Денис Тесновец – Асфера – Перепутье миров (страница 33)
День с самого утра выдался пасмурным, вскоре пошёл дождь, тучи, которые чернели с каждым часом, предвещали сильную бурю. На горизонте периодически поблёскивали всполохи и блики молний. А в этих дневных сумерках быстро передвигались тени. Группа тёмных эльфов с лёгкостью подобралась к каменной стене храма Агатки. Всё так же бесшумно тёмные эльфы при помощи крюков перебрались через неё, не попавшись на глаза ни одному из дозорных. В такую погоду во дворе храма практически никого не было, все служители сейчас были в храме, вознося молитвы своему богу. Группа тёмных эльфов разделилась: трое двинулись в направлении оружейной и склада, шестеро других направились к казарме, а оставшиеся шесть направились в сам храм. Зайдя через заднюю дверь, тёмные эльфы всё так же бесшумно продвигались к лестнице в направлении тюремных камер. По пути им встретилось лишь четверо служителей храма. Но те, погружённые в свои дела, не заметили притаившихся в тенях лазутчиков. У дверей в темницу эльфы наткнулись на двух стражников. Болты ручных арбалетов великолепно сделали свою работу. Обыскав тела убитых и добыв ключи, отрёкшиеся проникли в тюрьму храма. По пути тёмные эльфы гасили все факелы, которые только попадались им на пути, погружая темницу в ещё большую тьму. Найдя камеру пыток, шестеро отрёкшихся быстро и отточено нарисовали свежей кровью стражников пиктограмму призыва. Вперёд вышла тёмная эльфийка, укутанная в плащ, лёгким движением скидывая с головы капюшон. Коротко, но аккуратно остриженные волосы, тонкие брови и острые черты лица подчёркивали её аристократичную внешность. Профессиональный макияж возводил эльфийскую красоту на новый уровень, подчёркивал и без того притягательные черты лица. Аккуратные налитые губки украшали милое личико чудесной улыбкой. Тёмная эльфийка начала читать заклинание, открывающее врата измерений. Бросив в центр пентаграммы горсть серы и использовав волшебную палочку, подожгла её магическим огнём. Вскоре комнату озарило алое сияние от многократно усилившегося пламени. Наконец огонь приобрёл очертания овала. И вот из пламени вышел облачённый в кожаную броню, покрытую шипами и тиснением в виде рун, Абаурд. За спиной у него висел двуручный топор. Стоило ему полностью выйти из портала, как его тело преобразилось. Он стал выше ростом, а кожа покрылась густой рыже-красной шерстью. Человеческая голова разделилась на две отдельные собачьи головы. Появилась вторая пара рук, сзади показался раздвоенный хвост. Собачьи головы злобно оскалились, одна пара рук сняла со спины топор, а другая взяла висящую на цепи, прикреплённой к поясу, огромную книгу. Раскрыв том, Абаурд одной головой стал высматривать подходящие заклинания, а второй осмотрел помещение. Найдя подходящее заклинание, демон открыл новый портал, из которого в помещение шагнул Тихон. Портал закрылся сразу за юношей, оставив на полу опалённый след. Обе головы демона оскалились в приветливой улыбке, а одна из его рук, выудив из поясной сумки свёрток, бросила его брату. Тихон, поймав свёрток, поблагодарив брата, вскрыл подарок от деда. Внутри лежали новые рукояти и магический свисток для призыва церберши. Рукояти, как влитые, с щелчком встали на место, словно всегда тут и находились. Свисток тоже не стал откладывать, и вот уже из портала немного в стороне выскочила трёхголовая зверюга. Эльфийка с интересом смотрела на Тихона, его золотые глаза вспыхнули ярче, а вертикальные зрачки сузились.
– Можешь не ждать он не примет другую форму. – сказала одна из голов Абаурда обращаясь к девушке.
– Алое пламя, так это и есть твой братец? – поинтересовалась девушка глядя на Абаурда в демоническом обличье. – Может, представишь?
– Сама представишься если надо, – отмахнулся тот, – я и так дал тебе согласие на проведение твоего обряда.
Отрёкшаяся, улыбнулась. – И то верно. Мои люди сейчас портят оружие и сокращают население в казарме. – коварная улыбка украсила прекрасное лицо эльфийки.
– Ты уверен, что нас ещё не засекли? – поинтересовался Тихон разминая затёкшее тело после длительного сидения в одной позе пока его астральное тело путешествовало в преисподней.
– Это место выбрано не случайно, – тёмная эльфийка махнула рукой демонстрируя пыточную, – тут такая концентрация негативной энергии, что ваше появление никто не заметит.
– Отлично теперь отправляемся в главный зал этого храма, там есть алтарь. И мне нужно его разрушить. – начала голова Абаурда занимавшаяся чтением книги. – Как только алтарь будет разрушен, я смогу вызвать одного старого и почти забытого Бога.
– На сколько забытого? – уточнил Тихон. – Сила божества на прямую зависит от количества его последователей.
– Пока кто ни будь, помнит о нем, он будет существовать. Для нас этого будет достаточно, – подмигнул брату Абаурд. – По сведениям, предоставленным моей милой помощницей сейчас в храме два инквизитора. Есть вероятность, что в бою они все же успеют призвать божественного хранителя, а с ним тягаться без поддержки божества я не очень то и горю желанием. Нашему божеству будет придавать силы ярость на бога Агатку так как этот алтарь построили прямо на бывшем святилище старого бога.
