Денис Владимиров – Базис. Часть 2 (страница 36)
К моей радости, все прошло гладко. Колдуны не заметили ни мертвецов, ни подарок. Пусть я и не расслабился даже после такого явного успеха, но виртуальный пот со лба смахнул. Пока все шло по лучшему сценарию из возможных.
Волшебники о чем-то переговорили, ракурс был неудобным, по губам отследить не получилось, затем один из магов скрылся в портале. Только после этого остальные обратили внимание на стяги и украшения форта. Показывали на них пальцами. Выучка охранения порадовала, все как один, переключились на новую диковинку. За своими секторами перестали наблюдать.
Прошло еще минут двадцать, когда показались новые действующие лица — четверо бородатых и важных гномов — явно какая-то клановая верхушка, пара аристо, трое людей и шестеро эльфов, один из которых выделялся даже среди этих снобов высокомерной мордой и такими же повадками.
Выгнал Глока, стал осторожно подводить его ближе к врагам, надеясь подслушать разговоры. Действовал крайне аккуратно, готовый в любом момент загнать в межреальность питомца. Да, когда он находился в призрачном состоянии, то даже дер Ингертос не смог отследить его местоположение, используя самые продвинутые магические наработки. Мэтра задача заинтересовала. Лишь через час, после тщательного обдумывания, перебора не одного десятка заклинаний, он смог подобрать ключик к решению со словами: «Удивительно насколько все просто!». И вынес вердикт, что никто в здравом уме, не зная о присутствии рядом «народного» тотема, не будет использовать аналогичные средства обнаружения. Питомцы Людей отличались от шаманских и за пределами Черноягодья и Демморунга встречались настолько редко, что их не принимали в расчет. Поэтому комплексные продвинутые заклинания обнаружения не содержали необходимых конструктов.
Ситуация, как и с мертвецами — связывающих нас нитей для всех не существовало. С иллюзиями дело обстояло немного иначе. Их выявить, с одной стороны, легко, однако для этого нужно было использовать пусть низкоранговое, но опять же специализированное заклинание. При этом вычислить и определить местоположение хозяина «Грез Алгера» очень сложно. А если к этому добавить Глока, который мог служить ретранслятором и замыкать все на него, то невозможно.
Конечно, я ни на секунду не забывал, что ни дер Ингертос, ни дер Вирго, ни лэрг Турин при всей их мощи и умениях, а также вхождения в список лучших из лучших магов Империи, не смогли отследить деятельность архилича Демморунга Кровавого. А тот не просто за нами наблюдал, но еще и управлял нежитью. То есть, слова моего окружения при всем их авторитете, истиной в последней инстанции не являлись. Следовательно, нужно всегда продумывать запасные варианты, и они имелись.
Гости же окончательно успокоились, когда еще несколько раз просканировали местность, а последнее зондирование было направлено скорее всего на дальность, так как концентричные круги улетели далеко за пределы видимости.
После того, как из портала появилась довольно колоритные личности: темный эльф, хуман и гобл (скорее всего, ее их и ждали), представители Солянки двинулись осторожно к форту. Впереди мечники, за ними арбалетчики и аркебузиры, маги примерно на одной линии, в центре образованного клина — верхушка.
Возле портала был оставлен пост из четверки воинов уже с алебардами и стольких же гномов с лупарами. Они появились вместе с пятеркой остроухих лучников, которые устремились вслед за основными силам.
А вот тройка фриков бесстрашно сновала туда-сюда, вырывалась далеко вперед. Я их обозначил мысленно, как «следопытов». Высоченный хуман с толстой сигарой в зубах, и в броне, очень похожей на земные бронекостюмы прошлого века с элементами экзоскелета, на левом плече непонятная конструкция напоминавший переносную четырехствольную платформу для запуска дронов-камикадзе. Он нет-нет и садился на корточки, водил над землей растопыренными ладонями, морщился, отчего торчащие в разные стороны усы, каждый сантиметров по десять-пятнадцать, смешно дергались. Походил герой на мультяшного персонажа — злого клоуна Эдвина. Хотя последний не курил.
Эльф в одеянии сериальных ниндзя, без маски, носил шляпу — один в один земной стетсон. Он тоже внимательно всматривался в каждый заинтересовавший его камень, подолгу замирал на месте, в такие моменты от него в стороны заинтересовавших его объектов, устремлялись канаты, нити и веревки искажений.
