Денис Шабалов – Без права на ошибку (страница 111)

Вторая группа, во главе со своим командиром, минировала дома. Понятно, что разведка каждый дом досконально осмотреть не сможет. Да и не будет! Это же сколько времени придется тратить, если обшаривать каждый попадающийся на пути поселок и в этом поселке обстукивать каждый дом? Бред. Ограничатся поверхностным осмотром на предмет живой силы или замаскированных мин по обочинам дороги. Кто будет лезть в кирпичную кладку стен?.. Никто. На это и был расчёт. В ход пошел весь запас МВД, что имелся у Добрынина, и уйма тротила, захваченного в Казахстане. В результате к третьему дню работы был заминирован каждый дом первой линии и десяток домов второй линии поселка, тех, которые стояли не у самого тракта, а по окраинам. Извели почти тонну взрывчатки и штук тридцать мин. Можно бы и больше, но немалый запас Добрынин оставил и младшему, на бронепоезд. Того, что заложили, хватит. Поселок теперь был словно увешанный взрывчаткой камикадзе и, смирившись со своей участью, терпеливо ждал намеченного часа.

Задумка была простая. Встретив караван ударом с поля по фронту, остановить его в поселке, заставить экипажи покинуть машины и рассредоточиться. Пусть люди займут позиции в домах и на чердаках, начнут войну. И здесь, в этом каменном мешке – накрыть одновременным ударом минометов и подрывом. Важная роль в этом отводилась именно людям братьев Козырей. Их задача – дождаться, когда караван пройдет поселок и выйдет к повороту дороги. Начинать не позже, чем головная машина войдет в поворот. Разведка на квадрах, обшарив поселок, наверняка сунется в поля – здесь же ее и укладывать. И с первым выстрелом в сторону деревушки начинают работать все стволы одновременно. Нужно создать впечатление мощной засады, так чтоб Хасан занял оборону, не полез на прорыв. И самое подходящее место для обороны среди этих полей – именно поселок.

Все эти дни, пока готовили засаду, Добрынин боялся. Боялся, что он ошибся, что неправильно просчитал и проанализировал, что не так понял тогда полковника. И теперь караван пройдет не здесь, а по другой дороге, и атакует Убежище всем наличным составом… Однако двенадцатого июня около полудня пришло известие от головного дозора – колонна Первой Ударной выдвинулась из Ртищева.

К этому моменту все было готово. В поле напротив изгиба тракта выкопался целый позиционный район – окопы, секреты, блиндажи, пулеметные и снайперские точки, – где и разместились все пятьдесят человек прикомандированных вместе с тяжелым вооружением. ДШГ обособилась чуть в стороне – Добрынин облюбовал себе один из холмов в полукилометре к югу от позиций братьев Козырей и к юго-востоку от поселка. И холм кустарником порос, маскировка что надо, и деревенька со стороны видна, аккурат с фланга от рассредоточившейся колонны будет. Выкопали траншеи, не тревожа разросшийся кустарник, выдвинули вперед несколько точек, замаскировали. БТР номер один и КАМАЗ – здесь же, с обратной стороны холма. Если что не так пойдет – пути отхода тоже подготовлены: по ложбине на восток до оврага, бывшего когда-то песчаным карьером, а там – затеряться на бескрайних просторах. Здесь же рядом, за соседним холмом, Данил расположил и навесную артиллерию, с приказом открывать огонь сразу же после подрыва. Зарядов оставалось не так много, всего пяток ящиков, но это лишь довесок к напичканному поселку. Самое главное было там.

С холма была видна не только деревенька, но и тракт в южную сторону. Далеко, почти до горизонта, пока он не исчезал за разросшейся лесополосой. Сидя в своем окопе, Добрынин чуть ли не каждые полминуты прикладывал к очкам окуляры бинокля – где там Хасан, почему медлит? Дозор, доложив о выходе колонны, по пятам не пошел – опасно, могут заметить слежку. Оттарабанили – и отключились. Теперь полями возвращаются, крюк делают и подойдут наверняка уже тогда, когда бой будет. Ну да ничего. Минус один БТР и два человека экипажа – не критично. Сейчас ставка не на огневую мощь, а на средства минирования. Главное – к эвакуации не опоздали бы…

– Серега. Идут, – тронул его за плечо сидящий рядом Дедушка Витт.

Добрынин вновь, в который уже раз подхватил бинокль и впился взглядом в дорогу, туда, где из-за деревьев выползали первые машины. Начал считать – и чем дальше считал, тем все явственнее понимал, что состав Первой Ударной сильно больше тех двухсот пятидесяти расчётных, которых он принял за исходные данные…

Во главе колонны шли один за другим два БТР. Следом – огромный четырехосный тягач с мощной платформой, на которой серой тушей высился танк. Все верно, этого динозавра своим ходом на тысячу кэмэ пускать – бесполезный расход моторесурса… За ним – «Тигр», скорее всего хасановский. Дальше – УРАЛы с кунгами. Раз, два, три… пять… десять… семнадцать… на двадцать пятом он сбился, считать перестал – а из-за посадки все шли и шли новые машины.

