Денис Ватутин – Красное Зеркало. Легенда вулкана (страница 89)

– В половине четвертого. Как я в рапорте изложил, дык и Хмурому сказал…

– Во сколько техник пришел?

– В четыре сорок.

– Вот такая скорость реакции у служб быта! – сказала зачем-то вслух Дронова.

– Я во втором проводку чинил! – возмутился мужчина с мясистым носом, в комбезе Машиниста. – Там до сих пор нагреватель не пашет! Совсем вы, что ли?..

Он сделал из фляги несколько крупных глотков, облокотившись на лопату, всю в налипшем пыльном песке.

– Хорошо… – Я задумался. – Кто-нибудь, включите музыку…

Тут мой КПК завибрировал от пришедшего сообщения. Я обвел взглядом сидящих за столом, затем открыл его и прочел:

«Азиз Алима, уроженец Саудовской Аравии, планета Земля, сын шейха Бахрама, бывший студент Колумбийского Университета, выпущен тридцатого июня из наркологической лечебницы «Новые Братья». Находится на планете Земля под наблюдением вашингтонского отдела по борьбе с незаконным оборотом и сбытом наркотических средств – информация от марсианского консульства по внешним сношениям».

Я глубоко выдохнул… А затем глубоко вдохнул…

Сообщение, как я и ожидал, было отправлено через общественный сервер, и проследить адрес или ник отправителя не представлялось возможным…

– Так… – опять сказал я с умным видом. – Я сейчас отойду на пару минут, а вы тут последите за дисциплиной, и вообще…

– Куда же вы? Пан инспектор! – крикнула Дронова.

– На место преступления сгоняю и вернусь, – ответил я.

– Странный! Мы без тебя не пьем! – гордо произнес Йорген.

– Я не стою таких жертв, – усмехнулся я. – Охрана! Два человека, за мной!

Я зашагал к поезду. Мысли в моей голове шуршали, гомонили и теснились, как сидящие за обеденным столом пестрые и разнообразные люди, выкрикивающие обрывочные реплики…

Сперва я зашел в купе бригадира и высунулся в окно – охранники молча стояли сзади, выжидая.

Я приоткрыл окно и высунул голову наружу: одна моя догадка сразу подтвердилась – сердце застучало сильнее, и на лбу выступил пот, хотя было довольно прохладно. На бортике, снаружи и сверху окна в двух местах была стерта пыль, и на крыше был участок относительно чистой поверхности: гофрированная сталь словно протерта тряпкой.

Затем мы прошли в последний вагон.

– Что делать-то надо? – спросил один из охранников.

– Осмотреть в моем присутствии место тридцать семь, – бросил я отрывисто.

– Есть! – гордо сказал охранник, хотя неясно было, что его так воодушевляет.

Мы забрались в последний вагон и прошли недалеко внутрь.

– Загляните под матрас, по краям, – попросил я.

Ребята засуетились – мне даже стало как-то неловко.

– Фантик от жвачки! – доложил один.

– Пыль! – высказался другой. – Бычок чей-то.

– А что надо увидеть? – спросил первый.

Я нарочно промолчал, глядя в окно, на очертания плоскогорья, хотя мне было страх как любопытно поглядеть самому – просто я хотел проверить свою догадку в чистом виде…

– О, вот тут, нагар есть какой-то… – пробормотал второй. – Дырка даже…

– Где? – Я не вытерпел и нагнулся к коренастому туловищу.

– Вот! – торжествующе объявил Машинист.

Я взглянул на слегка разодранные края койки в том месте, где она примыкала к перегородке плацкарты, образуя небольшую щель. Дерматин койки в одном месте с краю был слегка подпален, а по перегородке шла неглубокая рваная борозда вниз, к полу…

– Спасибо, ребята, – кивнул я. – Хотя какое там «спасибо» – рапорт составьте…

– Ладно, – без особого энтузиазма ответил один из них.

– И еще одна просьба, – сказал я, – это очень важно.

– Слушаю, – сказал тот, что обнаружил дырку.

– У вас на поезде конечно же есть планетарный передатчик?

– Ну да, мощный достаточно, – кивнул тот.

Я сунул руку в карман и, достав флэшкарту, протянул ему.

