Солинда – действительно Монетка, он будет вынужден действовать.

Сэра выглядела так, словно ее вот-вот затошнит. Однако затем она подняла голову.

– Тогда что мы должны сделать? Окружить Солинду армией?

– Нет – они мне лишь помешают. Обученная группа магов может убивать сотнями. Они все умрут или обратятся против нас. Я буду в большей безопасности одна: с гнозисом подготовленная защита способна превзойти атаку. Если я смогу сломить Монетку и продержаться против Гурвона до того, как нам представится возможность продемонстрировать оборотня при дворе, мы сможем привлечь всю нацию под знамена шихада, после чего Гурвону останется лишь отправиться восвояси. Мы победим.

Сэра посмотрела на нее оценивающе:

– Ты можешь это сделать?

Елена мрачно улыбнулась:

– Мне придется покинуть башню и подготовиться к ее прибытию. Я изолирую Нефритовую башню от остальной крепости и приготовлю обереги, которые смогут удержать Монетку. Моя комната для тренировок подойдет идеально. Единственный вход в нее ведет снизу, а я могу повесить обереги на дверь комнаты под ней. Если вы с Тими будете там под защитой оберегов, никто не сможет войти туда без моего разрешения.

– Ты, Солинда, Тими и я, – уныло произнесла Сэра.

Ее глаза смотрели куда-то вдаль.

– Именно! Я не могу позволить, чтобы ты находилась в одиночестве вдали от меня, пока я буду вести допрос, иначе Гурвон может попытаться использовать тебя в качестве рычага. – Елена старалась, чтобы ее голос звучал уверенно. – Я поселю Лоренцо с тобой, если хочешь.

– Ты и Лоренцо, – слабо улыбнулась Сэра. – Мои защитники.

Внутренние ворота с глухим стуком открылись, и четыре огромных тягловых лошади въехали во двор, везя за собой тюремную повозку. Солинда вернулась в саббату, 6 юнесса. Если это действительно Солинда.

– Донна Елена!

Лоренцо въехал верхом следом за повозкой. Сердце Елены подпрыгнуло, однако ответная улыбка рыцаря показалась ей вынужденной. Спешиваясь, он выглядел напряженным и обеспокоенным. Елене очень хотелось подойти к нему, но место было слишком публичным: члены регентского совета собрались во дворе, жадно ловя взглядами каждое движение.

Лоренцо формально поклонился.

– Что дальше? – спросил он.

В его голосе также звучало напряжение.

– Отведи ее в Нефритовую башню, – ответила Елена. Она готовила башню для того, чтобы заключить туда Солинду – или сильного оборотня – на целую неделю. – Но только до порога: я установила на дверях обереги.

Еще раз поклонившись, Лоренцо обернулся к тюремной повозке, которая, громыхая, подкатила к лестнице. Елена вглядывалась в лица собравшихся советников, гадая, является ли кто-нибудь из них тайным агентом Гурвона. Пита Роско перешучивался с Сэрой. Граф Инвельо стоял рядом с говорящим с Богом Акмедом – странная пара. Присутствовал и дон Франческо Пердонелло, хотя она не могла вспомнить, чтобы приглашала его. Во взглядах, обращенных к повозке, читались любопытство и враждебность: Солинда предала их всех.

Повозка остановилась, и стражники, открыв двери, вывели из нее худую девушку в простом белом платье. Ее золотые волосы выглядели свалявшимися и жирными. Взглянув на нее гностическим зрением, Елена увидела, что кандалы Солинды мерцают энергией – как и обвившая ее руна оков, которую она сама наложила на принцессу. Елена выступила вперед, и они с девушкой посмотрели друг на друга. Под глазами Солинды темнели синяки, словно она все время плакала. В ее взгляде читалась обида.

– Добро пожаловать обратно в Брохену, принцесса, – сухо произнесла Елена.

Солинда ничего не ответила. Теперь она избегала смотреть ей в глаза.

Сэра присоединилась к ним, отстраненно поглядывая на сестру.

– С возвращением, сестра, – тихо сказала она и, не дождавшись ответа, спросила: – Ты мне ответишь?

Солинда смотрела куда-то вниз, никак не реагируя.

Вздохнув, Сэра обернулась к Елене:

– Можешь увести ее.

