Дэвид Джерролд – "Зарубежная фантастика -2024-11. Книги 1-19 (страница 802)

– Клеттер не всю правду сказала про всех вас, – произнесла миз Коуэн.

Айзек отвел руку.

– Что вы имеете в виду? – спросил он.

– Кровь Садины важна. Это так. Но…

Она сделала паузу.

– Что «но»?

– Ты никогда не задавал себе вопрос, почему я взяла в это путешествие еще восемь человек, если речь шла только о крови Садины? У них у всех иммунитет. Все, кто с нами, обладают иммунитетом.

Айзек об этом не думал, но миз Коуэн была права.

– Речь шла не о ком-то из нас конкретно, но обо всех членах нашей группы.

Миз Коуэн закашлялась и добавила глухо:

– Всех, кроме тебя.

Ее слова больно кольнули Айзека – так, должно быть, колол Глэйдеров своими лезвиями гривер. Резко и быстро.

– Ты же помнишь, изначально тебя в списке не было…

Айзек отлично помнил это. Садина почти на коленях умоляла свою мать взять его на борт корабля.

– Понятно. Вы хотели избавить меня от этого – после того, через что я прошел…

Он прошел через тяжелые испытания. Удар, с которым почти ничто не может сравниться. Потеря семьи, горе и одиночество. И все это знали, и стремились ему помочь. И со временем Айзек уже не мог понять, почему люди относились к нему так, как относились – просто из доброты душевной, или оттого, что его семья погибла. Даже Садина, как он чувствовал, привлекает его к разным делам не потому, что он может быть действительно нужен и полезен, а просто потому, что его семья погибла… Потому, вероятно, его и пригласили в последнюю минуту сесть на корабль.

Айзек, правда, не особо возражал. В конце концов, это обстоятельство ему изрядно помогало. Но к чему это, интересно, ведет миз Коуэн?

– Ты прав, – кивнула миз Коуэн. – После всех испытаний, что ты прошел, мне не хотелось подвергать тебя опасности. Но, кроме того, поскольку на острове у тебя нет родственников одной с тобой крови, нет и контрольных объектов.

Миз Коуэн усмехнулась, но тут же прикрыла рот рукой.

– Прости, – сказала она. – В этом есть какая-то злая ирония. Ты не должен был быть среди нас, и тем не менее именно в тебе я нуждаюсь более всего. Потому что только ты можешь мне помочь.

– Контрольных объектов? – переспросил Айзек, и холодок прошелся по его спине. – Вы что, все это время лгали?

Холод усилился и охватил все тело Айзека. Что говорит миз Коуэн? Что все, кто тогда покинул остров, были объектами эксперимента? Доминик, Миоко, Джеки, Триш, и даже бедные Лейси и Карсон? И что это за эксперимент?

– Во всех такого рода экспериментах ученые держат контрольную группу. Она не подвергается воздействию. В нашем случае контрольная группа – это родственники, оставшиеся на острове. Вилла сравнит состояние тех, на кого будет оказано воздействие, с состоянием контрольных объектов, и определит…

Айзек вскинул руку.

– Что это за воздействие? – спросил он. – Я думал, что речь идет только о том, чтобы взять у Садины образец крови и создать лекарство на основе ДНК Ньюта и Сони.

Он уже не шептал, а говорил в полный голос. Неважно, что остальные услышат его и проснутся. Им давно пора проснуться, чтобы узнать о том, что им напели Клеттер и миз Коуэн!

Миз Коуэн жестом утихомирила Айзека.

– Клеттер, помимо прочего, собиралась определить, как носители иммунитета станут реагировать на изменившиеся внешние условия.

Она, насколько смогла, улыбнулась.

– Для меня эти условия, увы, уже не имеют значения.

Айзек не мог понять, как это миз Коуэн еще способна шутить и улыбаться, когда открывается такое!

– Вы всем лгали! – проговорил он.

– Не открывать всей правды не значит лгать. То, ради чего мы сюда прибыли, есть одна из целей нашего путешествия.

– А как тогда быть с Аляской? Мы должны все рассказать остальным, и тогда все отправятся на Виллу…

– Нет. Я многого не знаю. Основная информация – у Богов, на Аляске. Они все объяснят. Клеттер можно было доверять, но она не была Богом.

Да, это было единственное, в чем Айзек мог быть уверен – Клеттер не была Богом.

– Садина должна ехать на Аляску и участвовать в изготовлении лекарства, – продолжала миз Коуэн. – Со временем они все вернутся на Виллу. Кроме того…

Она вновь закашлялась.

