Дэвид Балдаччи – Чистая правда (страница 83)
– Вы несносный…
– Вы можете дать мне ответ? – закричал Фиске. – И если нет, то уж не знаю, кто вы такой – во всяком случае, не судья.
Рэмси побагровел.
– Вы понятия не имеете, что представляет собой система!
Джон ударил себя в грудь.
– Я – система. Я и люди, которых я представляю. А не вы. И не это место.
– Вы имеете хотя бы малейшее представление о серьезности проблем, с которыми мы имеем дело?
– Когда вы в последний раз судили избитую жену? Или ребенка, ставшего жертвой сексуального насилия? Вы когда-нибудь видели, как человек умирает на электрическом стуле? Видели? Вы сидите здесь, но не видите живых людей, не выслушиваете настоящих свидетелей, никогда не слышали тех, кого уничтожаете или кому помогаете. Перед вами проходят лишь могущественные адвокаты, швыряющие вам в лицо многочисленные бумаги. У вас нет ни малейшего представления о лицах, людях, разбитых сердцах и боли, которую вы причиняете. Для вас это интеллектуальная игра. Игра! И ничего больше. – Фиске посмотрел на Рэмси; его голос задрожал. – Вы считаете, что большие вопросы очень трудны? Попробуйте решить маленькие.
– Я думаю, вам лучше уйти, – умоляюще сказала Найт. – Прямо сейчас.
Фиске еще несколько секунд смотрел на Рэмси, затем успокоился и взглянул на женщину.
– Вы знаете, это хороший совет, госпожа судья; пожалуй, я им воспользуюсь. – И он повернулся к двери.
– Мистер Фиске, – прогрохотал Рэмси, и Джон медленно повернул к нему голову. – У меня есть несколько хороших друзей в адвокатуре штата Вирджиния. Они будут извещены о том, что здесь произошло. Полагаю, против вас будут предприняты соответствующие действия, которые приведут к приостановке, а потом и лишению вас адвокатских прав.
– Виновен, пока не доказана невиновность? Таково ваше представление о системе работы криминального правосудия?
– Я абсолютно убежден, что доказательство вашей виновности – лишь вопрос времени.
Фиске собрался ответить, но Найт положила руку на телефон.
– Джон, я предпочла бы, чтобы вы ушли без помощи охранников.
Когда Фиске ушел, Рэмси покачал головой.
– Настоящий психопат, тут не может быть ни малейших сомнений.
Он посмотрел на Найт, но она даже не повернула головы в его сторону.
– Бет, я хочу, чтобы вы знали: пока не найдете замену Саре, вы можете использовать одного из моих клерков.
Она посмотрела на него. Предложение было очень симпатичным. На поверхности. А на самом деле – шпион в ее офисе?
– Все будет в порядке. Просто нам придется работать больше.
– Сегодня вы хорошо провели слушанья, но я бы хотел, чтобы вы не принимали все так близко к сердцу. Наша пикировка в суде выглядит недостойно.
– Но как я могу не принимать дела близко к сердцу, Гарольд? Объясните мне, как. – В ее глазах появились слезы, а голос стал хриплым.
– Вы должны. У меня никогда не бывает бессонницы из-за какого-то дела. Даже если речь идет о смертной казни. Мы решаем, виновен человек или нет. Мы интерпретируем слова. Именно так вы должны все воспринимать. В противном случае вы быстро выгорите изнутри.
– Возможно, выгореть изнутри гораздо лучше, чем иметь долгую успешную карьеру, которая будет вызовом моему интеллекту. – Рэмси бросил на нее внимательный взгляд. – Я хочу получать душевные травмы, чувствовать боль. Как и все остальные. Почему мы должны быть исключением? Проклятье, мы обязаны страдать из-за дел, которые рассматриваем.
Рэмси печально покачал головой.
– Тогда, я боюсь, вы не выдержите. А это совершенно необходимо, если вы хотите чего-то здесь добиться.
– Увидим. Возможно, я вас удивлю. Прямо сегодня.
– У вас нет шансов победить, используя Стэнли. Но я восхищаюсь вашим упорством, даже если сегодня оно было напрасным.
– Насколько мне известно, голоса еще не подсчитаны.
Рэмси улыбнулся.
– Конечно, конечно. Но это всего лишь формальность. – Он засунул руки в карманы и встал перед Найт. – И на всякий случай, чтобы вы знали: мне известно о вашем намерении подвергнуть пересмотру права бедных…
– Гарольд, мы только что потеряли третьего клерка. Третье человеческое существо, которое было мне очень близким. У нас здесь полная неразбериха. И сейчас я не хочу говорить о судебных делах. Быть может, у меня больше никогда не возникнет такого желания.
– Бет, мы должны двигаться дальше. Да, у нас один кризис за другим, но мы справимся.
– Гарольд, пожалуйста!
Однако Рэмси не собирался отступать.
– Суд продолжается. Мы…
Найт встала.
– Выйдите вон.
– Прошу прощения?
– Выйдите из моего кабинета.
– Бет…
– Вон! Вон!
Рэмси молча вышел. Найт с минуту неподвижно стояла на месте, потом быстро покинула кабинет.
После столкновения с Рэмси Джон спустился в гараж и сразу направился к своей машине. Он чувствовал себя отвратительно. Из-за него Сару выгнали с работы, его обвинили в убийстве брата, и он только что унизил председателя Верховного суда Соединенных Штатов. И все это менее чем за час. В любом мире, кроме мира лунатиков, такой день следовало назвать тяжелым. Фиске остался сидеть в машине. У него не было ни малейшего желания ехать в Ричмонд и наблюдать, как Маккенна постарается окончательно уничтожить его жизнь.
Джон зажмурил глаза и, прижав к ним кулаки, застонал, а потом дернулся вперед, услышав какой-то звук. Открыв глаза, он увидел, что Элизабет Найт стучит в окно его машины, и опустил стекло.
– Я бы хотела с вами поговорить.
Фиске постарался взять себя в руки.
– О чем?
– Мы можем немного прокатиться? Не думаю, что мне стоит рисковать и приглашать вас обратно в здание суда. Я никогда не видела, чтобы Гарольд настолько выходил из себя.
Джону показалось, что на лице Найт мелькнула тень улыбки, когда она произнесла эти слова.
– Вы хотите поехать в моей машине? – спросил он.
– У меня нет здесь машины. А с вашей что-то не в порядке?
Фиске посмотрел на ее дорогое платье.
– Ну… внутри она представляет собой смесь ржавчины с пылью.
Найт улыбнулась.
– Я выросла на ранчо в Восточном Техасе. Когда моя семья ехала к маленьким хижинам, из которых состоял город, рядом с которым мы жили, мне с шестью братьями и сестрами приходилось устраиваться в экскаваторе, изо всех сил стараясь не упасть; при этом мы получали огромное удовольствие. И я действительно хочу с вами поговорить.
Джон наконец кивнул, и Найт села на пассажирское сиденье.
– Куда поедем? – спросил он.
– На светофоре сверните налево. Надеюсь, у вас нет никаких срочных дел. С моей стороны было не слишком вежливо не спросить вас об этом.
Фиске подумал о том, что его ждет Маккенна.
– Ничего важного.
Сразу после поворота Найт произнесла:
– Вам не следовало возвращаться и говорить все то, что вы сказали.