Денис Владимиров – Шкуры из стали (страница 25)
И сразу всплыло оповещение:
Так, а было, когда я захватил лодку, 78%. Мда… Нужно поторапливаться и выбираться из этой дыры. Что без летающего корыта практически невозможно, ведь конечная точка моего маршрута — Уэстленд была на другом острове.
Не хотелось пока выходить к людям, но основная задача — снять с себя метку, предполагала поиск сэра Роя Спаркса. И это необходимо сделать в первую очередь, как можно скорее, а со Стальными волками я разберусь как-нибудь. Сам.
Кстати, странно, почти восемь, но никто еще не прислал ни одного письма. Пол Чапмен, ау?!
Вчера, после часовых посиделок возле костра, провозился до трех ночи. Взялся за разбор и чистку оружия. Хотелось у хауды убрать шар, выкрутить шипы, да и блестящие головы баранов на курках покрасить чем-нибудь. Нет, никаких сложностей не возникло. Инструменты имелись, но, едва я ослабил хомут и снял то, что я думал, предоставляло собой «тактическую рукоять», как Система оповестила о результатах внесения изменения в конструкцию:
Прикрутил на место и получил награду:
С этим мне все стало ясно. Затем ввыкрутил все шипы из цевья. Процесс довольно простой, так как были они на резьбе. И получил еще одно подтверждение, что оружейник из меня в местных реалиях никакой:
Это заставило задуматься.
Половину, если не больше, знаний предстояло выбросить из головы, забыть, и по другим критериям оценивать опасность. Переучиваться же всегда сложнее, нет-нет и подведет под монастырь прошлый опыт. Как? Да, легко. Видя такой короткоствол в руках недоброжелателя, как он целится в тебя с расстояния в двести — триста метров, надо не хмыкать, мол, дурак, а падать на землю.
Чертовы артефакты! Ненавижу магию!
После их снятия в руках оказалась:
Результат не заставил себя ждать.
Появилась строка о вероятности отказа, и, если мне не изменяла память, износ значительно уменьшился. Значит, не зря затеял чистку.
Пистолет долбил мощно, сорок пятый он и на Пустошах сорок пятый, и здесь также. Руку подбрасывало, но в принципе все было ожидаемо. Три патрона потратил на проверку, как стреляет пистолет, больше просто не мог позволить — осталось всего набранных по разным углам четырнадцать патронов. Затем полностью разобрал оружие при свете лампы, которая оказалась не керосиновой, как я думал, а магической. Смазал детали. Почистил. Привел в порядок. Зарядил. Повертел в руках. Все же непривычное оружие.
Поэтому тренироваться и тренироваться.
После выпитого чая и раскуренной сигары взялся за тщательный обыск посудины. В одном из закутков, под паропроводом, ведущим к пропеллерам, нашел
Еще после часа поисков решил, что именно о концентрате вел речь в письме Пол.
Стоящего больше ничего не удалось обнаружить, если не считать с десяток зеленых бутылок с дешевой сивухой, и пары синих, которые были запрятаны с таким усердием, что поневоле закрадывалась мысль о крайне запущенном психическом состоянии Пола. Убил в общей сложности на поиски около трех часов.
Тучи на небе так и не разошлись, мелкая водяная взвесь и сумрак так и шептали, что стоит ли в такую непогоду заниматься чем-то, когда можно забраться в гамак или развалиться в кресле, в теплой рубке. Выкурить сигару, выпить еще крепкого чая, читая найденные книги. Как обычно, пообещав себе, что как-нибудь обязательно так и сделаю, принялся осуществлять вторую намеченную задачу.
Немалого труда мне стоило подогнать лодку к скале, а потом почти вертикально подняться. Несколько раз зацепил бортом выступы. А первый раз едва не разбил нос, все же инерция у посудины мощная. Взмок весь, выскакивая из рубки и отталкиваясь от скалы кочергой. Потом, едва не проломил надстройку на палубе о козырек, с которого прыгал от котика. Точнее, забыв про импровизированную подставку под ружье, затолкал ее в рубку, вместе с парой досок. И только чудом самого не прибило, практически в нескольких сантиметрах от меня пронеслась эта железина, глухо бухнув об пол, упала и разбила одно из стекол.
