Дэвид Барнетт – Земля вызывает майора Тома (страница 57)

Элли изумленно уставляется на нее.

– Но ты же не умеешь водить.

Глэдис снимает свою сумочку с подлокотника кресла, роется в ее кармашках и заявляет:

– Нет, умею. Смотри. Вот мои водительские права. Я получила их в 1966-м.

Элли на секунду замирает с открытым ртом.

– Но ты же… ну, ты понимаешь.

– Все в порядке, – сердито говорит Глэдис. – Слушай, Элли, я же не идиотка. Я прекрасно понимаю, что со мной не так. Но вы же будете мне помогать, правда? Вы с Дэлилом. Правда, ты, похоже, пьяна, он – парень с приветом, а у меня уже не хватает винтиков в голове, но если мы будем держаться вместе, то всё будет в порядке. Именно это делает людей сильными, верно? Когда они держатся вместе. Так мы и жили здесь всегда. Каждые несколько лет этому придумывают новые и новые модные наименования – что-то вроде «дух коллективизма», или «большое общество», или еще что-нибудь в этом же роде (и кому-то еще и деньги платят за то, что он все это сочиняет), но на самом деле ничему этому не нужен ярлык. Вся суть лишь в том, что люди просто поддерживают друг друга. Вот как все устроено. И так у нас было всегда.

– Естественный социализм в действии! – с восторгом восклицает Дэлил.

Глэдис наставляет на него палец.

– Эй. Слушай. Я же сказала: никаких ярлыков и модных названий, понятно?

– Но чего же мы ждем? – говорит Элли. – Пойдемте скорее!

Глэдис хмурится.

– Мне сначала нужно переодеться. Может быть, с головой у меня уже и не очень в порядке, но я не собираюсь ехать в Бисто в ночнушке.

– Думаешь, она правда сможет вести машину, учитывая ее… состояние? – шепчет Дэлил, когда Глэдис уходит наверх.

Элли пожимает плечами.

– Не думаю, что это будет так просто. Но мы же будем рядом и сможем все контролировать: будем ее глазами и ушами… – Вдруг Элли, словно опомнившись, прижимает пальцы к губам. – О, но ты-то не должен ехать с нами. Тебе, наверное, нужно уже домой.

– Ты шутишь? Я знал, что ты темная лошадка, Элли Ормерод, но, оказывается, с тобой вообще не соскучишься: стоит выйти с тобой на вечеринку, как тут же проваливаешься в кроличью нору. Так что даже не пытайся меня остановить.

Элли снова прикладывает телефон к уху и бормочет:

– Ну, давай, давай, Джеймс, ответь. Где тебя черти носят?

57

Направляясь на юг

Решение отправиться на поиски отца в тюрьме Баллингдон было принято Джеймсом через час после того, как он ушел спать и лежал в темноте без сна, слушая храп бабушки, доносящийся из ее спальни. Он не был уверен в том, что это было правильное решение, но ему не приходило в голову ничего другого. Все было потеряно, и им грозило выселение из дома; так что отец, по крайней мере, должен был узнать об этом. Джеймс поднимается, одевается и потихоньку пробирается вниз на кухню, чтобы приготовить несколько сэндвичей и собрать рюкзак. Он заходит также в комнату Элли, чтобы позаимствовать двадцать фунтов, которые, как ему известно, она хранит на экстренные расходы в своем ящике с бельем; потом, вырвав листок из школьной тетради, он пишет записку и оставляет ее на своей подушке. Около половины двенадцатого Джеймс выходит из дома и, ориентируясь по компасу в своем телефоне, направляется на запад в сторону автотрассы, которая, как он уверен, должна привести его на юг, где находится тюрьма.

Целый час Джеймс идет вдоль широкой дороги на Ормскирк, опуская голову и быстро прошмыгивая мимо пабов, откуда вываливаются пьяные шумные компании; потом он добирается наконец до моста над М6, с активным двусторонним движением. Трасса М58 уходит дальше на запад, но ему туда точно не нужно. Джеймс проходит по мостам над узлом ответвляющихся и соединительных дорог и, оказавшись на автостоянке перед дешевой гостиницей, размышляет о том, что делать дальше. На стоянке находится пара грузовиков, и Джеймс видит человека, идущего от гостиницы к одному из них, с названием шотландской транспортной компании на боку. Он спешит за водителем и успевает догнать его как раз в тот момент, когда он забирается в свою кабину.

