Денис Стародубцев – Академия Крови (страница 13)

Она бросила на меня взгляд из-под ресниц.

— А ты, водяной, следи за мной. Вдруг я снова кого-нибудь подожгу.

— Надеюсь, не меня, — ответил я.

И мы пошли вместе. В первый раз — рядом.

То, что произошло на уроке магии огня, перевернуло мою жизнь в академии с ног на голову. В тот момент, когда я, при помощи магии воды, потушил огненный вихрь Алины, я был полностью сосредоточен на одном — спасти её жизнь. Я точно не думал о славе, о том, что меня запомнят, о том, что эти минуты станут поводом для разговоров и слухов не только в стенах Академии, но из-за её пределами.

Уже спустя считанные часы новость как пламя расползлась по всем закоулкам академии. И я не просто стал «тем парнем, что спас княжну», я превратился в фигуру, о которой говорили тихо, с восхищением, со страхом или даже с завистью — в зависимости от того, кто именно шептался про меня.

Сначала были лишь робкие разговоры между студентами. Кто-то видел, как вихрь огня закрутился вокруг Алины, и, казалось, её сожжёт дотла. Кто-то видел, как я, совсем новичок, бесстрашно вмешался, будто магия воды — моё второе я. Даже слышал, как в столовой, на лестнице, в тёмных коридорах студенты обсуждали меня, как героя или как выскочку — и я постоянно ловил на себе любопытные взгляды.

Магическая переписка — система зачарованных свитков, мгновенно передающих новости, — сделала своё дело. Через несколько часов о моём поступке знали почти все, кто так или иначе был связан с этим академией магии.

И вот, словно по команде, началась реакция.

Крутые ребята — те, что обычно ходят с надменной улыбкой и презрением к новичкам — внезапно стали появляться рядом со мной проявляя дружелюбие. Я прекрасно знал, как они обсуждают меня, хотят пригласить в свою компания, показывая зубы в своих белоснежных улыбках. Но я чувствовал подспудную зависть, тонкую игру. Они словно говорили:

«Ты ещё никто, но если хочешь остаться в нашей игре — тебе придётся встать на нашу сторону». Но они еще не знали, что за моим телом юнца человек проживающий вторую жизнь, и я бы точно не подводил использовать кому-то меня в своей игре.

Княжна Волгина и её окружение оставались холодными и высокомерными. Их взгляды были тяжёлыми, словно каменные глыбы, которые вот-вот могут обрушиться на меня откуда-то сверху. Они смотрели, как на выскочку, на того, кто слишком быстро лезет вверх, нарушая порядок вещей в этом мире. В их глазах я был угрозой, брошенной вызовом их давно сформированным устоям.

Обедневшие аристократы, такие же, как и я, встречали меня с тихим уважением. Они видели во мне того, кто не побоялся рискнуть своей жизнью и проявить силу. Для них я становился неким символом — не просто учеником, а кем-то, кто может изменить правила игры. В один момент и уже бесповоротно.

С каждым днём моя репутация росла, как пламя, охватывающее всё вокруг.

Люди начали подходить ко мне — кто-то с дружелюбным намерением, кто-то с вызовом. Появились приглашения на соревнования — проверки силы и воли. Меня звали в магические кружки, о существовании которых я даже не подозревал, тайные общества и братства.

Я видел, как преподаватели так же делились на две группы.

Одни — те, кто видел во мне потенциал, — предлагали помощь, хотели взять меня под своё крыло. Они искали в моих глазах тот же огонь, который горел в моём сердце в момент спасения Алины. Ещё никогда в этих стенах не было видно подобной отваги.

Другие — скептики и консерваторы — считали меня выскочкой, человеком, который слишком быстро врывается в их закрытый мир и может нарушить привычный баланс сил в этом мире.

И были те, кто воспринимал меня как угрозу — не только себе, но всей системе. Для них я был как камень, брошенный в водоём, вызывающий рябь, которая может перерасти в бурю.

Вскоре я получил официальное приглашение — меня вызвали в кабинет ректора. Это был знак того, что мои действия не остались незамеченными даже на самом высоком уровне. Волнение смешивалось с любопытством: что меня ждёт? Поддержка или предупреждение?

Но интриги и сплетни — не только внутри академии. Магические дома, ордена, благородные семьи — все узнали обо мне. И их мнения также разделились.

Одни считали, что меня стоит завербовать, превратить в инструмент своих интересов, вложить силы и направить в нужное русло. Другие же — наоборот — видели во мне опасность и решали, что нужно избавиться от меня, пока я не стал слишком сильным игроком.

И всё это плелось за моей спиной, пока я продолжал делать то, что считал нужным. У меня были свои, цели и для их достижения я был готов на многое.

Алина стала тем редким человеком, кто остался рядом. Мы встретились снова — уже не просто знакомые, а два человека, связанные общим событием и общими ожиданиями. В её взгляде я видел не только благодарность, но и надежду.

