Денис Сухоруков – 33 рассказа об ученых (страница 6)
Не всем нравились сказки Даля, в которых он высмеивал знатных людей своего времени. И вот уже второй раз в жизни над его головой сгустились тучи. Император Николай I не выносил свободомыслия и собирался уже наказать автора сказок.
Спасло Даля только то, что он совершил военный подвиг – помните мост? Вот и Николай I тоже вспомнил и… всё простил. Император не любил литературу и мало ценил литераторов, но зато ценил храбрых офицеров.
И всё же Владимир Иванович Даль вошёл в русскую историю не как врач, не как военный и не как литератор, а как учёный-лингвист.
Всю жизнь Даль ездил по России – как он сам говорил, «писателям нашим необходимо… проветриваться в губерниях и прислушиваться чутко направо и налево». Он беседовал с крестьянами, купцами, чиновниками, солдатами и записывал все интересные слова и выражения, что удалось услышать. Все записи складывались в сундуки. Одних только пословиц ему удалось собрать целых сорок тысяч! Есть мнение, что нерусское происхождение не только не мешало Далю, но наоборот – помогало ему в работе. Русский по рождению человек не вслушивается в красоту родной речи, он как бы бездумно «выдыхает» слова. А Даль слушал и удивлялся. И с истинно немецко-датской аккуратностью всё записывал. Сам он утверждал, что у него накоплено в сундуках восемьдесят три тысячи слов, которых ни в одном словаре нет.
К словам он относился как к живым существам, собирал их так, чтобы была очевидна «семейная связь и близкое родство». Например, глагол «ЛОМАТЬ» возглавляет у него целое гнездо из пятидесяти семи слов:
К иностранным, заимствованным словам он относился отрицательно и постоянно придумывал, как бы их заменить русскими словами. Например, вместо слова «климат» предлагал «погодье», вместо «адрес» – «насыл», вместо «атмосфера» – «колоземица», вместо «гимнаст» – «ловкосил», вместо «автомат» – «самодвига».
Министр просвещения предлагал Далю продать Академии наук свои запасы: ему предлагали по пятнадцать копеек за каждое слово. Даль в ответ предложил взамен этой сделки другую: отдать все запасы в полное распоряжение Академии наук совершенно бесплатно, но за это попросил небольшую пенсию. Ему отказали.
Тогда он решил систематизировать свои запасы и издать их самостоятельно. Далю было уже шестьдесят лет, когда отдельной книгой были изданы «Пословицы русского народа» и шестьдесят два – когда вышло первое издание первого тома «Толкового словаря». До самой смерти в возрасте семидесяти одного года Владимир Даль неустанно собирал слова и работал над улучшениями и дополнениями своего словаря. Говорят, перед самой смертью Даль подозвал дочь и попросил: «Запиши словечко…». Возможно, это только легенда. Или предание, как сказал бы Даль, не любивший всё иностранное. А возможно – и правда.
Поднявшийся на «Небесные горы»
Пётр Семёнов-Тян-Шанский
(1827–1914)
Сначала несколько слов о необычной фамилии героя нашего рассказа. В минувшие века было принято награждать известных людей прибавками к фамилии, связанными с той или иной местностью, в которой они отличились. Например, Александр Васильевич Суворов официально назывался не просто Суворовым, а князем Италийским графом Суворовым-Рымникским, что напоминало всем о его военных победах в Италии и в Румынии на реке Рымник.
Пётр Петрович Семёнов же приобрёл столь странное продолжение своей фамилии благодаря путешествию в Тянь-Шань. Если кто не знает, это большая горная система на границе Киргизии, Казахстана, Узбекистана, Таджикистана и Китая, в переводе с китайского языка означает «Небесные горы». Своё знаменитое путешествие Пётр Петрович совершил в 1856 году и стал первым европейским учёным, всесторонне изучившим и описавшим эти горы с точки зрения геологии, географии и ботаники. Достаточно сказать, что одних только растений он привёз с собой свыше тысячи. После этого он более сорока лет руководил Русским географическим обществом, считался классиком географической науки и основателем целой школы замечательных русских путешественников.
Но как он стал великим учёным и путешественником?
Пётр Петрович родился в 1827 году в семье помещиков в Рязанской губернии. Он с детства проводил много времени под открытым небом, в полях, любил наблюдать за природными явлениями и ландшафтами. Как и многие дворянские дети, он был отдан родителями в военную школу гвардейских подпрапорщиков, где должен был получить военную профессию. Однако он не захотел становиться военным и после окончания школы поступил в Петербургский университет, где и защитил диссертацию по ботанике. Именно в это время, в 1849 году, было основано Русское Географическое общество. Семёнов не был его основателем, но стал одним из первых членов. Общение с ведущими российскими учёными навело его на мысль о неизведанности Азии – она действительно во много оставалась для учёных Terra Incognita – неизвестной землёй.