– Тогда пойдём, нечего терять время. – скомандовал Тихон. – И никакого огня. Я не хочу, чтобы о нашем набеге узнали все вокруг, и никто не должен уйти отсюда живым.
– Нам огонь тоже не к чему. – согласно кивнула глава наёмников.
Отряд быстро направился обратно в главные комнаты храма. Как только отряд покинул подземелье, отрёкшиеся тут же словно растворились в ближайших тенях. Абаурд быстро произнёс одно из подготовленных заклинаний и перенёсся в другую комнату. Тихон даже не обратил внимание на то, что остался наедине с Ладой. Впереди показались стражи, скорей всего шедшие заменить часовых у дверей тюрьмы. Лада отреагировала мгновенно, она в пару прыжков очутилась у стражников, три головы рвали стальные кольца кольчуги, как истлевшие лохмотья. К тому моменту, как Тихон добрался к церберше, та уже трепала последнего стражника.
Отрёкшиеся расправлялись с храмовниками и паладинами, даже не выходя из тени. Абаурд материализовался прямо посреди молельни, самой крупной комнаты в храме. Проповедник, читавший проповедь, увидев демона посреди священного храма, потерял дар речи. Когда мужчина наконец пришёл в себя, тут же завопил о каре на голову демона. Все, кто находился в этой комнате, склонив голову, слушали проповедника, так что появления демона не сразу заметили, решив, что это новая импровизация проповеди. Они так думали до тех пор, пока три головы, начисто срубленные одним ударом топора Абаурда, не взлетели к самому потолку, заливая окружающих кровавым дождём. Одна голова Абаурда читала заклинания и посылала их в прихожан, пока другая высматривала новых жертв для своего топора. Как сильно был удивлён священный паладин, когда получил сразу два заклинания от Абаурда, прочтённые двумя головами разом. Зал погрузился в настоящий хаос. Всполохи молний и заклинания крови и льда быстро сокращали численность прихода храма, а вместе с ними уничтожались и великолепные статуи, и фрески. Разделавшись со всеми, кто был в комнате, демон приблизился к главному алтарю ненавистного ему бога. Абаурд подхватил с пола ещё цеплявшегося за жизнь храмовника и потащил к алтарю. Сильным взмахом топора демон перерубил удерживающие крепежи огромного солнца в терновом венке. Постамент накренился, и сверкающее солнце рухнуло на пол, золото смялось от удара, и теперь разобрать в нём священный символ не представлялось возможным. Двухголовый демон закинул умирающего храмовника на алтарь.
– Лагранд! Я, Абаурд сын Рэк-намонгера сына Унгорту, взываю к тебе! Я даю тебе кровь наших врагов! Тех, кто осквернил твой храм и построил на нем свой жалкий и лживый проповеднический театр. Испей крови служителей Агатки. Лагранд ты не забыт!
С последними словами Абаурд всадил топор в жертву на алтаре. Здание слегка тряхнуло, раздался довольный звериный рык, а каменный алтарь треснул, вбирая разливающуюся кровь. Огромные двухстворчатые двери распахнулись, и в помещение вбежала группа вооружённых паладинов во главе с одним из инквизиторов. Тот был облачен в церемониальную мантию, а за его головой красовалось золотое солнце, обвитое терновым венцом.
– Демон ты поплатишься за свои злодеяния. – когда взгляд инквизитора упал на разрушенный алтарь, его лицо залило гневными красками. – Ты посмел осквернить храм Божий. Тебе не уйти безнаказанным!
Инквизитор нараспев стал читать молитву, все пришедшие с ним паладины стали петь вместе с ним в унисон. – Агатка, ниспошли нам, сынам твоим, своё благословение и дай нам карающего защитника.
Когда молитва была завершена, с потолка, где была выложена цветной мозаикой картина, отделился образ сверкающего крылатого защитника. Опустившись, мозаичная фигура материализовалась. Абаурд лишь рассмеялся, когда святой защитник стал приближаться к нему.
Груда искорёженного алтаря распалась, и из него, как из скорлупы, появилось старое божество. Лагранд был богом скорбящих и жаждущих мести, он истощал души смертных. Именно из-за него скорбящие, потеряв близкого или дорогого своей душе человека, ощущали, как вместе с умершим теряли частичку себя. Старый бог был похож на иссохшую мумию, укутанную в старый истлевший балахон. Костлявые руки и голову украшали золотые украшения. Лагранд издал душераздирающий вой и, подлетев к святому защитнику, лишь слегка коснувшись его, вытянул из него душу. Поднявшись с душой защитника к самому потолку, Лагранд принялся истязать свою жертву, раздирая её на части. Душа защитника билась в агонии, то же происходило и с его телом. Когда старое божество закончило с душой, тело защитника вновь обратилось в мозаику и осыпалось на пол. Абаурд, довольный своей работой, вырвал топор из жертвы и, раскрыв магический том на новой странице, двинулся на инквизитора и его свиту. Демоническая кровь буквально бурлила от жажды схватки. На ходу Абаурд раскручивал свой топор, готовый обрушить его на своих врагов в любую секунду. Вторая голова, глянув на книгу заклинаний, что держала вторая пара рук, и отдав команду на демоническом языке, раскрыл книгу, держа её одной рукой. Страницы быстро перелистывались сами по себе, пока не открыли требуемый раздел. Одна из голов Абаурда, оскалившись, быстро прочла заклинание. Начертив в воздухе свободной рукой символ, демон щёлкнул пальцами. Щелчок громыхнул, словно раскат грома, пустив едва ощутимую волну по залу.