Встав перед Солиндой, Елена взяла ее за подбородок и посмотрела девушке в глаза. Глядя в них, она позволила гнозису изучить разум принцессы. Страх… унижение… боль… печаль… Ничего другого здесь Елена разобрать не могла. Подобные поверхностные мысли могли быть как искренними, так и маской, сплетенной тренированным разумом. Ей придется прорваться сквозь эту личину с целью понять, кто же на самом деле стоял перед ней.

Сэра обернулась к своим советникам:

– Господа, Елена будет разбираться с этим вопросом в Нефритовой башне. Никому не будет позволено появляться там, пока она не сообщит мне, что во всем уверена. – Она подняла руку, упреждая вопросы. – Елена говорит, что существует опасность. Это – ее сфера. Мы будем полагаться на ее мнение.

Елена взяла Солинду за плечо. Она уже начала вести ее к башне, когда, услышав за собой шаги, посмотрела через плечо.

– Нет, Лоренцо. Я должна разобраться с этим, – сказала она.

– Что происходит? – Рыцарь взглянул на башню, темным силуэтом выделявшуюся на фоне неба. – Почему твоя башня? – Его голос звучал так, словно он давно им не пользовался, не произнеся ни слова после отъезда из Крака. Должно быть, обратный путь был долгим и трудным. – Мы увидимся сегодня вечером?

Елена с сожалением покачала головой:

– Прости, Лоренцо. Завтра.

Она зашагала в направлении башни, таща Солинду за собой. У самого входа Елена еще раз бросила взгляд на рыцаря, но не смогла прочесть, что же было написано у него на лице. Оказавшись в башне, она заперла дверь и активировала обереги. Солинда смотрела на нее сузившимися глазами. Когда светящаяся паутина перестала быть видима нормальным зрением, Елена повернулась к девушке и спокойно спросила:

– Так что, принцесса, мне придется нести тебя вверх по лестнице?

– Почему ты так со мной поступаешь? – потребовала ответа Солинда.

Голос тот, а слова – нет. Солинда никогда так не говорила.

– Наверх, Солинда. Пойдем!

На площадке второго этажа Елена заглянула в маленькую приемную. Дверь в королевские покои была уже заперта и защищена оберегами. Единственный ключ, настроенный Еленой на обереги, взяла у нее Сэра. Они с Тими проведут ночь там, в безопасности и под надзором Елены.

Комната для тренировок была убрана, а Бастидо – отодвинут к стене, откуда сердито взирал на Елену подобно отвергнутому домашнему животному. В центре комнаты стояла горящая жаровня. В углях торчали две кочерги, концы которых раскалились докрасна. В комнате также установили кровать с соломенным тюфяком, однако Елена, проигнорировав ее, подвела Солинду к стене. Она оставила кандалы, которые предусмотрительно зачаровал Фаид, у нее на руках, прикрепив путы к цепи. Наложенная самой Еленой руна оков также по-прежнему связывала девушку.

– Что ты делаешь? – спросила девушка дрожащим голосом, дергая свои кандалы.

Она начала плакать.

– Звук в этой комнате приглушен, так что никто снаружи тебя не услышит, – сказала Елена, намеренно придав своему голосу скучные интонации.

Солинда перестала всхлипывать так же быстро, как и начала.

Они встретились взглядами.

– Если ты – и правда Солинда, то мне жаль подвергать тебя такому, но я не могу рисковать жизнями Сэры и Тимори. – Елена вздохнула, и в этот раз ее голос был действительно усталым. – Мне уже доводилось допрашивать заключенных. Мне не нравится причинять им боль, но я сделаю это, если придется.

– Я Солинда!

Девушка выглядела откровенно испуганной, но это еще ровным счетом ничего не доказывало.

– Возможно. Вскоре я это выясню. – Вытащив из кармана монетку, она подбросила ее перед лицом девушки, наблюдая, как глаза Солинды сужаются. Мягко улыбнувшись, Елена убрала монетку обратно в карман и, протянув руку, коснулась лба проверяемой. Послав гностическую энергию через свои пальцы, она медленно убрала руну оков. Елена внимательно следила за реакцией девушки, заметив, что ее поза стала чуть более расслабленной. Принцесса неуверенно сжала и разжала кулаки. Ее взгляд стал направленным куда-то внутрь себя.