Дэвид Балдаччи – Длинные тени (страница 54)

– Я не уверен, что могу рассказать вам что бы то ни было.

– Похоже, где-то в промежутке таится выбор.

– Послушайте, скажите мне, что хотите знать, и тогда я смогу сделать этот выбор.

– Почему Элис Лансер ушла отсюда? Вроде бы у нее все шло лучше некуда.

– В одних отношениях Элис была сложной, в других весьма простой.

– Вам придется развить эту мысль.

– Элис любила успех. Любила в жизни все самое лучшее.

– Это в простом смысле или в сложном? – полюбопытствовала Уайт.

– Как можете догадаться, это была простая часть.

– А сложная?

– Как она добывала самое лучшее в жизни.

– Как я понимаю, в вашей фирме она хорошо зарабатывала. А потом вдруг ушла и поступила в частное охранное предприятие в Майами. Надо думать, смена пути стоила ей зарплаты.

– Она получала неплохое вознаграждение, скажу я вам. Даже в роли директора по связям с общественностью зарабатывала шестизначные числа. И куда больше как лоббист.

– Но этого было недостаточно?

– Очевидно, нет.

– И где же начались сложности?

Заерзав, Дрейк избегал встречаться с ней взглядом.

– Она мертва, мистер Дрейк, и подать иск не сможет. Мне просто нужна правда.

Он сел прямее.

– Через фирму проходит уйма конфиденциальной информации. Частью нашей деятельности является сбор компромата. Вообще-то на оппонентов, но и в отношении собственных клиентов мы его тоже осуществляем. Идея в том, что, если знать, в чем заключается грязь, можно держать ее под контролем и вывернуть по-своему. Впоследствии можно намеренно и стратегически организовать частичную утечку с разрешения клиента. Часть выдается напрямую, чтобы донести точку зрения.

– А часть? – подсказала Уайт.

– Не должна выйти на свет никогда.

– И Лансер использовала ее к собственной выгоде?

– Полагаю, что да. Как минимум в двух случаях.

– Не можете рассказать мне об этих случаях побольше?

– Могу лишь сказать, что двое клиентов, о которых идет речь, бросили фирму, как горячую картофелину, и больше об этом словом не обмолвились.

– И вы подозреваете… что?

– Подозреваю, что Элис Лансер воспользовалась конфиденциальной информацией, чтобы шантажировать этих клиентов. От нее они откупились, но с фирмой, как легко понять, порвали всяческие отношения.

– Почему же они вместо того не обратились в полицию?

– Политика – дело скверное, агент Уайт. Грязь и слизь летят во все стороны. Порой прилипают, порой нет.

– Но есть же определенные пределы?

– Да, есть. А Лансер, я думаю, эти пределы преступила. Обратиться в органы с тем, что может отправить их самих за решетку или погубить их карьеры, клиенты не могли.

– Но зачем клиентам вообще предоставлять вам, священнику, даже адвокату или еще кому-нибудь конфиденциальную информацию подобного рода?

– А кто говорит, что они дали ее Элис?

Теперь Уайт выпрямилась в кресле.

– Хотите сказать, она взяла да сама раскопала?

– Она и те, с кем она работала.

– У вас есть имена?

Дрейк покачал головой.

– А почему ее не вытурили отсюда, раз вы это знали?

– Мы пришли к обоюдовыгодному расставанию.

– И, очевидно, не предупредили новую фирму о ее прегрешениях.

– Я же сказал, мы пришли к соглашению.

Уайт смотрела на него, а он смотрел на свои руки.

– Неужто то, что у нее было на вас, настолько скверное? – спросила она.

– Боюсь, я вынужден завершить эту встречу, агент Уайт.

Глава 51

Дальше след привел Уайт на Капитолийский холм, где она встретилась с представителем полиции.

Эд Нэш – лысый, подтянутый, с прямой спиной – выглядел очень деловитым, и тут же подтвердил это впечатление.

– Я помню Алана Дреймонта, – сообщил он. – Говорите, его убили?

– В доме федерального судьи.

– Почему он охранял судью? Я думал, это дело федеральных маршалов.

– Всё обстоит сложнее, – Уайт тщательно подбирала слова. – Что, если я скажу вам – конечно, гипотетически, – что Дреймонт находился там по другой причине, не связанной с охраной судьи?

Нэш с отвращением скривился.

– Дайте угадаю. Дреймонт ее трахал?

– С чего вы так решили?

– Не хочу лезть в конфиденциальные дела, – он подался вперед, – но позвольте сказать вам чисто гипотетически. Что бы вы сказали, если б я сообщил вам, что во время его службы здесь некоторые конгрессвумен и сотрудницы их штата тоже прибегали к охране Дреймонта?

– А как именно это работало?

– Жить в округе Колумбия недешево. Немало законодателей решили практически поселиться в своих офисах, хотя это и пытались запретить, но когда политики следовали правилам? Так что у них есть уютные приватные места для встреч в неурочное время. Многие из них делят апартаменты и таунхаусы поблизости. Но их почти никогда нет в городе, так что эти места также могут пустовать, да еще сколько.

– Что Дреймонт с этого имел?

– Помимо очевидного, хотите сказать?

– Ага, помимо этого.

– Он держал ушки на макушке. Кое-что слышал, и может, использовал к своей выгоде.

– Типа интрижек с замужними законодателями?

– Я знаю, что он стильно одевался, и деньги у него никогда не переводились. Слушайте, у нас нет доказательств этого, иначе топор опустился бы, это я вам говорю, – поспешно добавил он. – Но здесь избавиться от кого-то на основе слухов нельзя. Он хорошо заметал следы.