Денис Прохор – Изобретатель красной машины (страница 27)

Полк. – Нет у нас времени, товарищ Тарасов. Категорически нет. Вы должны. Обязаны просто вновь занять пост старшего тренера команды.

Тарасов. – Я же не управляемый.

Полк. – К чему былые обиды. Вы думаете мне легко, когда сверху давят.

Тарасов. – На меня тоже давят. Те же, что и на вас. Да плюс еще и вы.

Полк. – Я минус. Я минус. К тому же принято решение о возвращении вам звания заслуженного мастера спорта.

Тарасов. – Вот так легко.

Полк. – Для вас, что пожелаете.

Тарасов. – А можете…

Тарасов доверительно наклоняется вперед.

Тарасов. – Колбасу в нашем гастрономе нарисовать. Обязательно сервелат. Московский.

Полк. – Сервилат? Не знаю. Задачка. Это не в моей компетенции.

Тарасов. – А говорили, все что пожелаю.

Поднимается и идет к двери.

Полк. – Товарищ Тарасов.

Тарасов. – А ЦСКА я приму. Куда ж я денусь.

Снова в ЦСКА.

Инт. Тарасов вновь в своей стихии. Вместе с Кулагиным наблюдает за тренировкой. Бросает отрывочные реплики. Кулагин записывает.

Тарасов. – Ромишевского взнуздать, как следует. Растолстел. Вкати кА ты ему дополнительный вечерний кросс, Палыч. Ты сборы перед матчем назначал?

Кулагин. – Как раньше. За пару дней до игры.

Тарасов. – Теперь всех на сборы загоним. Родным передай, что пропали без вести до конца чемпионата. Никакой связи между Архангельским и Москвой.

Кулагин. – У Федорова жена вот-вот родит.

Тарасов. – Подождет… Пусть ребенок не у Федорова родится, а у чемпиона Советского Союза.

Кулагин удивленно смотрит на Тарасова. Тот любуется с какой легкостью Харламов обходит защитников.

Тарасов. – Стыдно признаваться. Прав ты был Палыч насчет Харламова. Вот тебе и конек-горбунок. Ты смотри, что вытворяет.

Кулагин. – Места ему не могу найти.

Тарасов. – С Петровым и Михайловым будем пробовать. Как думаешь? Нагоним Динамо?

Кулагин. – Отстали сильно.

Тарасов. – Не отстали, а фору дали. Чернышев уже в тогу хоккейного патриарха облачился. Смотрит искоса. Что же, Аркадий Иванович. Сборная- это сборная. А ЦСКА и Динамо. Тут уж табачок врозь. Посмотрим кто из нас лучший тренер.

Инт. Тарасов на льду. Его окружают усталые хоккеисты.

Тарасов. – Вы как хотите, мальчишки, а я решил этот чемпионат выиграть. Договоримся на берегу. Спуска я вам не дам. Не для того я полгода диван давил и у жены на полставки тетей Катей работал. Посуду мыл. Вы люди военные. У всех погоны на плечах. Малейшее нарушение режима – гауптвахта, что посерьезней. Все. Пишите письма.

Петров. – Адресок дадите, Анатолий Владимирович?

Тарасов. – Всенепременно. Именно тебе и выпишу. Ромишевский?

Ромишевский. – Я.

Тарасов. – Ты у нас комсорг. Поручаю тебе выпуск боевого листка. После каждого матча, чтобы выходил. С карикатурами, как положено. Харламов. Ты что там отираешься. Давай вперед. Тебе здесь место.

Харламов выкатывается вперед. Маленький на фоне высоких хоккеистов.

Тарасов. – Что, конек-горбунок, не сломал тебя Чебаркуль?

Харламов. – Подавился, Анатолий Владимирович.

Тарасов. – Хорошо. Вот это ладно. Так держать. Все, мальчишки. А теперь сладкое. Скоростные упражнения с отягощениями.

Инт. Хоккеисты взвалив на себя своих товарищей совершают стремительные рывки.

Инт. Харламов забивает гол в ворота Химика. Тарасов что-то яростно выговаривает Кулагину.

Инт. Ромишевский вешает на стену Боевой Листок.

Инт. Тяжелая тренировка. Защитники ложатся под шайбы. Ромишевский от удара падает на лед.

Третьяк.

Инт. Тренировка. На льду Третьяк во вратарской амуниции и два хоккеиста. На катке появляется Тарасов. Толстенный и немного комичный. В стеганых штанах, заправленных в валенки, телогрейку, пальто. На голове огромная меховая шапка с ушами.

1-й . – Удочки забыли, Анатолий Владимирович.

Тарасов. – Отставить зубоскальство. На синюю линию.

2-й. – Не боитесь, Анатолий Владимирович. Заденем ненароком.

Тарасов. – Я заговор знаю. Шайба меня не берет. Заодно посмотрим какие вы Робин Гуды. Владик.

Третьяк. – Да, Анатолий Владимирович.

Тарасов. – Старайся, предвидеть, откуда последует удар. Уцепишься глазами за шайбу, второго пропустишь. Глазам не верь. Почувствуй момент удара и его направление.

Инт. Тарасов ложится на лед за воротами.

Инт. С разных дистанций начинается прямо-таки автоматная пальба по воротам. Действиями хоккеистов руководит Тарасов.

Тарасов (Третьяку). – Влево. Вправо. Ногой. Клюшкой. Выкатывайся. Сократи угол обстрела. Не сметь отбивать перед собой. Мешает? Щекотни его клюшкой. Не падать. Лежачего бьют.

Тарасов (хоккеистам).– Бросать с ходу. Верхом. В угол. Не жалеть. Не жалеть вратаря. Сериями. Закройте ему видимость. Ты проехал мимо и не потревожил вратаря, зачем такая роскошь?

Инт. Кулагин в тренерской. Вваливается Тарасов. Устало отдуваясь, начинает раздеваться. Снимает пальто, валенки и шапку.

Кулагин. – Я тренировку сам проведу.

Тарасов. – Еще чего? Третьяка видел?

Кулагин. – Концовку застал.

Тарасов. – Зря, батенька, зря. А я словно в молодость вернулся, а то совсем расслабился и жиреть стал… Владик будет лучшим вратарем в мире.

Кулагин. – Молод еще. Рано судить.

Тарасов. – В самый раз. И ты знаешь. Он ведь шайбу интуитивно чувствует. Такого я еще не видел. Вот уж действительно 21 век36.

Инт. На трибунах болельщики ЦСКА обнимаются. На табло счет: Спартак-ЦСКА 0:3.

Инт. Выпуск Боевого Листка. Большая карикатура. Дедушка в валенках и телогрейке на фоне покосившейся избушки, чешет недоуменно в затылке. В руке его большой конверт, на котором написано: от Петрова.

Инт. Тарасов у бортика. Быстро и яростно что-то выговаривает Харламову, Петрову и Михайлову.

Инт. На табло : ЦСКА-Динамо. 2:1. Невозмутимый Чернышев и клокочущий Тарасов. Тройка Харламова. Атакует. Динамовцы перехватывают шайбу. Удар. Ромишевский грудью встречает шайбу. Звучит сирена. Хоккеисты ЦСКА бросаются обнимать друг друга.