Денис Тимофеев – S-T-I-K-S. Человек из Пекла. Книга 2. Часть 2 (страница 10)

Чуть посидев, полез в рюкзак, достал «читалку» и снова улёгся на кровать.

Ночью спалось плохо. Вернее, поначалу, всё было нормально, но затем по номерам начали возвращаться соседи. И как на зло, постояльцы, через стену от комнаты Димы решили провести ночь с представительницами древнейшей профессии. И всё бы ничего, вроде как и стены толстые, но девушки настолько расстарались, что слышно, наверное, на другом краю стаба было. Юноша ворочался в кровати, накрыв голову подушкой, эмпатию, конечно же, заглушил, но всё равно, «охи и ахи» легко проникали в мозг, словно диверсанты на защищённый объект, имея цель не дать поспать. В конце концов Дима разозлился и даже поймал себя на мысли, что ему ничего не стоит их всех поубивать. А что, настроился на эмоциональную точку и «погасил», как это делал сотни раз в Пекле с заражёнными. И спи себе дальше спокойно.

Тряхнул головой, усевшись на кровати и выбросил эти мысли. Здесь не Пекло. И здесь другие правила. Мля, но как всё-таки хочется! Разбередили, блин, козлы! Чтобы хоть как-то отвлечься, Дима «погрузился» в мыслеобразы. «Выбирал» только самые простые, разобраться, понять их, даже не пытался, просто «смотрел». Иначе ещё и голова разболится, что совсем не хорошо. Спустя какое-то время, незаметно для себя, уснул и снова, как бывало раньше, во сне, без проблем понимал все «послания» Иных.

Проснулся пораньше, чтобы успеть умыться. Несколько человек из постояльцев поступили так же, но пяти умывальников хватило всем.

Спустившись в бар, пустой ещё, заказал у сонной, с чуть припухшим лицом, официантки, яичницу с сосисками и кофе. Набрал и шоколадок.

Пока завтракал, в бар начали приходить люди. На некоторых лицах были отчётливо видны следы вчерашних возлияний. Помещение начало заполняться шумом голосов, кто-то посмеивался, видимо, вспоминая что-то из вчерашнего.

Ровно в восемь появился Скрипач с ещё одним человеком, оглядели зал. В эмоциях практически всех, кто находился в баре, проявилось внимание, голоса притихли.

— Утра всем. Пятнадцать минут на доесть, допить, посрать, расплатиться и едем, экипаж подан, — чуть насмешливо проговорил Скрипач и направился к барной стойке. Люди вокруг засуетились, послышались и матерки. Видимо, порядки в караване всё же строгие, подумал Дима, оценив эмоции людей после слов Скрипача. Дожидаться юноша никого не стал и подойдя к Скрипачу, узнал, что дальше. Тот ответил, что он может либо подождать, либо прямо сейчас идти к воротам на выезд из стаба и ждать уже там.

На огороженной парковке чуть в стороне от ворот Дима увидел очень необычную машину, возле которой стояли пару человек, курили. Грузовик, глубоко модернизированный «УРАЛ» с будкой. Борта укреплены листами металла с прорезанными в них узкими бойницами. Окна, так же укрепленной, теперь угловатой кабины, забраны сеткой. Вместо бампера мощный отбойник с лебедкой. Колеса тоже защищены, примерно до половины прикрыты металлическими листами. По периметру верха будки намотана «егоза» на торчащих, приваренных арматуринах. На крыше, как вишенки на торте, были установлены вертлюги с пулемётами. Один смотрел вперёд, второй назад. И стволы явно крупнокалиберные. И окрашено это «чудо» в темно-зелёный цвет.

Так же на парковке стояло ещё несколько машин, два пикапа с турелями и несколько «Нив», «Шевики» которые. Эти, кроме пикапов, скорее всего, машины кого-то из местных.

Рядом с воротами на парковку, около будки охраны имелась курилка со скамейками, туда Дима и направился.

От бара до парковки буквально минута ходьбы, но группа людей во главе со Скрипачом появились только минут через двадцать. Сам он зашёл на пост охраны.

Вокруг Димы тут же стало шумно, многие закурили. Юноша поморщился, запах табака он не любил. А сейчас дым стоял чуть не коромыслом, несмотря даже на то, что курилка открытая, её периметр, как раз скамейки и образуют.

Прислушиваться к разговорам Дима специально не старался, но и совсем не слышать, было невозможно. В основном, вспоминали вчерашнее. Кто-то хвалился сиськами некой Марго и как хорошо она работает ртом, с другой стороны хвалили уже Виолу и всё в таком духе.

— Здоров! — протянул вдруг Диме руку сидящий рядом мужик. Не очень крупный, с щетиной трёхдневкой на квадратном лице. — Я Угорь. Ты, пассажиром, с нами едешь? — голос хриплый и прокуренный.

Дима ответил на рукопожатие, неприятно удивившись «рыхлости» ладони собеседника.

— Медоед, — представился в ответ парень. — Да, я еду.

Разговаривать не хотелось. Эмоции людей и конкретно этого Угря, особой доброжелательностью не отличались. У тех, что сидели ближе к ним, проскользнуло любопытство и задорное веселье.

— А чё уехать решил? Страшно на Приграничье? Недавно, поди, провалился? — послышались несколько смешков. Угорь же явно хотел если не докопаться, то повеселиться за счёт него. А может, это просто такая манера общения? Что-то назревает, подумал Дима.

