Денис Стародубцев – Проклятая Империя (страница 19)

У ворот его уже поджидала Лия, с улыбкой на лице и скрещёнными на груди руками. Под её взглядом Алекс чувствовал себя мальчишкой, вернувшимся после ночной вылазки. Он спрыгнул с коня и, не дожидаясь вопросов, сказал сдержанно:

— У нас есть союз. С Ольгой. Крепкий.

Лия прищурилась, но не стала допытываться. Она, как никто, умела чувствовать, когда нужно промолчать. Только кивнула.

— Щит у тебя?

Алекс показал новый трофей — массивный щит с эмблемой феникса.

— Подарок. В знак доверия.

— Подозрительно щедро с её стороны — заметила Лия.

— Да, — усмехнулся Алекс. — Но это был равный обмен.

Они вместе прошли по внутреннему двору, пока вечер постепенно сгущался. Жители крепости уже привыкли к ним — к этой паре, что за несколько недель сделала больше, чем десятки баронов за долгие годы до этого.

В тронном зале, куда он вошёл после краткого доклада стражи, его уже ждали бумаги. Среди них — одно письмо, с тёмной печатью, знаком, который он знал.

Письмо от Озара.

Алекс вскрыл его осторожно. Строчки были написаны чётким уверенным почерком:

«Алекс, ты вырос куда быстрее, чем я ожидал. И теперь мы оба стоим на границе того, что нельзя назвать игрой.

Я приглашаю тебя к себе. Один. Без стражи, без магов, без твоей огненной принцессы.

У нас есть о чём говорить. И многое зависит от того, как мы это обсудим.

Жду через три дня.

— Озарк.»

Алекс перечитал письмо трижды. Слова были мягкими, но за ними чувствовалась сталь. Старый союзник, верный соратник в бою с Игорем.

Он сжал письмо в руке и взглянул в окно. Небо темнело. Где-то там, в гуще интриг и назревающих бурь, его ждали новые вызовы.

Но в любом случае… он поедет.

— Через три дня, — тихо сказал он.

Лия подошла ближе.

— Ты о чем-то задумался?

— Нет, — ответил он, и сам удивился, насколько уверенно это прозвучало. — Просто этот союз очень важен для нас. Пока меня не будет нужно сделать запасы зерна и воды. Весь скот, что есть, лучше загнать в стены крепости. Увеличьте налоги на этой неделе и отправьте торговцев в соседние города, нам нужно купить как можно больше запасов оружия.

Лия положительно кивнула, приняв в работу все задачи, поставленные перед ней. Алекс стал собираться в новый поход. Времени отдыхать у него сейчас не было.

Алекс прибыл к Озарку под вечер. День был хмурый, небо низкое, как будто само предчувствовало вот-вот начинающуюся грозу. Поначалу всё выглядело благожелательно: у ворот его встретили барабанщики, слуги в зелёных ливреях с гербом нового боярина. Выстроились по обеим сторонам дороги. Алекс ехал верхом, за ним — трое телохранителей из крепости, но они остались снаружи, когда Алекс прошёл в главный зал.

Озарк ждал его не на троне, как подобало бы боярину, а за широким дубовым столом, увешанным пиршественными блюдами и целыми башнями кувшинов с пенящейся медовухой.

— Брат! — воскликнул он, широко раскинув руки. — Алекс! Заходи, выпей, отдохни! Тебя теперь в этих землях боятся, как грома весной. Даже мой советник начал креститься, когда услышал, что ты идёшь ко мне. А он-то — старый язычник!

Алекс усмехнулся, присаживаясь на предложенное место.

— Не думал, что ты поддашься моде устраивать пышные приёмы каждый раз. Раньше ты говорил, что всё для баб.

— Так раньше и было, — ухмыльнулся Озарк, наливая оба кубка. — А теперь я боярин. Приходится делать вид, что я культурный человек. Даже книги завёл. Правда, одна — это список налогов, а вторая — любовные записки моей любовницы, которые я конфисковал.