Ругался я, куда тем мутам, так из обычной проверки гипотезы о том, что стартовый комплект должен быть, предприятие превратилось в дело чести. Немало нервов ушло припарковаться носом, в полуметре от уступа, за которым, скрытая обильной зеленью, находилась пещера с сокровищами.
Минут пятнадцать расчищал вход, обрубая лианы и какие-то корни. Измазался весь в грязи и глине, несколько раз едва не сорвался. Вглубь скалы вел практически прямой коридор, высотой около двух метров и шириной в метр — полтора. Но он просматривался, хорошо, если шагов на пять — семь. Дневной сумрак и козырек, в тени которого располагался вход, не предполагали иного. Я вновь перебрался на нос своего корабля. Вчера вечером сложенные в один угол пустые зеленые бутылки, которые я пока не планировал выкидывать, раскатились по всей палубе. Поднял одну, с силой швырнул в глубину прохода. Звякнуло разбившееся стекло, а затем с хлопаньем крыльев и пронзительным писком стремительно вынеслись огромные летучие мыши. Штук двадцать, не меньше.
Едва не выстрелил в них. Подождал еще минут пять, вглядываясь в полутьму коридора. Забросил контрольную бутылку. Ничего. Зажег лампу и с ней в одной руке, а с хаудой наготове в другой, перепрыгнул на уступ и двинулся вперед. Осветительный прибор, несмотря на свое магическое происхождение, то горела ярче, то почти тух, создавая ощущение «керосиновости».
Шел я осторожно, освещая каждый свой шаг, смотрел, куда ставил ногу. Только сейчас до меня дошло, какую глупость сделал, кидая для проверки стеклянные бутылки. Нет, выстрелить или что-нибудь другое запустить…
Метров через десять — пятнадцать коридор заканчивался, и я оказался на пороге небольшой овальной пещеры. Шагов двадцать в длину. Посреди нее находился прямоугольный постамент с возвышающейся человеческой фигурой. Это что такое? Статуя? Камень? Мумия?
Система молчала.
Выстрелить?
Стоял, раздумывая несколько минут, не решаясь сделать шаг вперед. Всматривался до рези в глазах, до всплывшей таблички:
Статуя же, будто дожидаясь, точнее она и дожидалась этого моего шага, стремительно прыгнула вперед, а позади меня раздался жуткий скрежет. Я быстро обернулся, чтобы увидеть, как проход полностью запечатывает каменная стена.
Высокая тень развернулась и сделала шаг вперед. Скелет! На нем был длиннополый плащ с капюшоном. Сейчас на меня смотрел выбеленный человеческий череп. В неровном свете лампы почти черные провалы глазниц, глянули, куда тем жерлам орудий, и в их глубине начал разгораться красный огонь, который за пару секунд превратился из крохотных угольков в пламя. Тварь вновь резко, одним слитным движением придвинулась еще на метр-полтора.
Инстинктивно отбросил фонарь в сторону и, ухватив хауду за «тактическую» рукоять, навел оружие на мертвеца, и, не раздумывая, выжал спусковой крючок. Первый и сразу за ним же второй. Грохнуло так, в ушах зазвенело. Сноп пламени вырвался из коротких стволов, почти лизнул закутанную в плащ фигуру. Сразу затянуло все дымом. Чертов порох!
Я же сместился назад и чуть в сторону. Вот ведь мля… Эффект от двух пуль десятого калибра оказался близкий к нулевому. Да, скелет отбросило, разогнанным пороховыми газами тяжелым свинцом, метра на полтора — два назад. Но… Это и был весь результат. Не мелькнули на периферии никакие системные сообщения, а нежить вполне бодро стала подниматься с одного колена.