– …если они обо всем узнают от нас, то есть от меня, они разозлятся – так же, как разозлился ты. И откажутся сотрудничать. Садина мне этого не простит. Но если это все объяснит Бог, эффект будет совсем иной.

Она поправила шейный платок, закрывавший пятно сыпи.

Айзек напряженно обдумывал сказанное. Миз Коуэн была права, предсказав возможную реакцию Садины – она, как и сам Айзек, терпеть не могла лжи. Он и так с трудом скрывал ото всех правду о болезни миз Коуэн. Больше так не могло продолжаться.

– Мы должны все всем рассказать. Про симптомы и прочее. Иного пути нет. Здесь не может быть никакой полуправды. И Садина должна все знать… Потому что, если что-то случится…

Его сердце сжалось от боли. Он знал, что это значит – потерять родителей, и не хотел, чтобы подобный ужас пережила его лучшая подруга. Ее нужно предупредить. Она имеет на это право. Она должна знать, что, прощаясь с матерью, она может ее никогда больше не увидеть и это – их последнее объятье.

Глава восьмая. Новое путешествие

Минхо

Чтобы добраться до корабля и отдохнуть, группе потребовалось еще два часа. Минхо не знал наверняка, сразу ли они найдут судно, но предвкушение росло в нем с каждой минутой. У Сирот нет в жизни практически ничего, но у них есть инстинкты. И они ведут их во всем. Инстинкт помог Минхо управлять бергом. Встретить Рокси и не убить ее, хотя это противоречило всему, чему его учили всю его жизнь.

– Осторожнее, – сказал он, обращаясь к Оранж. Мелкая галька, по которой они шли, сменилась более крупными камнями с острыми углами и ребрами, что говорило о том, что тропинка вот-вот могла выйти на вершину висящего над океаном утеса. Он чувствовал приближение воды. Ощущал ее запахи.

– Еще пара часов, и мы на месте.

– Поверю лишь тогда, когда сама увижу, – бросила через плечо идущая впереди Оранж. Минхо понимал – царивший среди Сирот дух соревновательности не позволит ему увидеть корабль первым. Словно прочитав его мысли, Оранж проговорила:

– Прости! Я люблю быть первой. Ругай Несущих Скорбь.

– Понятно, – усмехнулся Минхо и, замедлив шаг, оглянулся. Нужно подождать, пока его догонят Рокси и островитяне. Минхо мог без опаски выпустить Оранж из виду – она была единственной, кто не потеряется и не даст себя убить. Он видел как-то, как она прикончила трех матерых волков, которые неожиданно выскочили на нее из лесной чащи. Все думали, что ей конец!

– Эй! – вдруг окликнула его девушка, притормозив. – Прежде чем они нас догонят…

Гнусное пение Доминика раздавалось в достаточном отдалении, из чего Минхо сделал вывод, что пара минут у них с Оранж есть.

– Что такое? – спросил он.

– Ты ведь наврал, верно? – спросила она, поставив башмак на край острого камня, похожего на лезвие ножа.

Минхо отрицательно покачал головой.

– Нет. О чем это ты?

– О том, что ты хочешь помочь Богам. На самом деле ты едешь на Аляску, чтобы их прикончить, так?

В глазах Оранж застыл вопрос.

Минхо сжал зубы. Узнать о предательстве – это всегда удар! Он забыл о той лжи, и он не мог сказать такой же Сироте, каким был сам, всю правду. Оранж должна верить, что он лгал островитянам, но не ей.

– Я обещал, что доставлю их на Аляску, – уклончиво ответил он. Не стоит ей говорить, что он собирается присоединиться к Божеству, а не уничтожать его, на что Сирот настраивают с раннего детства. Если Оранж узнает правду, она убьет его быстрее, чем убила тех трех волков.

– А потом мы разработаем план, – закончил он.

– Вот как? Я-то думала, что у тебя уже есть план. Просто хотела проверить.

Подозревает! Но ничего не поделаешь! Оранж посмотрела вверх, на дерево, и заметила воробьиху, которая принесла птенцам в клюве еду. Там, дома, Оранж с ходу принялась бы палить и по матери, и по отпрыскам, тренируя навыки снайперской стрельбы. Но здесь она этого не делала. Может, хотела этим что-то сказать? Повернувшись к Минхо, она спросила:

– Ты когда-нибудь интересовался, кто твоя мать? И вообще, от кого мы произошли?