Денис Малыгин – Тест для менеджера. Шелуха цивилизации (страница 17)

– вставай пора выдвигаться – сказал он и видя, что Борис открыл глаза пошел к Николаю. И тут же Борис услышал сверху удары металла о металл. Видимо, это и был тот сигнал на окончание привала.

Как не странно самочувствие у Бориса было нормальным. Вокруг все кряхтели, ругались сквозь зубы, но достаточно быстро поднимались и шли дальше. Выйдя из водопада Десс, доложил конвою

– у нас все, один погиб в водопаде.

– я все видел, сейчас еще четыре часа идти и привал – утирая усы сказал конвоир.

Скорее всего у них так же был привал, только вот они еще и поели, с какой-то злостью подумал Борис. При мыслях о еде желудок свело болью. Борис почувствовал, что ему надо сходить в туалет по большому. Стеснения от невозможности уединиться при таком деле он давно уже не чувствовал, но вот ждать его тут никто не собирался, а получить стрелу и умереть на собственном говне как-то не хотелось.

– Боец, что, если оправиться надо, ждете или как – спросил он конвойного, который общался с ними.

– еще чего, ждать всяких засранцев, беги вперед и сри сколько хочешь пока не нагоним, будет он тут мне задерживать всех.

– на сколько вперед.

– в пределах видимости, хватит задавать тупые вопросы, так чтоб мы тебя видели.

Борис, раздосадованный тем, что не сообразил сделать этого раньше, решил, что терпеть нечего и припустил вперед надеясь, что управится вовремя.

И два шутника, которые недавно еще чуть не умирали от жажды и усталости тут же отреагировали.

– представляешь, проехать через всю страну и быть подстреленным в своем дерьме – сказал Витек.

– да и лопухов тут точно нет чтоб подтираться, как собака будешь задницей об дорогу, а тут камни, порезался и истек кровью. Так на могиле и напишут – этот героический воин умер от раны в жопе – рядом зубоскалил Хавлик.

Как ни странно, эти дурацкие шутки немного приободрили всех. На изрезанных пылью лицах проступили слабые улыбки.

Как только Борис присел, делая свои дела, в небе над ним появился здоровенный гриф, по-видимому, эта дорога была для падальщиков вроде супермаркета.

Бориса появление птицы и боль прилипшего к спине живота натолкнули на мысль, которую он и озвучил, как только присоединился к остальным.

– а что, если мы поймаем и сожрем грифа, он как вообще съедобный?

От этого вопроса на миг воцарилась тишина, только шорох сандалий по камням нарушал ее. Первым пришел в себя Десс, видимо командирские навыки намертво въелись в его натуру.

– вообще то никто их не готовит в кулинарии, все-таки падальщики они, но вот лисицы их едят и не травятся, сам видел. А кусок мяса для нас – это жизнь сейчас. Как только их поймать.

– да кто ни будь забегает вперед и притворяется трупом, а там или он сам поймает или мы камнями попытаемся подбить.

– подожди ка сейчас попробуем уладить это дело – Десс пошел перетирать это с конвоирами, а Витек задумчиво сказал – да творчество обычно так и включается, когда брюхо слипается, отличная идея Борька, силы нам понадобятся.

Конвоиров такая тема ошеломила, еще никто не обращался с такими оригинальными просьбами к ним. Впрочем, никаких правил она не нарушала, а вот скука от службы была, так что хоть какое-то развлечение. Вот только камнями пользоваться они разрешили не всем, а всего лишь двоим, опасались, что какой-то самоубийца, или толпа самоубийц, причинит им вред.

Приманивать грифа, изображая покойника должен был незнакомый боец, а вот камни кидать должны были Десс и Витек, как самые сильные и бодрые из их отряда.

Боец потрусил вперед и улегся на спину, раскидав руки в стороны. Тут же к нему направилось сразу две птицы, поменьше размером сразу спикировала на него. Видимо это был молодняк, который торопился урвать куски, пока его не отогнал кто постарше. А вот за ней летел огромный гриф, который не спешил. Как только молодой совершив круг и убедившись, что человек не двигается опустился на грудь боец сразу схватил его одной рукой за лапу, а другой рукой за крыло. Но птица не собиралась сдаваться так просто, замолотив вторым крылом и лапой она попыталась вывернуться из рук человека, птица ударила своим мощным клювом по руке. Боец заорал от боли, но птицу не выпустил. К нему уже подбегал Десс, а Витек попытался сбить камнем второго стервятника. У Витька, конечно, ничего не получилось, старая птица была более опытной и увернулась от его камня. Десс, тем временем прижав рукой птицу к земле, ловко размозжил ей голову зажатым во второй руке камнем. И тут же раздался короткий свист и на тропу упала птица, которая сумела увернуться от камня, но вот от стрелы конвоира улететь ей было не суждено.

Все замерли не понимая, что произошло, только умирающий гриф скреб по земле одним крылом.

– это нам что ли – обратился к конвоиру Витек.

