Денис Шабалов – Без права на ошибку (страница 75)
Лето две тысячи двадцать восьмого года сулило стать спокойными и безмятежным. Неторопливое путешествие на север, по местам боевой славы, уже однажды пройденным Добрыниным. Сейчас, за пять лет
Встретились, как и было условлено, в Сызрани. Пришлось немного подождать – уговорились на начало мая, однако Ивашуров запоздал. Появился в десятых числах, когда Данил и Юка уже совсем было заволновались и собрались выезжать на поиски. Оказалось – не смог побороть искушение, посетил Бузулук, какая-то там таинственная история с местными приключилась. Сто пятьдесят кэмэ туда, двести обратно… В середине апреля вышел из дома, и вот только поспел. Добрынин ухмыльнулся: Игорь Антонович не изменял себе…
Тронулись утром одиннадцатого мая. От Сызрани вверх, на Ульяновск. Не доходя города, свернули с тракта и весь день потратили на обход большим крюком по проселочным дорогам через Тагай, Большое Нагаткино и Цильну. В Цильне, правда, задержались минут на пять – Добрынину было интересно, появился ли уже здесь Родкин – однако бокс СТО у дороги стоял заброшенный. Стало понятно – хозяин еще не появился.
Сказочник заинтересовался было, почему пошли в обход – он хоть и ехал в модуле, со всеми удобствами, но временами посещал и кабину, чтоб поболтать или рассказать очередную историю – и Добрынин рассказал ему абсолютную правду. К власти в городе пришла большая группировка, что там и как теперь – непонятно. Лучше не нарываться. Игорь Антонович объяснением удовлетворился.
Первый привал сделали между Ульяновском и Зеленодольском, в деревеньке Большие Кушманы. Добрынин узнал ее – именно здесь он поджег дом, хороня старика. В деревеньке наконец-то было чисто – дозиметр как начал орать практически за Цильной, так больше почти и не умолкал, – и потому решено было встать на ночь именно здесь.
Нашли и дом старика. Дед был живехонек, держался шустрячком, выглядел куда бодрее, чем пять лет спустя. Более того, жива была и бабка, маленькая сухая старушка с морщинками в уголках глаз. И вместе они создавали такую умилительную картину, так трогательно заботились друг о друге, что Юка, зная об их дальнейшей судьбе, даже всплакнула немного.
Напросились на постой, оплатив двумя ящиками тушенки и шоколадом – старики еще и брать не желали, хотя для них, застрявших в этой глуши, это была манна небесная. Однако под мягким натиском Добрынина пришлось принять. Да и почему нет, если с пищеварением пока еще более-менее… Добрынин, прогулявшись по двору, испытал некое чувство дежа-вю – все это он уж видел. И огородик в палисаднике, и дом, что внутри, что снаружи, и сарай, и заросший бурьяном огород на задах… И вот сейчас они, пожалуй, и выглядели именно так, как пришли к нему в видении – пока еще ухоженные, пока еще с хозяйским приглядом, пока еще разительно отличаются от соседних дворов, постепенно ветшающих без людского ухода…
– Ты смотри, старый, береги себя и бабку, – на прощание сказал Добрынин. – За водой осторожно ходи. Не дай бог нога подвернется, или еще чего…
– Вот спасибо Сергей, вот спасибо… – бормотал дед, похлопывая его по спине. – В нашей-то глуши человека вряд-вряд увидеть, все обычно по дороге через Канаш идут… А тут вы заехали, рассказали, что по России-матушке творится… Нам теперь с бабкой на год разговоров… Да еще и гостинцы оставили!
От Больших Кушманов до Зеленодольска шли целый день – даже сейчас дорога тут была поганей некуда. А уж в тридцать третьем… Помнится, шли еще дольше, хотя тут всего-то девяносто верст по тракту. В Зеленодольске, скинув оплатой три сотни семерки, переправились по мосту – его держала большая община, полностью захватившая промышленный район на северном берегу, острова посреди реки и прилегающую к мосту на южном берегу часть поселка Нижние Вязовые. Община, похоже, была самой крупной в этой местности – Добрынин увидели пару БТР, УРАЛы, дооснащенные пулеметами, и даже несколько катеров, применявшихся для патрулирования водного пространства. Были тут и гостиница с харчевней, где экипаж КАМАЗа и заночевал.
Йошкар-Олу пришлось обойти большой дугой по тракту с восточной стороны – точно так же, как и в прошлое путешествие. Добрынин вспомнил, что Профессор упоминал о каком-то арсенале, где хранилось много интересного, а также – о пусковых установках шахтного базирования, сосредоточенных здесь. Похоже из-за них город и стал одной из целей в Войне. Фонило тут достаточно, ниже пятидесяти не опускалось, а чаще лезло под три сотни. Из обитателей – только мутировавшее зверье, собаки, выродки… Людей не было – во всяком случае, команде «Тайфуна» на глаза не попадались. Обходя город, они видели картину, которая давно уже стала привычной: осыпающиеся многоэтажки, упавшие или покосившиеся столбы, оборванные провода уличного освещения, многолетняя грязь, пыль, мусор… Город был мертв.
