Денис Малыгин – Как я стал кандидатом наук (страница 6)

И вот я в новой группе педагогического техникума. Из всей группы парней несколько. Ничего не могу сказать про них, так как я не знакомился с ними. Нет, я не был изгоем, скорее мне было с ними не особо интересно. Начались вопросы с призывом в армию. Тут у меня была принципиальная позиция. В армию я не хотел. Принципиально. Нет, ребята я патриот, и конечно люблю свою родину. Да и страха как такового у меня не было к армии. Просто я терпеть не могу, когда на меня навешивают долг, который я якобы должен отдать. Совершенно ясно мне это стало, когда на одной из комиссий в военкомате я увидел сцену. Из кабинета вышел парень моего возраста с явными проблемами нервной системы и опорно-двигательного аппарата. За ним вышел его отец, явно растерянный и все мы услышали часть диалога.

– я Вам сказал, ограниченно годен – донесся из кабинета строгий голос.

– да как ограниченно годен то – тряся кучей диагнозов, с мольбой спрашивал отец этого бедного парня, который, переваливаясь с бока на бок, шел к гардеробу – с таким заключением его же в стройбат определят, он там умрет в первый же месяц.

– я вам что сказал – начальственным голосом начал давить оппонент – выйдете и закройте дверь за собой. Отец закрыл дверь и в его глазах чуть ли не слезы стояли, когда он наблюдал, как его сын двигается по коридору военкомата. Я очень отчетливо тогда понял, что всем просто плевать на тебя и на твои желания и возможности. Система безжалостна, ей нужна смазка в виде людей. Я такой смазкой быть не хотел. Нет, нет, я вовсе не революционер и не провокатор. Я просто не хочу быть смазкой и сделаю все, что от меня зависит, а там уж как будет. Отец мне рассказывал про прадеда, что того звали «Санька коммунист» за его принципиальную позицию в жизни, из-за которой он разругался со всеми своими братьями и не общался с ними. Так вот прадед со своим отцом имели небольшую маслобойку в семье. Это как некий микро-бизнес сейчас. Они заработали ее своим трудом и с нее получали доход. Когда в их деревню приехал комиссар и было распределение кто «кулак», а кто честный крестьянин, мои предки предприняли меры заранее. Они договорились с тем комиссаром, но были готовы к худшему. Вот это я и называю, сделал все, что от тебя зависит. Я очень надеюсь, что этот мужчина отстоял своего сына и у того все в порядке, потому что при таких очевидных проблемах действительно надо сидеть дома, а не таскать мешки с цементом в стройбате. Рядом стояла компания парней, как я понял друзей и один спросил у другого, будет ли тот говорить о своей болячке с желудком на комиссии.

– нет – гордо ответил юный пассионарий – я хочу попасть в десант и служить в горячей точке! Друг закивал, видимо находясь под впечатлением.

– вот долбо#б – подумал я, тоже находясь под впечатлением.