– ну не мне же конечно – сказал весело конвоир.

– спасибо солдат – пробормотал Десс, он был откровенно растерян.

– не благодарите, во-первых, идея вашего друга, и он показал на Бориса принесет нам кое-что, что окупит сотню стрел. Теперь не будем продукты переводить на вас, они тут дорогие, птиц набьем на прокорм. Тьма, вот как же никто до вас то не додумался, все вы их кормили, а вот теперь они вас – ха-ха-ха – засмеялся он своей шутке и тут же посерьезнев добавил, во вторых, ваш друг похоже заплатит за эту еду жизнью, и он показал на того бойца, который первым ловил птицу – теперь все берите свою еду и шагом, а то отклоняемся по времени, на ходу разделывайте.

– не понял почему заплатит жизнью – спросил Борис у Николая, шагавшего рядом.

– да ты посмотри, как его гриф разделал – показал Николай рукой на кровоточащие глубокие царапины на руках и груди у солдата, к тому же на щеке была пусть и не глубокая, но рана – а антисептиков и антибиотиков тут нет, хотя вот кое-что все-таки можно предложить. С этим замечанием он подошел к Дессу и что-то начал ему говорить, до приблизившегося к ним Бориса долетел только ответ того

– ну после затеи с грифом я готов поверить, но как-то все равно, хотя тут все равно не достанешь очищающего отвара – пробормотал он – ладно хуже уже не будет, ей Болк надо обеззаразить твои раны, а Никлай говорит, что это можно сделать с помощью …. Тут он замялся – мочи.

– чего, мочи – переспросил боец – Десс ты мой командир, но ссать на себя я не позволю.

– да причем тут ссать то – раны обеззаразить начал объяснять Десс подчиненному

– очищают их специальным отваром.

– да ты его тут видишь, вот ванна тебя с отваром ждет за поворотом – начал кипятится Десс

Вероятно, их спор продолжался бы еще какое-то время, но в него влез неугомонный Хавлик

– знаешь Болк вот у нас на ферме, ну ты же знаешь я с фермы, мы обеззараживали скотину если она обдерется, где, козлиной мочой, ну выпаривали ее там до киселя и мазали, и ты знаешь проходило, а чем же ты хуже то, может и поможет.

– Болк, короче если есть хоть тень шанса спасти тебе жизнь, то надо пробовать – поставил точку Десс.

В конце концов боец согласился только поставил условие, на лицо ссать не позволю, точка. Конвоиры, увидав картину обеззараживания ран, замерли на миг утратив бдительность и даже подошли к самому краю, желая убедится своими глазами, что происходит. Молча понаблюдав за действом самый разговорчивый из них, сказал

– вы самая чокнутая и интересная компашка тут за последнее время, сначала Седой Сид, потом вы – даже интересно чего потом придумаете.

Между тем грифов уже разделали, но вот есть так и не решались, несмотря на дикий голод боялись.

– давайте сначала мы откусим, если ничего не случится, то все поедим – предложил Николай. Было видно, что бойцу жалко отдавать еду, но страх перед неизвестным заставил его отдать бурую тушку, оказавшейся довольно маленькой, Николаю. Тот промедлил секунду и впился в нее зубами, его передернуло, но все-таки пересилив себя он откусил и прожевал кусок.

– теперь подождем – проглотив сказал Николай.

Так они и шли дальше, поглядывая на Колю где-то еще минут сорок, а потом Хавлик не выдержав сказал

– пусть я сдохну, но сдохну сытым, давай сюда эту птицу. После этого все налетели на две скромные тушки и моментально ободрали ее до костей. По консистенции она была похожа на ластик, жесткий вонючий ластик. Борис вспомнил слова Николая об оружии, когда, обгладывая кость она раскрошилась и уколола его в десну. Осмотрев острый осколок, он подумал, что обломок вполне сгодится чтоб проткнуть кого-то. Не найдя куда положить его Борис, не мудрствуя проколол осколком ветхую дерюгу и оставил его висеть там. Авось не потеряется. Эти жалкие куски вонючего и жилистого мяса придали сил и подкрепили узников, и все же, когда солнце начало опускаться, неизбежная усталость начала давить на плечи, а ноги, отвыкшие за время сидения в клетках к нагрузкам, просто онемели, как будто ниже пояса деревяшки.

Вскоре народ, шедший впереди Бориса, начал останавливаться и как-то заволновался. Протолкнувшись вперед, он так же, как и остальные немного растерялся от зрелища.

Дальше дороги просто не было, тропа, как и тротуар на сваях, просто обрывались.

– если они захотели сбросить нас в пропасть, то на хрена было вести нас так далеко – выразил общее направление мыслей Хавлик.

– боец – обратился к конвоиру Десс – мы чего-то не …

– да у всех такая реакция – оборвал его конвоир – давайте шевелитесь быстрее, если бы хотели убить, то не топали тут с вами бы целый день, да еще и завтра.