Денис Владимиров – Базис. Часть 2 (страница 35)

Специально проявился в пространстве, ругался вслух от души и долго. Мроки и слизни, искусно переплетаясь в разных комбинациях, рождали на свет приспешников лживого Кроноса и его самого — брехливую тварь и скотину, достойную навечно стать спутницей боевых козлов бородатых коротышек.

Отклик на оскорбления нулевой.

Вполне ожидаемо.

Обошел, а точнее оббежал, весь город, всматриваясь в целеуказатель, но он переставал откликаться за тысячу метров от сокровищницы. Вернулся. Безуспешно «обыскал» снизу доверху мавзолей, поднимался и спускался по уровням и этажам: вдруг искомое находилось там? Учитывая, что все схемы помещений я составил заранее, времени много это не заняло, и все безрезультатно. Тщетно. Нигде и следа жезла Антонио де Тисса.

Вышел из здания через главную дверь. Здесь на широком и высоком крыльце, глядя на идеально круглый провал с продолжавшими над ним клубиться некими фиолетово-зелеными токсичными испарениями, вновь послал лучей добра Верховному, погрозил кулаком небесам, поплевался и даже показал средний палец. Надеялся этим цирком привлечь, если не Кроноса, то хотя бы Эйдена, которого тоже упоминал, обзывая громовержца «его выродком» и «крысой». Прошелся и по Ситрусу. Со вкусом, с чувством, с толком, пусть без матов, но постарался с огоньком. Хотел выманить обидчивого хрыча-нытика, который затем бы пожаловался боссу пантеона. Опять никто не ответил на вызов. Понятно, что ни одной вещи, принадлежащей небожителям, я с собой не брал, переносные алтари сейчас находились под охраной дер Ингертоса. Но ведь до этого «папашу» такая мелочь не останавливала. Или танцы с бубном нужно устраивать в чистом пятне?

Учитывая взрывной характер божков, вряд ли они спустили бы подобное, если незримо наблюдали за Трехгорным.

Я принялся исследовать местность дальше, пытаясь понять картину произошедшего. Следы разрушений привели меня в приозерный форт, находящийся практически под городскими стенами. Тут на заигравший яркими красками мир в рассветных лучах взирали со шпилей и пик мертвыми глазами гномы, эльфы, хуманы и аристо. Ветер развевал патлы Лоуэла, как знамя. Обошел по кругу дракона, поцокал языком, внимательно осмотрел место боя, затем прочел послание Винсента. Вновь обратился к божкам, результат то же, что и ранее.

Отлично.

Поняв, что больше мне в Трехгорном ловить нечего направился в пиратский поселок, по пути к которому хотел свернуть к горе с раздвоенной вершиной, где по оперативным сводкам и полученным разведданным, находилось гнездовище десятков стай гарпий, и не только.

Казалось бы, поступки сумасшедшего, но теперь я легко и просто мог клясться кровью, что все проделанное было осуществлено в реальности, а вероятность наблюдателей свыше стремилась к нулевым значениям, что полностью развязывало мне руки. И, конечно, не собирался никому рассказывать, как через два километра развернулся на сто восемьдесят градусов, активируя вновь «Тень Арракса» и устремляясь обратно. А, вообще, приходилось действовать так, словно постоянно находился под камерами, если бы не расчеты как использовать к своей пользе эти факторы, то такой контроль раздражал бы, в целом же находил даже множество плюсов.

Когда вернулся в город, то теперь уже без всякого цирка, занял подготовленный наблюдательный пункт в башне, утопленной в стену, который был неудобен — весь возможный театр военных действий не просматривался. К тому же я находился в глубине помещения с бойницами. Впрочем, не получилось бы все объять даже с огромных деревьев довольно густого леса, который подошел практически вплотную к древней дороге, ведущей в город. Форт в округе занимал самую высокую точку, не считая стен и башен Трехгорного.

Укрываться же внутри пострадавшей крепости, где будут проводиться самые тщательные экспертизы для понимания произошедшего — от Лукового. С другой стороны, пока необходимый участок, с частью внутреннего двора, видны как на ладони. Дополнительно имелся райс, и смена позиций была отрепетирована настолько — при необходимости мог с закрытыми глазами между ними перемещаться. Многочасовые тренировки в течение шести дней давали результат, накладывались на знания и опыт всей сумеречной ночи, проведенной здесь же. В ожидании гостей перечитывал заметки падшего родственника, а также параллельно старался удерживать голограмму птицы, выделывающей пируэты в воздухе, и переключался на мертвецов. Таким экзерсисам — разноплановым одновременным осмысленным действиям посвящал львиную долю времени. И каждый раз получалось лучше и лучше.

Через семь часов тридцать две минуты после рассвета на площадке возле форта, расположенной ближе к полузатопленному пирсу, сначала вспыхнули красные искры, затем они превратились в желтые звездочки, которые будто притягивались черной мерцающей точкой размерами с кулак взрослого человека. Через полторы минуты она мигнула особенно ярко и расползлась, превращаясь в разноцветный овал портала размерами около четырех метров в ширину и шести с половиной-семи в высоту.