– Здравствуйте, мистер, – говорит Джеймс. – Вы не педофил?

Мужчина поднимает одну бровь и произносит с сильным шотландским акцентом:

– Нет, парень, я не педофил. А ты что – ищешь их тут?

– Нет, наоборот – стараюсь на них не нарваться. А вы едете на юг?

Мужчина поднимает другую бровь.

– Ну да. А что?

– Вы не могли бы меня подвезти? – спрашивает Джеймс.

Водитель окончательно забирается в кабину и смотрит оттуда на Джеймса.

– Тебя как зовут?

– Джеймс Ормерод, – произносит Джеймс и лишь потом осознает, что нужно было сказать что-то другое.

– И сколько же тебе лет, Джеймс Ормерод?

– Восемнадцать, – отвечает Джеймс, стараясь, чтобы его голос звучал как можно ниже.

– А, ну разумеется, – говорит водитель. – Просто ты как-то мелковат для своего возраста. Слишком уж мелковат. Сбежал из дома, чтобы искать приключений?

– Так вы подвезете меня или нет? У меня есть немного денег, я могу заплатить.

Мужчина потирает свой щетинистый подбородок.

– Ладно, так и быть, подвезу тебя, парень. – Он протягивает руку. – Рэб Коллинз.

Джеймс осторожно ее берет.

– А вы точно не педофил?

– Точно, – говорит Рэб. – Давай, залезай в кабину. Едем на юг.

Элли кричит в телефонную трубку, стараясь прорваться сквозь шипение и помехи.

– Мы собираемся ехать. На нашем фургоне. Поедем по М6 на юг. Сообщите нам сразу же, как только дозвонитесь до Джеймса.

– До сих пор не верится, что вы действительно разговаривали с майором Томом все это время, – говорит Дэлил, помогая Элли забраться в фургон. Глэдис уже сидит там в своих коричневых нейлоновых брюках, ботинках с меховой оторочкой и в своей лучшей кофте. – Джеймс пытался рассказать мне об этом, но я ему не поверил.

– Бабушка, ты уверена, что справишься?

Глэдис прищуривает один глаз и высовывает кончик языка, стараясь вставить ключ в замок зажигания.

– Это как с ездой на велосипеде: если научился, то уже не разучишься. – Она поднимает голову. – Хотя я не уверена, что помню, как ездить на велосипеде.

Дэлил закрывает дверь, и Глэдис объявляет:

– Поехали!

В фургоне пахнет затхлостью и цементом. За сиденьями свалены кучи инструментов и деревянных досок. Глэдис поворачивает ключ в замке зажигания.

Ничего не происходит.

Она пробует снова. Слышатся какое-то пощелкивание и жужжание, но результата нет.

– Машина слишком долго стояла, – говорит Элли. – Может, сел аккумулятор или что-то такое.

Глэдис выжимает ногой сцепление.

– Еще разок, вдруг повезет?

Она поворачивает ключ в замке зажигания, и двигатель кашляет, умолкает и в конце концов оживает. Глэдис нажимает педаль газа, пока двигатель не отвечает рычанием, затем включает нейтральную передачу и ждет, чтобы прогрелся мотор и заработал обогреватель, который начинает обдувать спертым воздухом лобовое стекло.

– Порядок! – говорит Дэлил.

Глэдис сует руку в карман своего пальто, достает темные очки и нацепляет их на себя.

– Бабушка, что ты делаешь? – удивляется Элли.

Глэдис включает магнитолу и вталкивает внутрь кассету, торчавшую оттуда, как высунутый пластиковый язык. Сирены кричат, и пожары воют. «Bat Out of Hell» Мит Лоуф.

– У папы всегда был кошмарный вкус в музыке.

Глэдис смотрит на Элли и Дэлила поверх своих темных очков.

– Сто шесть миль до Чикаго, у нас полный бак бензина, полпачки сигарет, темно… и мы в темных очках.

– Что? – сердито переспрашивает Элли.

Дэлил весело хохочет и кричит: