Денис Владимиров – Вальтер (страница 48)

– Да-да-да, – опять влез Каштан. – Это потому вы людей на запчасти разбираете и внешникам загоняете? Типа, месть такая выгодная, что ли?

– Мы? Запомни и другим передай: у нас разные люди бывают, так вот ни я, ни Ау и никто из его команды с расчлененкой дела не имел. Мы охотники и киллхантеры, то есть на тварях и на таких, как вы, специализировались, и живых после нас не оставалось. У каждого к честным рейдерам были свои счеты, примерно как у меня. Нет, не мучили, если только информацию добывали, да с теми, про кого знали об их художествах, а так просто пулю в лоб или петлю на шею. И с Внешниками, кроме того что на золото и брильянты покупали необходимое оружие, больше дел не имели.

– Да, рассказывай мне, рассказывай! – и уж совсем матерно выругался Каштан.

– Я в отличие от тебя под мозголомом нахожусь и врать просто не могу, а вот ты сможешь ли ответить, даже не своим товарищам, а самому себе, глядя в зеркало, в свои же глаза, что ты честный рейдер? И много у тебя отличий с тем же честным муром? – опять с какой-то тоской улыбнулся Бармалей.

– Да ты! – взревел Каштан, но Гранит повернулся вполоборота, глянул на него зло, тот сник, замолчал.

– Он же время тянет! Шлаком нам баки забивает! И нарочно разводит, чтобы грохнули! – неожиданно заявил Москвич. – А ну отвечай! Так это?

– Да, тяну время, еще минут пять осталось, а потом вам большой привет и до свидания! – весело рассмеялся Бармалей, и не натужно, нет, смеялся он от души.

– Зря стараешься, даже если все так, у нас еще один твой товарищ есть. Поэтому что не расскажешь ты, скажет он.

– Уверен? Гога? Расскажет? Что он знает? Бывшая мелкая шестерка, которая пошла на повышение. Ну да, он много вам поведает, как-никак первая серьезная операция! – Здесь бандит ехидно улыбнулся.

– Что нужно – расскажет, нам осталось детали уточнить. Ответишь на еще один вопрос и уйдешь не как животное с выжженными мозгами, а сразу же. Даже помолиться сможешь. Зачем именно «Тотемы» испытывать? Вроде бы раньше с ними накладок не было? Сбивали все на раз?

– У ресов с «эфками» конфликт вышел, это Внешники к Югу, эмблема – латинские две «F», но не нолды, уровень развития чуть-чуть выше среднего. Два «Громовержца» при поддержке дронов сровняли их Базу с землей. Пошел слух, что их вообще ничем не сбить. Да и ресы себя стали вести очень нагло. Многих на Востоке, начиная от простых стабов и заканчивая большинством Внешников, этот вопрос сильно обеспокоил. Больше всех страшно стало Десяточникам, так как у них с ресами вражда, постепенно преходящая в кровную. А слухи пошли уж совсем невероятные. Поэтому сбить его надо было не только из-за проверки, но и людей успокоить, а то многие в панике. Сам Рихтор с нами разговаривал, объяснял важность задачи. Вот и сами подумайте, какая возникла проблема, если вас, например, лично Князь будет инструктировать. Рихтор же фигура, может быть, чуть поменьше…

– Не равняй нашего Князя и поганого мура! – высказался Москвич.

– Одного поля ягоды, что бы кто ни говорил. Дальше – про Громовержцы. Узнали также, что один вертолет постоянно на ресовской базе стоит, он никуда не вылетает, его при всем желании нам было не достать. А второй работает в Пекле. От кого получили информацию – не знаю, но проверенная. Маршрут полетов примерный аналитики накидали, исходя из их задач, разведданных и прочих условий. Где их оперативная база, пока неизвестно. Но не должна быть далеко. Все. Больше по этому вопросу не знаю. Ты обещал, – и улыбнулся вновь, мол, знаю я, что ваши слова ничего не стоят.

Подумал, а потом вдруг что-то вспомнил:

– И еще есть кое-что для вашего шустрого свежака. Потом с шеи пусть наследство заберет. Мне он помогал, и не раз, если поймет знаки, жить будет долго и счастливо. Давай уже, Гранит, чувствую – плыву.

Тот кивнул, молча достал из кобуры «Глок».

– Хотелось бы иначе, но… Бывай, может, и встретимся, – и вдавил спуск. Грохнул одиночный выстрел, голова Бармалея дернулась. На стену сзади брызнуло красным.

– Мля, – помотал головой Москвич, смяв, снял бандану. – Вот почему все так? Он же такой же, как и мы! А? И цельный ведь до талого, цельный!.. А киллхантер. Вот ведь млятство! Улей… Я не знаю, смог бы так – знать, что скоро умрешь, сто процентов и держаться спокойно.

– Да-а, – протянул Третьяк, – дух у мужика был.

– Вы еще заплачьте, мать вашу, нашли по кому горевать. Это мур! Мур! Понятно?! – ощерился Каштан, порывисто развернулся и быстрым шагом вышел, хлопнув изо всех сил дверью.

– Кто без греха, пусть первый кинет в меня камень, и это не мур, это – Враг, – глухо сказал ему в спину Третьяк.

– Ладно, проехали, – после минутного тяжелого молчания заявил командир. – Раз сообщил Бармалей, что там осталась мелкая шестерка, то тратить на нее мозголом не будем. Третьяк, возьмешь Каштана и с ним займитесь, проконтролируешь, а этот псих пусть душу отведет. Два с половиной года уже прошло, а до сих пор с головой беда. И присмотри за ним, в нужное русло направь, не хотелось бы, чтобы он как пупсики закончил. Вальтер, проверь, чего он там бормотал про наследство?

Я залез под футболку бандита, стараясь не измазаться в крови, хотя чего бояться-то, уже с ног до головы в ней. На тонкой серебряной цепочке обнаружился пластиковый толстый квадратик три на три сантиметра. Абсолютно черный. Если внимательно на него смотреть, то казалось, что он поглощал солнечные лучи.

– Что это за хрень? – кинул на стол квадрат я.

– Не знаю, а вы? – ответил Гранит.

– Фиг его знает, амулет какой-то. Раньше подобного не видел. Думаю, посмертие, скорее всего, себе хорошее зарабатывал. Есть поверье, что наши души теперь не покинут никогда Улей, а раз так, то здесь что главное? Свежака задобрить, что-нибудь ему подарить, тогда Стикс будет милостив, – подал голос Москвич.

– Дерьмо какое-то, а не теория, – задумался Третьяк. – Подлянка скорее, считай, Вальтер же им все испортил.

– Может, от мозголома крыша потекла, время подходило, – веско сказал Гранит.

– Вполне, – согласился с ним зам.

– Мой совет – выкинь эту гадость, – сказал командир мне и брезгливо сдвинул квадрат в сторону.

– Подумаю, – ответил я и положил странный амулет в подсумок.

Третьяк вышел.

– Москвич, бери Шпунта, на тебе еда, сначала фугас обезвредь, тоже посмотри, если нормальный, туда же, в «Каратель». Пригодится. Дальше будет некогда специально за жрачкой бегать.

– Дохлер, Гыча, проверьте, что там жрач крутился, это прямо по улице, откуда вылез «Форд», восьмой или девятый дом справа. Там разберетесь, может, ты что почуешь, возьмите бэтээр со Шпуней.

– Вальтер, сопровождаешь Бура и Леву до пожарки, пусть технику осмотрят и пригонят сюда. Тут недалеко, метров двести.

Потянулся к тангете, сказал, как в телефон:

– Зондер, сегодня тебе повезло, ненавистный тобой «Тигр» был уничтожен превосходящими силами противника, поэтому слушай приказ: забрать БРДМ-2 из ДОСААФа. Пусть вон Миксер с тобой сходит.

Видимо, нервная болтливость у командира прорезалась. Не каждый день его макали в дерьмо.

Больше не произошло никаких чрезвычайных происшествий, я сопроводил бородатых братьев-близнецов, по хромоте Левы отличал их теперь хорошо, до пожарной части, откуда те довольно сноровисто выгнали боевые машины. Забравшись на броню БТР-82 и удивляясь хищным и непривычным обводам «Бумеранга», точно так же подкатили обратно к колонне, в составе которой уже стоял злополучный бардак. Поврежденный «Тигр» был уже на обочине. Водители сразу собрались вокруг нового детища российского военпрома, что-то живо обсуждали. Затем стали прилаживать жесткую сцепку к военному джипу. Вот ведь хапуги! Минут через десять подъехал «Каратель», откуда вылез похохатывающий Москвич.

А вот Гыча и Дохлер привезли троих. Двое – явные новички в Улье. Молоденькая смуглая девушка лет двадцати на вид, довольно симпатичная. Легкий сарафан, поверх него растянутый, весь в желтых пятнах черный джемпер, на ногах кроссовки, явно размера на два больше, чем требовалось. И мужик далеко за сорок, заросший, косматый, напоминал неандертальца. Мощный, приземистый, очень сильный. Одет в замызганные домашние тренировочные штаны и майку-алкоголичку, поверх которой был серый пиджак без пуговиц. Вонял он нафталином и какой-то гадостью, был на несколько размеров меньше, чем требовался. Юфтевые сапожищи и здоровенный роликовый колун в руках довершали облик. Третий представитель компании был стопроцентным рейдером: извечная «горка», разгрузочный жилет, небольшой рюкзак за плечами, на поясе клевец, в руках немецкая «HK G36». Невысокий, хотя с моими двумя метрами все кажутся такими, где-то метр семьдесят ростом, жилистый, загорелый до черноты. Выглядел он донельзя злым.

– Каспер, ты ли это? – наигранно радостно заорал Москвич, когда тот легко спрыгнул с брони БТРа.

– Я, я, – ответил тот хмуро.

– Знакомая фраза! Дастиш фантастиш?

– Слышь, Москвич, давай ты не будешь ко мне лезть, а я не буду говорить, куда тебе идти?! Не до твоих шуточек!

– Что-то случилось? – сменил тон на серьезный балагур.

– Случилось?! Я этому Цементу башку отрежу!

– Это вряд ли, – покачал тот головой.

– И что меня остановит? – Мужик набычился.

– Его смерть.

– Сдох, что ли? Дохлер, а чего сразу не сказал?

– А ты спрашивал? Только и ныл, что, мол, кинул, тварь, – возмутился толстяк.