— Надоело тварям голову подставлять, — ответил он, исподлобья оглядывая остальных, притихших, в основном, людей. У кого-то взгляды равнодушные, у других насмешливые. Это от того, что я молодой, прицепились, что ли, возник в голове вопрос вместе с толикой злости. Да знали бы вы, ЧТО я видел и ГДЕ я был, молчали бы сейчас в тряпочку!

— Ну да, ну да… — наигранно-участливо согласился Угорь. Снова смешки.

— Что-то конкретное надо? Или ты тут поугарать решил? — твёрдым тоном, смотря в глаза Угрю, спросил Дима.

— Чё харахоришься-то, малой… — он не договорил. Скрипач, как-то незаметно появившийся рядом, произнёс:

— Этот малой, Угорь, под Мятным год проходил в рейдах. Сечёшь? И тварей настрелял больше, чем у тебя в коробах к пулемёту патронов. Заняться нечем? А вы, хуле? Сказал же вчера, не надираться, а перегаром валит так, что спичку рядом боюсь зажечь, — однако, чиркнул зажигалкой, закурив.

После его слов все сразу же подобрались, посерьёзнели. Дима словил на себе несколько удивлённых взглядов. Кто-то из сидящих, усатый, лысый, полноватый мужичок, ответил:

— Да ладно тебе, Скрип, мы ж не пьяные. Мои-то точно. В норме всё, не первый раз в койку с девкой.

Скрипач хмыкнул.

— Кудрявый разберётся. Докуриваем и едем. Время не ждёт.

Минуты через две, забросав бычками урну в центре курилки, нестройной толпой все потянулись через парковку к монструозному грузовику. Угорь догнал Диму и коротко проговорил:

— Ты это, не серчай… я ж так, ради шутки…

— Ага, — равнодушно ответил Медоед, которого сейчас транспорт, на котором они куда-то поедут, интересовал больше, чем этот придурок Угорь.

Внутри железной будки оказалось довольно тесно. Две узких, обитых паролоном под истёртым дермантином лавки у бортов, по центру две, похожих на подиумы, тумбы, для пулемётчиков на крыше. Рассаживались недолго. Дима уселся последним, затолкав рюкзак под лавку и уперев автомат прикладом в дощатый пол между коленей.

Сидящий напротив захлопнул массивную дверцу и тут же навалился полумрак, разрезаемый лучами света из бойниц в бортах, чуть выше голов сидящих людей.

— Ну, где там свет-то… — пробурчал кто-то, ещё пара голосов поддержали. — Лысый! Открой люк! Дышать нечем! — воздух в закрытом помещении и в правду всё гуще наполнялся перегаром.

— Вот сам и открой, мне нормально, — ответили с другой стороны.

— Гандон ты, Лысый, — беззлобно произнёс первый голос.

— Иди на хер, Жаба, — ответил Лысый под раздавшиеся со всех сторон смешки.

Кто-то всё же поднялся с лавки и через несколько секунд стало светлее, люк на крыше, над тумбой, коротко скрипнул, открывшись.

Бойцы тихо переговаривались, создавая неразличимый бубнёж. Дима не вслушивался, к нему больше никто не лез с разговорами.

Минуты через две басовито зафырчал двигатель, заставив завибрировать весь грузовик. В кунге неожиданно загорелась лампа, «выжелтив» сидящих бойцов. Горела лампа тускло, но ее света вполне хватало.

— Ну наконец-то, — проговорил тот самый Жаба.

Езда длилась всего минуты три. Когда грузовик остановился, довольно резко, Дима «расширил» сферу восприятия. Ощутилось ещё не менее семи десятков людей. Самое непонятное, некоторые из них находились над землёй, будто в здании. Но ведь поблизости от стаба никаких домов нет, что за хрень, подумал парень.

По борту, с улицы, гулко постучали и послышался голос Скрипача.

— На выход!

Сидящий напротив боец открыл дверь, впустив свежий воздух и шум двигателей множества машин, голоса, и первым выпрыгнул наружу. Дима подхватил автомат с рюкзаком и повторил тот же манёвр.

Оказавшись на улице и оглядевшись, мягко говоря, подохренел. ТАКИХ машин он не видел никогда! Да даже не представлял, что могут существовать подобные!

Основная часть каравана расположилась чуть в стороне от дороги на пустыре в, судя по времени езды, километре от Гвардейского. Почему не остановились в стабе, стало понятно именно сейчас. Целых три ОГРОМНЫХ машины, высотой, наверное, метров по десять, как скалы нависали над остальным транспортом. Два БТРа, грузовики, два наливника, пикапы с пулемётами, всего, не менее полутора десятков единиц вооружённой техники.

Дима, с открытым ртом, совсем не обращая внимания на окружающее, во все глаза рассматривал полностью переделанные в бронеящики или сейфы на колесах, карьерные самосвалы. Вот уж где фантазия механиков разгулялась! Те переделки, что видел до этого, ни в какое сравнение не шли с ЭТИМ. Куда ни глянь, бронелист или ствол торчит. Чуть выше середины, наверное, на высоте метров пяти, имелся металлический карниз, полностью забранный в сетку несколькими слоями и там стояли пара человек, букашками выглядевшие на фоне этих железных чудищ. Чуть ниже карниза, между громадными колёсами, тоже прикрытыми на треть листами металла, были вынесены глухие полуцилиндровые «наросты» с щелью. Видимо, тоже огневые точки, подумал Дима. Наверху, на крыше этой бронекоробки так же оборудованы места для ведения огня. Небольшие навесы, с торчащими из под них в небо стволами крупнокалиберных пулемётов. А может и танковых, «четырнадцать и семь», которые. Обалдеть! И сколько, интересно, топлива жрёт одна такая махина?!