Денис Сухоруков – Тридцать три рассказа о журналистах (страница 9)
– Редакция газеты «Красная Армия», товарищ генерал. Я фоторепортёр. Только вы зря сердитесь, товарищ генерал, я на фронте с первых дней войны. Всё будет сделано в лучшем виде.
– В лучшем виде тебе надо в тылу сидеть, – проворчал генерал уже мягче. – Неженское это дело, зацепят тебя пулей, а мне отвечать. Неужели у них в газете мужика не нашлось для такой работы? Ты вот что. Я сейчас прикажу дать тебе двух солдат для прикрытия. Будь осторожнее там!
В разведке, фото Н. Боде
Надо было торопиться. К застывшему на нейтральной полосе «Тигру» Наташе пришлось ползти по-пластунски. Старший лейтенант Боде была настроена решительно. Разодрав в кровь локти и колени, храбрая девушка в одиночку всё же пробралась к железному чудовищу. От напряжения сердце бешено колотилось, казалось, еще немного – и оно выскочит из груди. Затаив на секунду дыхание, она сделала первый снимок. Спуск фотоаппарата прозвучал как выстрел. «Тигр» безмолвствовал. Немецкие танкисты его покинули. Немного осмелев и переведя дух, она осмотрелась вокруг и решила сделать ещё несколько снимков с другого ракурса. Для этого ей пришлось отползти в сторону. Тут случилось неизбежное: немцы из своих окопов заметили её и открыли прицельный огонь. Наташа не испугалась, не в первый же раз – она ловко, по-пластунски, доползла до своих, бережно прижимая к груди фотоаппарат.
Вот так прошла легендарная «фотосессия» нашего первого подбитого «Тигра». Она имела большое психологическое значение для всей Красной армии. Дело в том, что германское командование всячески распространяло миф о непобедимости и непробиваемой броне этого нового типа танков. И среди наших солдат и офицеров были такие, кто верил в это, и если даже не боялся, то во всяком случае очень сильно их опасался. А тут – фотоснимок во фронтовой газете, сделанный с близкого расстояния. Всем стало понятно, что обычный танк Т-34 пробивает «Тигра», и всем стало сразу легче и спокойнее на душе.
Наталью Боде наградили за этот храбрый поступок орденом Красной Звезды. Не случайно на страницах газеты появилась заметка «Смелая фотокорреспондентка». В представлении к награждению орденом говорится: «…в дни июльских боев тов. Боде показала себя бесстрашной советской журналисткой, не раз производившей съёмку под вражеским обстрелом».
Наталья Фёдоровна очень гордилась и дорожила этим орденом Красной Звезды. После того как немцы, так ничего и не добившись, отступили от станции Поныри, на Наташин «Тигр» (так его стали называть) приезжал посмотреть с генералами своего штаба сам командующий Центральным фронтом Константин Рокоссовский.
Как вообще оказалась на войне эта красивая, хрупкая женщина с грустными глазами?
В конце июня 1941 года в редакцию фронтовой газеты «Красная Армия», располагавшуюся в Киеве, вошла 26-летняя киевлянка Наталья Фёдоровна Боде с просьбой принять её на работу в качестве фотокорреспондента. Редактор прекрасно знал, что даже в мирное время ни в одной военной газете ни одного фотокорреспондента-женщины не было. Это профессия сугубо мужская, потому что издалека делать хорошие снимки не получится – нужно всё время находиться на линии огня. Но всё же редактор решил на свой страх и риск взять Наталью и не пожалел об этом.
Советские пулемётчики, фото Н. Боде
Особенно тяжким было для неё начало войны. Муж (Борис Казюк, тоже фотокорреспондент) погиб на фронте в первые же дни, двухлетнего сына Сашку пришлось оставить в Киеве на руках у родителей. Юго-Западный фронт, к которому относилась газета, был окружён немцами. Вырваться из кольца удалось немногим, сотни тысяч наших бойцов попали в плен. Наталье чудом удалось спастись. В мае 1942 года она вновь оказалась в окружении под Харьковом. Но удача и в этот раз не отвернулась. От гибели Наташу спас лётчик, который посадил рядом свой самолёт, он и взял её на борт.
Вечером 27 мая 1942 года на железнодорожной станции Валуйки смерть в очередной раз прошла совсем рядом. В одном метре от вагона, в котором находилась ее редакционная фотолаборатория, разорвалась немецкая бомба. Вагон сразу вспыхнул, как факел. По счастливой случайности Наташи в нем не было.