Он громко расхохотался, Алекс хмыкнул, но глаза его оставались настороженными.

— Значит, теперь ты часть Совета Бояр?

— Почти. Ещё не успел всех задобрить. Один старый клоп из Северной долины всё твердит, что у меня руки по локоть в крови. Я ему ответил — так это ж отлично, значит, у меня хватит сил держать меч. Он обиделся. Представляешь?

Медовуха была тёплой и сладкой, язык развязывала быстро. Они посидели, перекинулись парой историй о старых походах. Озарк вспоминал, как Алекс убил Игоря. Алекс в долгу не остался — напомнил, как Озарк устроил кипиш в крепости со своим отрядом.

— Мы с тобой пережили дерьмо похуже, — сказал Озарк. — Но времена меняются. И знаешь, что я понял?

— Что доверие — роскошь?

— Что в жизни главное — выбрать сторону, когда всё валится к демонам. Не быть героем, не быть честным — быть живым. Вот и всё.

Алекс нахмурился. Ему не нравился этот поворот.

— К чему ты ведёшь?

— К правде. Инквизиция идёт. Они уже сожгли половину Южной Равнины. Они не останавливаются. Они считают, что всё — ересь. Даже дождь, если он слишком долго идёт. Даже… тебя.

Алекс резко отодвинул кубок.

— Ты звал меня сюда, чтобы сдать?

— Нет! — Озарк вскинул руки. — Чтобы объяснить. Чтобы ты сам понял, если хочешь выжить — надо идти с теми, кто держит огонь. Я долго думал, Алекс. Очень долго. Но я не могу проиграть. Не теперь, не после всего, что я сделал.

Тишину пронзил удар в ворота.

Алекс сразу же встал, рука легла на рукоять меча. Но Озарк даже не шелохнулся.

— Время пришло, — прошептал он. — Прости, брат.

Двери тронного зала с грохотом распахнулись, и внутрь хлынули фигуры в белых доспехах. Инквизиторы. Их было не меньше десятка. Впереди шагал тот самый мужчина, которого Алекс уже видел тогда в ловушке у храма. Его лицо было закрыто маской, но голос был узнаваем.

— Алекс, носитель метки. Приговор: арест, допрос, суд. Сопротивление — карается казнью.

— Кто бы сомневался, — буркнул Алекс. — У вас там, что, приговоры на меня заранее печатают?

— С запасом, — ответил инквизитор. — Мы любим подготовку.

Алекс поднял меч. Рядом мигнула магия — корона на голове загорелась мягким красноватым светом, метка загорелась, будто почуяла запах крови.

Но вдруг потолок зала вспыхнул — магические печати, встроенные в камень, активировались. Парализующая ловушка. Алекс замер — мышцы не слушались, он пытался шагнуть, закричать — но даже голос отказался ему подчиняться.

— Прости, — прошептал Озарк, отворачиваясь. — Я не могу сгореть вместе с тобой.

Инквизиторы быстро скрутили Алекса, надели на руки черные кандалы, поглощающие магию. Сила короны погасла.

Он попытался взглянуть на Озарка, но тот уже ушёл в боковую дверь.

— Мразь, — выдохнул Алекс. — Ты предал не только меня. Ты предал всех!

Инквизитор склонился к его лицу.

— Тебя будут судить в столице. Лично Верховным магистром ордена. Он уже ждёт.

Алекс собрал остатки сил и плюнул ему в лицо. Тот лишь вытерся медленно и спокойно.

— Сильный дух. Посмотрим, сохранится ли он после чистки костей.

Инквизиторы вывели его прочь из зала. Алекса повели к карете, окованной сталью. Ночь уже легла на землю, и только звёзды, как равнодушные свидетели, смотрели сверху.

А в другом конце страны Лия стояла у окна крепости. Птица с чёрным пером только что улетела, неся её срочное письмо. Она чувствовала холод в груди. Что-то было не так.

— Где же ты, Алекс? — прошептала она. — Почему сердце моё так дрожит?