Сразу за городом, правда, радиация резко пошла на спад, и спустя километров тридцать фон упал до трех-четырех рентген. Они приближались к Яранску, и Добрынин, сидя на своем месте, поглядывал иногда на Ивашурова, в очередной раз заглянувшего в кабину. Именно здесь, за Яранском, он впервые встретил Сказочника – и вроде бы Игорь Антонович в этих краях бывал не раз…
– Скоро Яранск. Еще сотня верст – и поселок Юрьево, – подтвердил его мысли Ивашуров. – Предлагаю сделать там большой привал. Я так понимаю, мы не торопимся, а здесь у меня хороший знакомый проживает. И на постой устроит, и покушаем вкусно, и у костра посидим. Можно и задержаться – по выходным ярмарка, подкупите себе чего-нибудь… Здесь безопасно, не волнуйтесь – местные живут на острове, от зверья и бандитов укрылись. И там у них танк вкопан. В этих местах танк – редкость, поэтому и не лезет никто. Тихо живут, спокойно, рынок держат, со всех окрестностей к ним съезжаются. И продавцы, и покупатели. Тем и живут.
Данил, не думая даже, согласился. Остров и тогда еще показался ему очень уютным, и он был бы не прочь подзадержаться и осмотреть местные достопримечательности. И особенно тот самый танк. В прошлый раз так и не успел на него вблизи поглядеть, хотя владелец местной гостиницы и рассказал его историю. Но одно дело послушать, и совсем другое – вблизи глянуть. Спросил у Ивашурова – и тот, хитро усмехнувшись, выразил уверенность, что проблем с этим не будет.
В поселке все было точь-в-точь. Не доезжая до него с полкилометра – кустарного производства шлагбаум в черно белую полоску, пулемет на станке, накрытый брезентовым чехлом, и трое караульных у костра. Добрынин пригляделся и добродушно ухмыльнулся: на костре висел закопчённый чугунок с варевом и, кажется, даже поварешка была все та же. Правда, рельсы на столбе не было, и потому для оповещения применялся двуногий гонец. Который и потрусил скоренько к поселку. С пулемета тем временем был снят чехол, и ствол его уперся в приближающийся «Тайфун». Пришлось съехать на обочину и остановиться.
Вскоре подошел начальник караула. Порядок был прежний – машина оставалась на стоянке у бревенчатого моста, экипаж мог следовать дальше и располагаться в гостинице, в номерах-землянках. От землянок Данил отказался – зачем они нужны, если в их распоряжении целый жилой модуль, да еще и кабина, которая превращается в полноценное спальное место… А вот от ужина у костра отказываться не собирался.
Впрочем, до ужина было еще часа полтора, и Добрынин потратил их, как и намеревался – осмотрел боевую машину в непосредственной близости и пообщался с тем самым Вовкой Пчелкиным, ее командиром. Вовка Пчелкин – теперь уже не Вовка, а Владимир Сергеевич, глава поселка – оказался хорошим товарищем Игоря Антоновича. И к танку проводил и осмотреть позволил, и даже внутрь пустил.
Танк Добрынина впечатлил. Это действительно была какая-то новая, гораздо более современная модификация, до которой тем же Т-72, основным рабочим танкам Братства, было как до Луны пешком. Угловатая, покрытая рубчатой броней, с плоской вытянутой башней и надстройками систем на ней… Серьезный аппарат!
– Т-95? – удивился Владимир Серегеевич на его вопрос. Усмехнулся добродушно. – С Николаичем уже говорили? Умеет он шифроваться… Впрочем, за это его осуждать не могу, а только лишь похвалить. Молодец, держит секреты под замком, хотя и любит байки травить… Про танк, понятное дело, язык чешется, но название и тем более ТТХ я запретил раскрывать. Вот он и вышел из положения…
– Так что это за танк, если не девяносто пятый?.. – озадачился Добрынин. – Я такой нигде не видел до сих пор. Хотя техники навидался уже будьте-нате…
– О… это разработка очень серьезная, – солидно покачал головой Владимир Сергеевич. – В девятом году Уралвагонзавод начал заниматься новейшим перспективным танком четвертого поколения. Вернее даже не собственно танком, а целой боевой платформой. И здесь мы америкосиков с их Future Combat Systems[37] сделали вчистую. Они, болезные, даже завершить свою программу не смогли. Влупили в нее двадцать миллиардов – и еще сверх того триста потребовалось. Чуешь, да?.. Где двадцать – и где триста!.. Пришлось закрыть программу. А вот наши оружейники справились; впрочем, мы всегда оружие умели делать, и русское оружие во все времена ценилось… Платформу назвали «Армата». Планировалось, что на ее базе можно построить и танк, и САУ, и БМП, и БМПТ… да вообще что угодно, хоть черта лысого в ступе. И вот к тринадцатому году было выпущено несколько версий танков, БМП и САУ. Танк получил индекс Т-14. И вот этот самый Т-14 вы перед собой и видите. Но – да, в чем-то Николаич все-таки прав. В «Армате» используются наработки по «объекту 195», тому самому Т-95 «Черный орел», байки о котором он травит. Так что как видите, доля правды его словах все же есть.