– Через полчаса я попросил бы вас связаться со станцией на указанной здесь частоте. Потом включить внешние видеодатчики на вагонах, направив их на столы, и с моего КПК взять прием звука и видео, частота моя также имеется здесь. Это очень важно! От этого зависит окончание нашего дела.

– Договорились, – сказал охранник, поглядевший на меня с любопытством.

– Доложить об этом только Хмурому – и рот на замке…

Затем я зашел к Кадыку и попросил его об одном одолжении, пообещав, что его отпустят и накормят.

Кадык лихорадочно закивал и стребовал с меня клятву, что с ним не случится ничего дурного. Я поклялся…

Мы вернулись к столу, где шло веселье полным ходом.

Играла музыка, пилось все, что горит, и… некоторые глядели на нас с любопытством.

– Странный! – опять закричала Дронова. – Ты уже знаешь? Точно?

– Ничего я не знаю, – отмахнулся я. – Но буду рассказывать всем то, что думаю…

– Вот! – Глаза Дроновой загорелись. – Этого я и ждала!

– Кого поймал? – хриплым голосом спросил усатый шахтер, облокотившись вальяжно на плечо худощавого фермера, на котором было надето нечто вроде обшарпанной мотоциклетной каскетки.

– Фантик от жвачки и горстку пыли, – с серьезным выражением лица произнес я.

Тот глянул на меня с недоверчивым выражением лица, и мне захотелось его добить.

– Я начал все понимать, когда пристрелил полотенце, – сказал я. – Вернее, когда этот достойный джентльмен, – я кивнул на шахтера, – сказал мне, что видел, как полотенце пролетало мимо его окна.

– Вот дела! – Фермер крякнул, разгладив окладистую бороду. – А ты уверен, мужик, что наркота тебе на пользу?

– Нет, – честно признался я. – Но не в наркоте дело, я сейчас все объясню!

– Да уж, постарайся, – попросил фермер, – я думаю, всем любопытно.

– Я уже давно жду. – Дронова заерзала на месте с возбужденной улыбкой на лице, будто пристроилась возле экрана, ожидая продолжения ее любимого сериала.

Азиз покровительственно положил ей руку на плечо, на что Дронова слегка вздрогнула, но продолжила с любопытством изучать меня.

– Я заранее прошу прощения у всех, – сказал я, – про кого я могу сказать что-то неприятное или бросить тень подозрения, но прошу меня сразу извинить – мне это необходимо, чтобы выстроить полную картину происшедшего. Я давно заметил такую свою особенность – когда я говорю вслух, мне проще думается. Поэтому потерпите немного, если мои рассуждения будут явно ошибочными или очевидно ложными. Можно давать полезные советы, но только в порядке очереди, не галдеть всем сразу. Хорошо?

Все немедленно загалдели, что хорошо, мол, все понятно.

– Итак, – начал я, – случай даже для Марса довольно непростой, при явной, казалось бы, его очевидности. Я не вполне опытен в делах такого рода, и многие элементарные вещи доходили до меня не сразу, слишком медленно. Извинить меня можно только тем, что наш рейс с группой «кси-516» спокойным, мягко говоря, не назовешь, и думать порой было просто некогда. В поезде же – дело другое. Когда произошло убийство и пока мы петляли нашим составом между этими скалами, у меня было время подумать, и первое, что мне бросилось в глаза, – то ли у убийцы отсутствует логика, то ли это сложное стечение обстоятельств, то ли он элементарно перемудрил. Объясню: в нашей группе действует хорошо подготовленный представитель элитной армейской разведки. Что странно вдвойне. Он ошибочно считает, как и многие из вас, что мы идем не в простой тур, а занимаемся поиском той самой легендарной базы «Зеркало». И все это несмотря на то что я несколько раз предлагал расформировать нашу группу. Возможно, нас используют как некое прикрытие, не знаю, не буду фантазировать, но, скорее всего, часть наших злоключений как раз и связана с этими разведиграми. Признаюсь, что незадолго до убийства я имел беседу с покойным Дарби. Он тоже предлагал мне заняться поисками этой базы, используя нас в качестве наемников. Я отказался.

– А я бы согласилась! – вставила Дронова, отчаянно захлопав ресницами.

– Тогда, – продолжил я, метнув на нее выразительный взгляд, – Дарби попросил меня помочь ему обезвредить того разведчика, который находится в нашей группе.