Пётр Петрович задумал большую научную экспедицию в Центральную Азию, но потренироваться решил в относительно простых условиях в Европе. С этой целью он исходил пешком всю Швейцарию с компасом и путеводителем, обходясь без проводника. За день он проходил более пятидесяти километров, что весьма нелегко даже на равнине, не говоря уже о горной местности. В 1854 году он изучал вулканические горные породы в окрестностях Неаполя, семнадцать раз поднимался на вулкан Везувий и даже своими глазами наблюдал его извержение.
В начале мая 1856 года, наконец, началась долгожданная экспедиция в Тянь-Шань. Путь Семёнова лежал через Алтай и Киргизию к неизученному тогда ещё озеру Иссык-Куль. Путешествие не было лишено опасностей: в окрестностях Змеиногорска на Алтае тройка лошадей, как говорится, понесла под гору на самом крутом месте спуска, и удержать её не было никакой возможности. Если бы лошади доскакали до обрыва, то все сидевшие в тарантасе полетели бы в пропасть. Но находчивый ямщик круто повернул лошадей в сторону, они запутались в кустарниках и упали, а тарантас остановился.
В горах Тянь-Шаня путешественники замерзали в палатках, их заносило снегом, они с риском для жизни переходили через ледники, перескакивали через глубокие трещины… и любовались ледниками, которые имели зелёный цвет «лучших забайкальских бериллов». Это было на высоте 3300 метров.
В горной долине реки Чу на русский отряд совершили нападение многочисленные дикие племена сарыбагишей, промышлявшие грабежами и разбоями. Это было ошибкой с их стороны, потому что русская экспедиция насчитывала три сотни казаков, роту пехоты, посаженную на лошадей, две горные пушки, несколько ракетных станков (это предшественницы «Катюш») и множество киргизов так называемой «Большой орды», которые уже приняли подданство русского царя и были союзниками.
Сарыбагиши бросались в атаку, по словам Петра Петровича, с необыкновенной храбростью, несмотря на то что ракетные станки, ими никогда не виданные, а также выстрелы казаков наносили им большой урон. Тем не менее, потери русского отряда составили семнадцать человек убитыми и тяжело раненными. Когда перевес русских стал очевиден и враг побежал, Пётр Петрович возглавил преследование вместе с полусотней казаков и гнался за ним до тех пор, пока преследуемые не подожгли траву в высохшей степи и не устроили пожар. Ветер гнал огонь прямо в сторону русских.
Петру Петровичу с казаками удалось избежать встречи с огненной стеной, спустившись в глубокую ложбину.
Все дальнейшие отношения Петра Петровича с местными племенами развивались исключительно мирно, потому что впереди русского отряда летели слухи. Киргизы рассказывали про Семёнова, что он владеет маленьким оружием (пистолетом), из которого может стрелять сколько угодно раз. Такая новость производила на всех магическое действие.
Пётр Петрович Семёнов вникал во все подробности политической жизни киргизов, проявил себя способным дипломатом и даже давал рекомендации местному губернатору по изменению государственной границы с пользой для России.
Однажды Петра Петровича пригласили на суд между двумя смертельно враждовавшими местными племенами. Суть спора состояла в том, что дочь одного из знатных людей первого племени должна была идти замуж за мужчину из другого племени, но девушка при встрече с будущим мужем почувствовала резкую антипатию к нему и отказалась от свадьбы. Такой неожиданный отказ был оскорблением для второго племени и едва не привёл к войне. Но мудрый Пётр Петрович выступил, с одной стороны, в защиту девушки, с другой стороны, потребовал вернуть жениху калым, то есть богатые подарки, которые он подарил невесте. Выход был найден, и войны таким удалось избежать.
Забавно, что один из киргизских шаманов с бубнами в руках предсказал Петру Петровичу, что тот станет «Улькун-тюре» (то есть большим сановником) у царя и будет иметь сто чинов. Пётр Петрович рассмеялся и не придал никакого значения его словам, тем более что он тогда даже не помышлял о государственной службе, а занимался только наукой. Но пройдёт сорок лет, и предсказания шамана сбудутся: к концу 19 века Семёнов-Тян-Шанский станет действительным тайным советником и членом Государственного Совета Российской империи, то есть одним из наиболее приближённых к царю и одним из самых влиятельных людей в стране.