Когда я пришел в кабинет Кайзера по его запросу, меня пригласили принять участие в открытом турнире между факультетами — шанс доказать, что я не просто случайность и что мои способности стоят внимания. Самое главное, там был крупный призовой фонд и это могло позволить нам с Иваном наконец-то покинуть стены общежития и снять приличную квартирку в городе. Я конечно же согласился.

Мне предоставили доступ к запретным разделам библиотеки — кладезю знаний, к которому допуск имели лишь избранные, четвертые и пятые уровни.

Но не всё было гладко. Вместе с новым статусом пришли и первые опасности. Кто-то начал плести заговоры, подставы, пытаясь подорвать мою репутацию, посеять сомнения и недоверие.

Одним из таких был Вальтер. Я прекрасно понимал, что он не проглотит просто так то унижение, которое испытал в первый день и точно захочет мне отомстить

Я понял, что игра стала намного серьёзнее, чем просто обучение и достижение моих целей. Теперь ставки — жизнь и свобода, а противники — куда опаснее, чем огненный вихрь на уроке магии огня…

И еще мне не давал покоя тот образ, что периодически следил за мной где-то из-за углов Академии. Кто это? Почему он следит именно ща мной? Что ему нужно? И может ли он помешать мне в достижении моих целей?

Было очень много вопросов и на них было слишком мало ответов, но что я знал точно — чтобы не случилось, я не сдам назад! Кайзер получит своё, за предательство, а через него я узнаю про каждого, кто был в этом замешен и они так же получат достойное их наказание…

Глава 7

Я проснулся с ощущением, что что-то сдвинулось. Как будто вчерашний день — с его огненным вихрем, взглядом Алины, хлопками по плечу и новой популярностью — оказался не просто частью моей жизни, а стартом чего-то нового. Академия вдруг приоткрыла передо мной дверь. И за ней, кроме новых возможностей, хищные тени новых врагов.

Я шел по центральному коридору северного крыла. В высоких витражных окнах лениво играло утреннее солнце, свет расплескивался по мраморным плитам пола, по мантию.

И всё равно я чувствовал на себе чужие глаза. Студенты шептались, оборачивались, кто-то кивал с интересом, кто-то прятал улыбку. Я осознал, что всё вот это лишнее внимание мне вот вообще ни к чему.

Моя главная цель — уничтожить Кайзера и всех остальных, кто предал мой орден и для её достижения я должен быть незаметным. Быть тенью своего соперника. Быть тем, кем я был в прошлой жизни. Быть ассасином. Но не сегодня.

Я знал: сегодня — последний день подачи заявок на Турнир Межфакультетских Дуэлей. Именно туда мне было нужно. Признание, сила, влияние — всё завязано на боевых аренах. Победа там могла открыть доступ к ресурсам, библиотеке. И к ответам на главные вопросы.

Но сначала, нужно пройти через бюрократию.

Староста, отвечающий за регистрацию, сидел у тяжёлого дубового стола, словно жрец за алтарём судьбы. Его звали Элгар Мейри. Тонкий, как трость, с выраженными скулами, он лениво оторвал взгляд от списка и даже не пригласил меня сесть.

— Фамилия? — спросил он с безразличием.

— Демид Алмазов, но я думаю ты и так знаешь эту информацию

Он хмыкнул. Пролистал пергамент, потом взял другой, потом ещё один. Всё это — медленно, с паузами, будто демонстрируя свою власть через это.

— Новичков не записываем. Особенно тех, кто ещё не прошёл базовый курс дуэльной этики, — проговорил он наконец. — Устав Академии. Пункт 17. Подпункт три.

Я нахмурился.

— В уставе не сказано, что это обязательно. Только «рекомендуется» и к тому же, у него есть приглашение — к нам подошел Иван Мозгов. Кто-кто, а он знал этот устав наизусть и мог рассказать, даже если бы его разбудили среди ночи.

— Ты можешь обжаловать это решение в ректорате. Через три недели. Возможно, рассмотрят. А пока — отказано!

Он снова уткнулся в пергамент.

Я понимал, что меня хотят слить. Мягко. Но намеренно. Думаю тут замешан граф Вальтер. Все старосты подчиняются ему, так как он старший среди них.

Я молчал секунду, две. А потом… активировал метку.

Мир сдвинулся. Я не знал, как это работает — магия или остаток моего прошлого, но теперь, когда я смотрел на Элгара, я видел… что он врёт. Не просто увиливает — он врёт. И боится.

— Иван, нужно прочитать его мысли, он нам врёт, хотя для этого и не нужно обладать какими-то силами — сказал я

— Ты боишься, что если он приму участие, это бросит тень на твою репутацию, — сказал он тихо, обращаясь к старосте — Потому что ты сам не смог пройти дальше второго этапа в прошлом году в дуэлях?