Дэвид Болл – Империи песка (страница 148)
Глава 32
Пот. Дрожь. Холод.
Кирка ударяла в темноте по мягкому камню. Каждый удар удлинял туннель.
Движения Муссы были заученными и выверенными. Его руки привыкли к работе. Взмах кирки сопровождался перекатыванием мускулов под кожей. Кожа тоже привыкла к постоянному нахождению в воде, где он проводил все время, работая лежа. Но он так и не привык к темноте, холоду и сырым стенам, давящим на него. Он погружался в медленный, монотонный ритм движений, давно убедившись, что эти повторения позволяют ему забыть обо всем остальном. На другом конце веревки находился Абдулахи. Они работали вместе: Мусса и маленький араб из племени улед-наиль. Вместе кормили ненасытного дракона. И выдавали на поверхность больше земли, чем любая другая пара.
Опасность он услышал и почувствовал одновременно; через кирку она передалась рукам, мозг отметил угрозу, а сам Мусса инстинктивно попятился.
Сначала появилась струйка над головой, там, где ее не должно было быть, вода вместе с песком и мелкими камешками. Струйка быстро превратилась в струю, с яростным напором бившую ему в лицо. Затем яростный поток вырвался из полости, скрывавшейся за каменной толщей. Сколько тысяч или миллионов литров скопилось в этой полости, никто не знал. Вода рвалась на волю. Казалось, она давно ждала мгновения, когда затопит Муссу вместе с туннелем.
Абдулахи обещал, что потоп заранее предупредит о себе. А получилось – один удар киркой, и вот он, потоп. Абдулахи ошибался.
Мусса закричал во всю мощь легких, стараясь предупредить напарника, но его голос потонул в реве несущейся воды. Он сделал вторую попытку и подавился водой. Кашляя, он кое-как сумел вздохнуть.
Вода стремилась заполнить туннель, уничтожая драгоценные воздушные карманы, от которых зависела жизнь Муссы. Он инстинктивно старался подняться выше потока, но это не имело смысла. Не было поверхности, куда бы он мог выбраться. Вода уносила его назад, ударяя о стены, словно куклу. Мусса вновь перевернулся на живот. Поток тащил его ногами вперед по боковому стволу, устремляясь к главному туннелю. Темнота наполнилась ревом водной стихии. Мусса не оставлял попыток закрепиться на месте, упершись ногами в стенки, как советовал Абдулахи, но ничего не получалось. Ему недоставало силы.
Муссе стало нечем дышать. Вокруг была только вода.
Усилием воли он отогнал страх, заставив себя думать.
Он двигался быстро, по-прежнему лежа на животе и плывя ногами вперед. Ноги ударялись о стенки. Колени сами собой подогнулись, ибо поток завернул за угол и теперь яростно несся по главному стволу. Удар оглушил Муссу и почти вышиб последние остатки воздуха из его измученных легких. Находясь лицом вниз, он переборол инстинктивное желание сделать вдох. Жжение в легких было нестерпимым.
Он подумал о туннеле. Потолок слегка приподнимался где-то на полпути между его нынешним участком работы и шахтой к поверхности. Там произошел небольшой обвал. Возможно, в этом месте еще сохранился воздушный карман. Это место было его единственным шансом.
Работая руками, он перевернулся на спину и попытался оценить расстояние. Похоже, он совсем близок к нужному месту. Мусса раскинул руки и ноги, попытавшись остановиться. Мизинец правой ноги за что-то задел. Потом в пальце хрустнуло, и Муссу потянуло дальше. Боли не было. Он удвоил усилия. Постепенно его движение замедлилось. Наконец он остановился. Вокруг неистово бурлила вода, но теперь он хотя бы немного управлял ситуацией. Мусса приподнялся, ища носом воздух.
Драгоценное воздушное пространство было совсем маленьким. Мусса выплюнул воду и сделал долгожданный вдох. Его лицо почти упиралось в потолок. Еще один вдох и еще. Легкие, получившие воздух, все равно болели. Мусса сознавал: у него очень мало времени и надо решать, как быть дальше. Ждать? Возможно, наводнение быстро сойдет на нет. По рассказам его собратьев по несчастью, такое часто бывало. Но иные наводнения продолжались часами. Все зависело об объема природного водохранилища, вырвавшегося на свободу. Если ждать, он снова останется без воздуха. Если плыть дальше, возможно, он сумеет найти и другие воздушные карманы.