Сапёр, фото Н. Боде
А потом были тяжелейшие бои под Сталинградом, завершившиеся окружением и уничтожением войск «непобедимого» фельдмаршала Паулюса. Это было начало нашей победы! Особо отличившуюся при освещении исторических событий Сталинградской битвы Наталью Боде командующий фронтом генерал Константин Рокоссовский наградил почётной наградой – медалью «За отвагу». По праву она гордилась и вручённой ей медалью «За оборону Сталинграда».
Наталья Боде не раз попадала под артиллерийский и миномётный огонь противника, всегда сохраняла при этом самообладание. В период сталинградских боев она постоянно рисковала жизнью, но задания редакции выполняла честно, давала в газету только высококачественные фотографии с изображениями героев фронта, показывала атаки, обстрелы, разгром вражеских войск. Никто не знает, сколько всего ей пришлось испытать в Сталинграде. Там железо не выдерживало – гнулось, от удара снарядов рассыпался бетон, плавился кирпич, и в этом аду по передовой бегала и ползала хрупкая женщина с фотоаппаратом в руках.
Её снимки были «позитивными», если так вообще можно сказать о страшной военной хронике. Фотографии были жизнерадостными, улучшали настроение бойцам, потому что на них мы видим крупным планом красивых, благородных и смелых людей. Кстати, у Натальи была интересная привычка: она всегда записывала адрес полевой почты бойца, которого фотографировала, и всегда посылала ему потом фотокарточку. Это и удивляло, и радовало солдат.
Так, маршал авиации Иван Иванович Пстыго до конца своих дней хранил как драгоценность старую потёртую фотокарточку, на которой он (тогда старший лейтенант) стоит с боевыми товарищами в самые отчаянные дни Сталинградской битвы, в 1942 году. Фотография сделана рукой знаменитой Натальи Боде. Перед вылетом на боевое задание лётчики не любили фотографироваться, но Иван Иванович, как он сам потом признавался, не смог отказать такой красивой и такой смелой девушке.
Она дошла до Берлина вместе со всей Красной Армией в 1945 году.
После Победы она оставила работу фотокорреспондента. Говорить о войне не любила, военные фильмы не смотрела, свои фотоработы на выставки не отдавала, хотя её уговаривали коллеги. И вообще, все негативы своих военных фотографий она спрятала в большую коробку и никому не показывала. Дети случайно обнаружили её спустя десятилетия. Для Натальи Боде воспоминания о войне были невыносимо тяжелы.
Но для нас с вами важно всегда помнить и о Наталье Фёдоровне Боде, и о её бессмертных фотографиях.
Валентин Катаев
(1897–1986)
Юность длиною в век
– Посадите меня в штурмовик!
Тот наотрез отказался – слишком опасно. Но хитрый Катаев дождался, пока вечером началось застолье по случаю удачного форсирования советскими войсками реки Прут, и повторно попросил командира дивизии.
– Ну ладно. А вы стрелять умеете?
– Я ведь артиллерист…
– Если что увидите в воздухе, стреляйте.
– А если это будут наши?
– Наших не будет[32].
Так Валентин Катаев занял место стрелка в хвосте самолёта-штурмовика и полетел на вражеские позиции. В полёте стрелял, как положено, из пулемёта. Штурмовик выполнил боевое задание и вернулся на аэродром. Катаев же полетел в Москву писать репортаж.
Насчёт артиллериста – это не было шуткой. Валентин Катаев действительно прослужил офицером артиллерии всю Первую мировую войну, был отравлен немецкими газами, контужен и ранен, причём именно в тех местах, где сейчас наступала Красная Армия. Знакомых для него местах.
Катаев во время Великой Отечественной войны писал очерки для газеты «Красная звезда». Один из них был опубликован 2 декабря 1943 года и назывался «Труба зовёт» – впечатления о посещении Калининского суворовского училища: «11-летний воспитанник Коля Мищенко два года воевал с немцами. Его отца и мать расстреляли немцы в 1941 году. Коля ушёл в отряд белорусских партизан. Потом он вместе с партизанами перебрался через линию фронта. Здесь он вызвался провести группу наших разведчиков во вражеский тыл…»[33]
Журналист вспоминал:
Повесть «Сын полка» родилась в 1944 году на основе именно этого газетного очерка. За неё автор получил Сталинскую премию – высшее признание для литератора того времени. Школьники России знают Валентина Катаева именно по этой повести, хотя он написал много и других достойных книг. Некоторые из них детские: «Белеет парус одинокий», например. А есть и взрослые, причём взрослые до такой степени, что современники не смогли ни понять, ни оценить виртуозности писателя. Например, лучшая его вещь, повесть «Уже написан Вертер» – какой-то фантастический, страшный сон, с элементами биографии самого автора.