Дэри Айронин – Писатель. Дневник Джорджии (страница 9)

– Просто я знаю тебя.

– В самом деле? Откуда?

– Я же божественное явление, мне положено всё про всех знать.

– А если не придумывать? – всё с той же хитрой улыбочкой, которая была свойственна лицу Джесси, расспрашивал колдун.

– Не веришь?

– Не-а.

– Ладно. Я писатель.

Джесси нахмурился, но попросил Джорджию продолжить.

– Ну, я человек, который придумал вашу историю. Вы все живёте в моей фантазии, то есть можно сказать, что все мои персонажи – это мои творения, сочетающие в себе мои черты и черты тех, кого я знаю. Я пишу то, что вижу в своей голове. Каждый кустик придуман мною. Так что я не соврала, назвав себя божественным явлением.

– И как ты здесь очутилась?

– Я просто подумала, что хотела бы и сама жить в том мире, который придумала. Так вышло, что нужно было вводить в сюжет нового персонажа, и я вписала себя в вашу историю.

– Погоди! Ты сказала, что ты человек?

– Да. Но ты… Ты, правда, мне так легко поверил?

– Может, ты из человеческого мира? Из Гелиоса?

– Ну да, наверное. Во всяком случае, здесь, в Миракуле, мой мир вы называете Гелиосом. Так ты мне действительно веришь?

– Из мира, в котором магии почти нет и где правят обычные люди?

– Почему я отвечаю на твои вопросы, а ты мои игнорируешь?

– Больше никому не говори о том, что ты человек из Гелиоса, особенно в Малефгарде. Колдуны презирают людей, считая их примитивными эволюционными предками чародеев. А то, что ты из Гелиоса, вообще делает из тебя преступницу. Существование Миракулы – это тайна для людей из Гелиоса. Если кто-то узнает, что ты пришла из другого мира, и доложит инспекторам, тебя схватят, сотрут память и отправят домой.

– Но почему людям нельзя знать о Миракуле?

– Потому что люди Гелиоса глупы, злы и алчны. Если они прознают о нашем мире, станут искать способы попасть к нам. Чем они для этого пожертвуют – никто не знает. Вряд ли без магии люди смогут тонко разорвать материю, а это может привести к катастрофе, которая зацепит оба мира. К тому же люди всегда стремятся обогатиться. Если они узнают о Миракуле, захотят присвоить себе её богатства. Пусть миры живут своими жизнями.

– Ты мало знаешь о людях! – возмутилась Джорджия.

– Может быть, – пожал плечами Джесси.

– Тем более это же воображаемый мир. Разве мне как создательнице могут навредить? Кому какое дело…

– Я бы не был так уверен… – перебил её Джесси.

– Почему? В чём?

– С моей точки зрения это ты выглядишь пришельцем. Как бы там ни было, теперь ты часть этого мира. Пусть и туннели Смерти не повлияли на тебя, как на остальных, отравление от Фраусциса ты получила. Я хотел бы доказать тебе существование нашего мира и думаю, что это даже возможно. Я слышал о таких случаях, когда люди имели некий доступ к другим мирам и нередко писали о том, что получали таким способом.

– Вот! А ты говорил, что вредно людям знать о Миракуле!

– Это единичные случаи! В конце концов, все миры связаны. А бывали случаи, когда сами люди попадали в наш мир через блуждающие порталы. Если ты не знаешь, это такие порталы, или, лучше сказать, дыры в мирах, которые образовываются случайно и бесконтрольно. И чем крепче связаны миры, тем чаще образовываются такие порталы. Например, с Гелиосом наша Миракула довольно близка. А что касается тебя… Как ты сюда попала?

– Просто писала, как и всегда…

– Тогда, думаю, дело в устройстве мозга таких людей, как ты, но это только моё предположение. Теперь понятно, почему ты так странно говорила про «сюжет» и что-то ещё… И насколько ты тут у нас задержишься?

– Я не знаю. Вообще-то я не уверена, как так вышло, что я попала в собственную книгу. Не думала, что это сработает. Поэтому просто послежу за развитием истории.

– А ты уже знаешь, чем всё закончится?

– Вроде того. В конце вас ожидает битва, но это и вам известно теперь. Правда, я не помню, придумала ли я, чем всё закончится. Наверное, я ещё придумываю.

– Значит, ты обладаешь чем-то вроде дара предвиденья…

– Ну если тебе так удобнее думать, то да.

Джесси хитро улыбнулся, словно какой-то замысел возник в голове. Он перевёл взгляд на выход и нахмурился. Джорджии лишь оставалось удивляться, как он быстро и выразительно думает, как меняется его взгляд. Но вдруг взгляды Джорджии и Джесси встретились, словно впервые.

– Ты пей отвар, – произнёс он, – Поможет справиться с отравлением от Фраусциса.