И последний следопыт — синемордый цивилизованный коротышка был обвешан маго-механическими приборами так, что сам напоминал некий кибернетический механизм, собранный безумцем на помойке из всякого хлама при помощи молотка и такой-то матери. Однако это его не смущало. Шестеренки несуразных малопонятных приборов с обнаженными внутренностями постоянно крутились, из трубы с зубастыми краями закрепленного за спиной ранца поднимались клубы черного дыма. Еще вместо обычного левого глаза, у гоблина был вживлен имплант, представлявший собой выдвижной гибкий и черный шланг с линзой на конце, в центре которой находился прозрачный кристалл. Оптический прибор постоянно находился в движении, словно жил своей жизнью. То неожиданно поднимался выше головы носителя, то смотрел в сторону или за спину, а иногда опускался практически до поверхности.
Мало этого механик периодически прикладывал к уху рожок, походивший на трубу от древнего патефона, вертел ее вверх и вниз, поворачивая при этом голову, а левой рукой шерудил камни, траву и другой мусор шестом-щупом конец которого раздваивался в форме английской «V», между концами постоянно проскакивали нити искажений. В нормальном, магическом и спектре Оринуса, позволявшим видеть божественную энергию, ничего. А так, колоритный типаж. Скорее всего приснопамятный высший жнец Хаоса, отдыхавший сейчас в четках, начинал так же.
Темный эльф довольно споро, не обращая ни на что внимания в два прыжка взлетел на стену форта, затем легко перенесся на остатки крыши донжона и принялся снимать головы. Хуман же смотрел на все пронзительным взором, особенно его заинтересовал мертвый дракон. Что удивительно, у явных экспертов практически не имелось вооружения, за исключением кинжалов на поясах. Гоблин и вовсе обходился огромным ножом без ножен, лезвие которого напоминало серрейтор. Впрочем, их вид меня не обманывал, не сбрасывал со счетов не только заклинания, но и возможность призывать оружие.
На осмотр, чтение, осознание трагедии ушло около получаса, и начальство взялось за обсуждение.
— … что здесь произошло?
— Неизвестно. Но явно лич всех убил. И был настолько взбешен, что красного золота не пожалел. Каждому в рот набил… Это точно Винсент! В его стиле! Надо же…
— Меня интересует другое, — эльф, будто лениво ронял слова, — Клятва о ненападении теряла силу только в том случае, если именно с нашей стороны следовали первые шаги. Так вот, кто из них, — ткнул он пальцев в мертвые головы, которые приготовили к сожжению, — Ее нарушил и как?
— Станет яснее, когда посетим город. А пока гадать глупо, — ответил рассудительно один из аристо-магов.
Гном же почесал щеку и задумчиво произнес:
— У каждого тридцать монет… Неспроста, — конечно «неспроста», только в оригинале речь шла о серебре и об Иуде.
— Тридцать — число Раена в асторгорсткой нумерологии, — неожиданно ответил гоблин, ожидавший новых распоряжений, а болтавшийся на шее куб, будто в подтверждение, издал скрежещущий звук.
— И что оно значит? — коротышка явно раздражался.
— Высшую любовь Вселенной. Некий свет, должный пролиться на каждого, кто помогает безвозмездно.
— А лич тут при чем? Или Лоуэл? За ними такого не числилось. Опять же «клятвопреступники».
— Откуда я знаю? Ты спрашивал про число, я тебе сказал. Или по антерийски тридцать — это три по девять, где девять — месть, смерть, боль, и единица, у них однозначно судьба. Пять, семь, девять и три, три, один, два… У саргайцев это будет значить что-то вроде…
— К Эйдену! — заявил аристо-маг, — Ты занимаешься подгонкой!
— А что ты предлагаешь? — спросил синемордный, но колдун промолчал, зато влез с комментарием темный эльф-следопыт.
— У одного двадцать восемь.
— Выпали, скорее всего, — ответил гном.
— А дракон? Почему он его оставил, не поднял? — спросил один из эльфов, на лицо самый молодой.
— Это невозможно. Отработанный материал. Тот же адамантит поменял структуру, вот смотрите, — усатый хуман, пыхнув сигарой, довольно легко рукоятью кинжала отколол кусок от когтя, — Или вот, — пальцами раскрошил броневую пластину.
— Здесь все понятно, двигаемся дальше. И смотрите в оба! Если здесь эта тварь… — не закончив, оборвал фразу аристо.
До главного зала они добрались не быстро. Рассматривали следы нападения дракона, точно определили, что и Винсент отметился. Как я понял, темные сгустки связывали именно с ним. В сокровищнице, пока эксперты работали, снуя по помещению, верхушка упражнялась в плетении матерных кружев.
— Это конец… Эйденовская гнилушка… Тварь! Мерзкая мертвая гадина! Слизень! И ведь что оставил? Самое ненужное, — хрипло подвел итог главный эльф, растерявший свою высокомерность, подумал и продолжил, — Меч, предназначенный непонятно для кого, судя по рунам, ни живым, ни мертвым он не подходит. Выходит, Шумар нас водил за нос, когда говорил, что ему неизвестно о предназначении большинства предметов?