Через двадцать секунд из него организованно клином вышагнули восемь массивных фигур в черных анатомических доспехах, от которых исходили мощнейшие искажения. В руках щиты и обнаженные мечи. Воины сразу образовали полукруг, с тыла нападающих явно не ждали — водная гладь озера, похоже, им внушала уверенность в отсутствии угроз. Секунд через пятнадцать появились четверо таких же арбалетчиков и шесть гномов с аркебузами, изготовились за спинами латников отражать любые угрозы, причем опять же только с фронта. За ними практически материализовались из воздуха трое колдунов — настолько их движения были стремительны. Замерли в шаге от перехода, и от магов рванули во все стороны концентричные окружности и сферы сканирующих заклинаний, прошедшие по всему чистому пятну и озерной глади. Не забыли прощупать и удобные для наблюдения позиции поблизости, пусть довольно избирательно, но незримые щупальца обследовали башни, кроны деревьев и зубцы городской стены. Особое внимание было уделено форту.

А для меня это был момент истины. Опасный и важный. Пусть и готов действовать и все подготовлено на этот случай, но в конечном итоге выйдет не так красиво, как задумал.

Потому что всего в тридцати шагах от берега на глубине приблизительно пяти метров ждала команды нежить. Мне удалось вместе с захваченными Фаустом насобирать тридцать девять слабых мертвецов разных видов от скелетов до драугров. Кадавров и Ника — разместил дальше. Их черед придет нескоро.

Все монстры находились в режиме ожидания, впав в некий аналог анабиоза. Именно он позволял им существовать столетиями без источника энергии в виде живых разумных, так как потребление в таком состоянии стремилось к нулевым значениям. Из сна они выводились за десять-пятнадцать секунд. Засечь их в таком состоянии было крайне трудно, даже используя на полную мощность «Взор Арракса» и находясь в шаге от объектов. Здесь еще дополнительным препятствием для обнаружения выступала вода, которая по свойствам сокрытия приближалась к земле. То есть, на глубине двух-двух с половиной метров даже в стандартном режиме бойцов не получалось заметить, впрочем, как и связаться с ними, при условии, что для подчинения использовалась «Аура Власти».

Абсолютно по-другому дело обстояло с принесшими клятву верности на Тьме. Им я мог отдавать команды без использования райса, которого при других условиях приходилось загонять под воду и, фактически, кричать каждому в ухо. Вообще, новоприобретенное умение на поверку оказалось совершенно не таким, каким виделось в мечтах. Подчиненные при его помощи комбатанты обладали всеми «достоинствами», которые перечислил дер Ингертос, когда удивлялся разумности моих подопечных, а именно, потрясающей глупостью и отсутствием какой было осознанной мыслительной деятельности. Имелся и плюс, пока не повстречалось ни одной твари, которая могла бы противиться «Ауре». Но приходилось контролировать буквально каждый шаг. Отсюда следовал вывод, что получаемые от иных видов разумных умения плохо трансформировались и подстраивались под человеческий вид, так как архилич и просто личи с подобными проблемами вроде бы не сталкивались. Как вариант, те могли разделять сознание на несколько потоков, каждый из которых завязывался на подчиненного.

Дополнительно, чем дальше ты находился от объекта воздействия и проходило больше времени с момента порабощения, тем выше становилось вероятность выхода из-под контроля воинов, и сбоев в их поведении. При этом в подчиненном состоянии цена любым их клятвам была нулевая, связь с кольцом не возникала. Зато на запугивание никаких штрафов не имелось. Видимо, действовало правило, что, подводя «Коготь» к горлу, все же предоставлялся выбор — сдохнуть или служить верно. Поэтому я сначала брал под контроль при помощи «Ауры», затем убирал его и предлагал вступить в ряды моего воинства.

Кроме нежити, всего в каких-то четырех шагах от портала я установил «лягуху». Да, «Взор» ее никак не фиксировал даже, когда она находилась на поверхности, но едва видимые искажения все же были заметны. Пропадали они из поля зрения, когда мина оказывалась на глубине около тридцати сантиметров, однако я в целях предосторожности добавил сверху добрых полметра. Для СВУ это не являлось особым препятствием, она спокойно преодолевала до полутора метров. Подрыв же происходил, когда оказывалась в метре над поверхностью. И тогда около тысячи коварных поражающих элементов, разогнанных магией до невероятных скоростей, должны были превратить в радиусе пятидесяти шагов все не просто в решето, а в огненно-кровавое месиво, по которому после плотно проходились фугасными снарядами. Не сработавшие элементы самоуничтожились во время обычной сумеречной ночи, по крайней мере маг это гарантировал. Процесс происходил следующим образом, осколки напитывались энергией из пространства и взрывались. В итоге уже через сутки определить, что использовался именно неррит становилось крайне сложно для любого местного Шерлока Холмса.