– Позволь спросить, как давно у тебя есть это тайное убежище? – взявшись за стакан обеими руками, спросила Джорджия.

Почему-то теперь она смотрела на Джесси с восхищением, что от него самого не могло ускользнуть.

– А разве ты не должна всё про меня знать?

– Этого я не знаю. Просто расскажи.

– Раньше, – произнёс Джесси, убрав с лица локон, и погрузился в воспоминания, – на этом месте стоял детский шалаш, который я сам кое-как построил, чтобы было, где проводить дни с самим собой. Когда я повзрослел, решил построить на этом же месте настоящий домик, чтобы прятаться тут от реальности. Во дворце, знаешь ли, мне не спокойно. От шалаша здесь только дверь и осталась. Она напоминает мне о том, кто я такой.

– Почему?

– Я украл эту дверь из дворца, – усмехнулся Джесси, видела бы ты выражение лица Арнольда, когда ему сообщили о странной краже! Это была моя месть ему за то, что он пытался запереть меня в моей комнате. Да, тогда я был ещё совсем мальчишкой и ни о чём не догадывался…

С этими словами Джесси помрачнел и достал из кармана письмо, захваченное из тюрьмы, дописал какие-то каракули в самый конец, встал из-за стола и, распахнув входную дверь, схлопнул в ладошах бумагу. В тот же миг из рук его вырвался ворон, который вылетел на свободу.

– Что это? – спросила Джорджия, глядя на Джесси с широко открытыми глазами.

– Это мы так с моим другом из Центральных Земель переписываемся, чтобы никто нас не отследил. Пусть и энергозатратно, но хотя бы можно быть уверенным, что письмо дойдёт до адресата. Ещё до убийства этого проклятого рыцаря я собирался переехать к Энниэлло. Мы уже даже всё подготовили… Кстати, ты знаешь Энниэлло из Карлиона?

– Нет.

– Видишь, вот и снова доказательство, что Миракула не выдумка. Как давно ты…пишешь свою историю?

– Давно, но по чуть-чуть. Раньше я писала только рассказы о том, как вы искали себе на голову всякие приключения. Так что я знаю и про того тролля, что ты разозлил…

– Это вышло случайно, но я находился неподалёку, чтобы при случае помочь.

– И про гоблина, про засаду которого ты не предупредил друзей…

– С ним я вообще-то договорился, чтобы он забрал у них некоторые вещи, а потом отдал их мне.

– Почему было просто не попросить у друзей?

– Попросить? Смеёшься что ли?

– И про убийство рыцаря я тоже знаю.

– Я этого не хотел.

И тут Джесси замолчал, опустив глаза, словно пытаясь спрятать за своими чёрными длинными ресницами то, что творилось в его душе. Но, не поднимая взгляд, добавил:

– Я не хотел убивать рыцаря. Я думал запрятать его в фигурку и передать Арнольду вместе с доказательствами того, что этот рыцарь имел какие-то сомнительные поручения от какого-то «господина». И для своих грязных делишек этот рыцарь использовал болотных ведьм. Например, последним его заданием было похитить около сотни людских младенцев из всех девяти королевств людей. А люди ведь, правда, беспомощны… Особенно, когда зло так хорошо замаскировано под личиной добродетели. Рыцарь первым напал на меня. Теперь я, кажется, понимаю, почему. Он, видимо, почувствовал во мне тень.

Джорджию уже клонило в сон. Она всё ещё понимала, о чём говорит Джесси, но напиток уже начинал своё расслабляющее действие. Джесси заметил это и прервался.

– Прости, забудь, что я тут тебе наговорил. Обычно я не делюсь такими вещами ни с кем.

– Отчего же? Мне был интересен ход твоих рассуждений. Порой мне даже кажется, что я совсем тебя не знаю. Сейчас мне даже кажется, что ты и на злодея то не очень похож.

Джорджия вдруг встала и, сделав пару нетвёрдых шагов, обхватила шею Джесси руками. Щекой она прислонилась к голове Джесси и закрыла глаза. Её размякшие слова утешения и тёплые объятия вызвали у колдуна странные чувства, природу которых он не знал. В нём проснулось что-то, что до сих пор спало непробудным сном. Он чувствовал женское тепло и дышал приятным юным женским запахом. Джесси захотелось поделиться с этой девушками всем тем, что скопилось в его душе. Но, подняв глаза, он понял, что она не в состоянии слушать его красноречие. Он уложил её в кровать, но полусонная Джорджия вдруг снова вскочила и прижалась к юноше. Джесси хотел бы, чтобы всё это было по-настоящему, но он понимал, что это всего лишь побочный эффект напитка, и Джорджия скоро уснёт.

– Интересно, – промурлыкала себе под нос Джорджия, – когда закончится глава, я просто исчезну? Или теперь каждый раз открывая ноутбук, я буду попадать в Миракулу?

– Джорджия!