Поток лишил его возможности принять решение. Мусса почувствовал, как руки и ноги начинают скользить. Его снова понесло в темноту и неизвестность. Он лишь успел глотнуть воздуха и поплыл. Теперь, когда он двигался на спине, вода набивалась в нос. И опять Мусса заставил себя не поддаться инстинкту и не выдохнуть. Воздух был нужен ему весь, до последней капли. Мелькнула мысль об Абдулахи. Вдруг утонул? Но когда вода пробилась в туннель, напарник находился возле шахты. Возможно, сумел вовремя подняться по веревке. А может, остался, дергая за веревку Муссы и пытаясь его спасти. Но и в этом случае усилия Абдулахи были напрасны. Мусса давно потерял свой конец веревки.
Мысли Муссы сосредоточились на шахте. Вскоре он окажется рядом. Он вскинул руки, водя пальцами по потолку туннеля и намереваясь схватиться за веревку сразу же, как только ее нащупает. Промахнуться он не может; веревка где-то здесь. На все действия у него будет менее секунды, но, может, он сумеет схватиться за веревку, вынырнуть из воды и выбраться на поверхность.
Все произошло слишком быстро. Он нащупал веревку, но схватиться не успел. Тогда Мусса попытался уцепиться за край шахты. Его пальцы царапали по песчанику. Край обломился. Муссу понесло дальше; при этом он еще и наглотался воды. Абдулахи нигде не было.
Мусса опять замедлил свое вынужденное плавание, вывернув пятки наружу и ища, за что бы зацепиться ногами. Он напряг колени, чтобы не подогнулись. Он чувствовал, что воздух кончается. Еще несколько секунд – и он прекратит бороться с водой. Уступая требованиям легких, он глубоко вдохнет, но не воздух, а воду, после чего наступит кромешная тьма, и смерть его заберет.
И вдруг он ударился обо что-то мягкое. Босая нога наткнулась на чье-то плечо. Еще кто-то, застигнутый разливом в туннеле. Абдулахи?
Мусса не собирался надавливать на чужое плечо и не хотел тревожить этого человека. Возможно, тот нашел воздушный карман и делал то, к чему стремился Мусса: дышал, стараясь экономить воздух.
Но было слишком поздно. Мусса почувствовал руку у себя на лодыжке. Потом течение снова победило, рука соскользнула с лодыжки, и человек исчез. К этому моменту Муссе удалось сбросить скорость и остановиться. Да, здесь действительно
Он знал, что Абдулахи боялся воды, боялся разлива и участи утонуть в брюхе дракона. Его напарник не умел плавать. Оставалось надеяться, что смерть Абдулахи не была мучительной.
А затем, почти столь же внезапно, как началось, наводнение прекратилось. Мусса чувствовал, как напор воды слабеет. Ее уровень стал понижаться. Ему уже не так давило на руки и ноги. Потом уровень еще понизился, и вскоре совершенно обессиленный Мусса лежал на дне туннеля, слушая, как вода под ним несется к оазису. Он думал о том, сколько рабов оказались застигнутыми наводнением и сколько жизней оно унесло. На этом опасность не кончалась. Теперь жди обвалов. В ближайшую неделю туннель останется смертельной ловушкой.
Он содрогнулся. Дрожь, начавшаяся внутри, соединилась с внешней, вызванной холодом и страхом. Надо вставать и двигаться. Мусса с трудом повернулся и пополз по туннелю, пытаясь отыскать тех, кому могла понадобиться его помощь. Каждое движение требовало чрезмерных усилий. Он заставлял себя двигаться вперед.
– Абдулахи! – крикнул Мусса.
Ответом была лишь тишина. Он продолжал обследовать туннель, двигаясь с максимально доступной скоростью. Абдулахи он нашел возле следующего ответвления. Мусса полз и вдруг коленом задел за голову напарника.
– Абдулахи!
Молчание. Мусса склонился над ним, прильнул щекой ко рту Абдулахи, стараясь понять, дышит ли тот.
И вдруг напарник закашлялся, брызгая водой и слюной Муссе в лицо.
– Сиди?
– Да, – ответил Мусса, обрадованный настолько, что ему захотелось обнять маленького араба. – Это я.
Абдулахи жадно глотал воздух.
– Жаль. Если это ты, тогда я точно не в раю. – Абдулахи помолчал, набираясь сил в темноте, где отовсюду капало. – Сегодня мы побили дракона, – выдохнул он.
– Да, побили. Нам повезло. Давай переворачивайся. Поползли к шахте, пока дракон вновь не плюнул в нас водой.