– Твою-то маму… – растерянно прошептал Рус, сидящий тут же в траншее, следом за Юкой. – Да их же… сколько?!

– Тридцать пять кунгов, – ответил Виталий Анатольевич, который все это время сосредоточенно бормотал, ведя свой подсчет. – Если брать по десятку бойцов в каждом, примерно как мы в «Тайфуне» ездим, – триста пятьдесят человек. Не считая остальной техники, где тоже люди есть. Округляй до четырех сотен…

УРАЛами дело не закончилось. После них пошли «шишиги» ГАЗ-66 с боеприпасом, и таковых Добрынин насчитал пять штук. Дальше – шесть КАМАЗов с цистернами. И замыкали колонну еще два БТР.

– Четыреста человек! – пораженно прошипел Рус. – Четыреста, бля! Нет, ты только вслушайся – че-ты-ре-ста! И это только одна ударная бригада группировки!

– Так говоришь, будто раньше этого не знал, – сказала Юка. Она тоже сосредоточенно вглядывалась вперед и ее указательный палец плавными движениями поглаживал вороненый металл под предохранителем…

– Мы таких караванов в Казахстане не встречали, – ответил Сашка. – В два раза меньше – было, да. Но не такие! Это… – он сделал паузу, пытаясь подобрать сравнение… – Да у нас во всей общине столько боеспособных нет! Ой, мужики… Чую, раздавят нас как щенков…

– У нас задача не насмерть стоять, – сказал Добрынин, продолжая наблюдать за ползущей колонной. Слава богу, козыревской братве с поля тракт не видно, иначе уже чесали бы отсюда на всех парах. – Нам надо отминусовать как можно больше и уйти. Справимся.

– Дай-то бог, дай-то бог… – пробормотал Рус.

Колонна приближалась. Шли новым, устоявшимся уже порядком. Впереди, в трех-четырех сотнях метров шныряла разведка на квадроциклах, далее – броневики, поддержка передового дозора, потом – танк, основная ударная единица. И уже следом – командование и личный состав. Кто посмеет огрызнуться на эдакую силищу? Никто! Любая разбойничья шайка, завидев ТАКОЕ – брызнет в разные стороны, только ее и видали. Наверняка и на это тоже ставка делается. Демонстрация силы. Мощи! По нынешним временам – невиданной.

– Зоолог – Козырям. Зоолог – Козырям, – нажав тангенту, вышел в канал Данил. – Готовность. Полная готовность! Как меня принял?

– Слышу! Понял! – тут же отозвался наушник писклявым голосом одного из братанов. – Готовность один!

– Принял. Жди.

Первые машины колонны остановились за полкилометра до поселка. Ожидаемо. Вперед тут же вылезли квадроциклы. Помелькали среди домиков, обшарили несколько на выбор – и, естественно, опасного не обнаружили. Данил видел, как командир звена вышел на дорогу и махнул рукой. Квадры, разойдясь веером, двинулись дальше, обтекая деревню и слегка уклоняясь в поля, проверить прилегающую местность – а колонна, тронувшись, начала втягиваться в поселок.

– Не пора? – прошептала тревожно Дедушка Витт, наблюдая в свой хваленый «найтфорс». – Смотри, треть уже вошла…

– Готовность один! – тут же и кто-то из близнецов отметился, выходя на канал. – Жду сигнала!

– Рано. Нам надо, чтоб они в поселке остановилась, – отмахнулся Добрынин. – Ждем.

Козырь отключился. Данил оглянулся – глаза Дедушки за стеклами противогаза были напряжены и внимательно смотрели вперед.

– Ты давай-ка цели себе начинай искать, – кивнул он на его винтовку. – Сейчас начнется веселье… и тебе под шумок с десяток народа милое дело снять.

– Не демаскирую? Может, лучше твоей? И Матильда подключится…

– Для меня дистанция предельная, для нее тем более, – покачал головой Добрынин. – Твоей вернее. Остальные молчат пока, а ты работай.

Колонна вошла не полностью – пятисот метров поселка не хватило, чтоб вместить ее всю. Хвост с цистернами и двумя броневиками остался на тракте – а головной БТР уже выползал с другой стороны. Ну и хватит. Главное, что кунги внутри. А топливо… это даже хорошо. Целее будет.

– Жду сигнала! – снова обозначился Козырь. В голосе его явственно слышалось беспокойство. – Квадры к нам идут! Огонь?!..

– Огонь! – скомандовал Добрынин и, приложившись к окуляру винтовки, нащупал ближайший к нему квадроцикл.

Расстояние четыреста метров, скорость квадрика невысокая, значит, и упреждение небольшое… Однако в себе как в снайпере Данил никогда уверен не был – и тем более сейчас, при стрельбе по движущейся перпендикулярно цели на предельной дистанции. Одиночным не возьмет… Винторез тихонько задергался, выплевывая короткую тройку – и водитель, переломившись в поясе, свесился влево, резко вывернув руль. Квадроцикл вильнул, перекувыркнулся, подминая своей массой мертвого уже водителя и стрелка, да так и остался торчать колесами вверх. А с поля в сторону колонны уже били длинные злые очереди.