Общался я в то время с компанией сверстников, но, так как в тренажерном зале занимался достаточно серьезно, был приглашен в другую часть зала, где занимались парни гораздо старше и всякий разный народ, в основном это были бандиты. Занимаясь спортом, а потом и «тусуясь» с ними, бок о бок невольно начинаешь пропитываться их средой, к тому же времена к этому всячески располагали. Эти самые бандиты организовали спортивный зал и приобрели на свои деньги оборудование. Если до бандитов, это был этакий захудалый тренировочный уголок, то потом он вырос в хороший (по меркам того времени) спортивный зал, состоящий из двух помещений. Условно «детского» и «взрослого. В первый принимали всех желающих, и он действовал как секция для детей. Во второй же можно было попасть только по приглашению «старших». Кстати, приглашались те, кто ходил достаточно дисциплинированно и показывал определенные результаты, что было, на мой взгляд, довольно честно. Потом, когда администрация начала интересоваться, что же там за помещение прибрали к рукам всякие ненадежные элементы, было решено придать залу некий официоз в виде секции атлетической гимнастики и «сесть под крышу» детского досугового центра. Я как человек с самой чистой биографией, да еще и студент педагог был откомандирован бандитами в виде тренера. Так в моей трудовой книжке появилась первая запись о том, что принят на должность тренера, какого-то там разряда. По нужде бывая на собраниях я потом узнал, что администрация хочет выгнать наш тренажерный зал на улицу и заселить эти помещения другими кружками для детей. Я честно рассказал об этом бандитам, но они решили, что я хочу отобрать у них этот спортивный зал. Мы разругались, что бывает, когда ругаешься с бандитами, я знал и видел. А в паре небольших случаев и принимал участие. Я просто испугался, что они «запинают в говно» как они и обещали. Хотя я действительно хотел найти решение и уж точно не планировал ничего такого, чего они надумали. Но, лидер, может быть, только один и бандиты прекрасно это осознавали. Они могли рискнуть спортзалом, но не поступиться лидерством. Но с армией они мне подсказали решение, до которого я бы сам не дошел. Не зря великий Антон Семенович Макаренко утверждал про определяющее влияние среды на человека. И вот бандиты то уж очень скептически выражали свое мнение о таких долгах, несмотря на то что многие из них отслужили в армии. Они же научили меня юридическим тонкостям, чтоб не принимать повестки и прочим ходам, чтобы ловко уходить от давления государства. В общем, имея ярко выраженный вектор желания, я искал любые возможности для его реализации. И конечно нашел и решил эту проблему.

Так как я учился, меня не призывали, а на всех комиссиях я особо ничего не придумывал, говорил про свое плоскостопие и проблемы с суставами. Тогда я совершенно не хотел быть пассионарием. Потом меня устроили (кстати, с подачи матери и это было единственной ее подачей во всех моих учебах и работах местом) в автопарк охранником. Работая сутки через трое, у меня был относительно стабильный доход, компания «с лавки», круг общения из спортивного зала (откуда все, кроме меня, из компании «с лавки» ушли) и учеба в педагогическом техникуме. Живи и радуйся. Но меня ужасно угнетала моя работа. Сидеть и нажимать кнопки, чтоб въезжали и выезжали автобусы и разгадывать сканворды, для меня было ужасно. Те, кто прирос на этой работе даже не вставали с продавленных кресел. У них стояла палка, отполированная поколениями охранников, для того чтобы тыкать в кнопки открытия ворот. Кого они могли охранять, я не представляю. Мать была очень рада, она всегда и всех хотела контролировать, и тут ей это удалось со мной. Это был ее момент триумфа. Для меня же это был момент необходимости, над которой я хотел вырасти. Поэтому я не бездумно нажимал кнопки, читал книги и относительно внимательно пропускал людей и через выполнение своих должностных обязанностей я познакомился с одним мужчиной, который имел какие-то дела с руководством автопарка. Первый раз я его не пустил, несмотря на то что он мне ткнул в лицо «корочками» одной ну очень солидной государственной «конторы». Не пустил я его вежливо и сославшись на инструкции, которые опытные охранники никогда не выполняли. Потом мы разговорились с ним о книгах, об учебе и о работе, ну и в целом общались, когда он приходил в автопарк. Однажды он просто спросил у меня.

– Денис, а чего ты тут сидишь – спросил он меня – ты молодой и неглупый парень, неужели ничего не находится лучше. Я объяснил, мол, тоже не доволен работой, но пока нигде лучше не нашел. В один прекрасный день этот мужчина сказал мне, что его «товарищ на пенсии» набирает охрану для строящегося тогда казино и ресторана и он может порекомендовать меня ему. Конечно же, я уцепился за это предложение, тем более что даже примерная заработная плата была как минимум вдвое больше тех денег, которые я имел на текущем месте работы. Ну и плюсом мне тогда виделось, была некая романтика в казино и ресторане, уж точно большая, чем в выхлопных газах промышленной зоны. А вот мать резко отрицательно (ну кто бы сомневался) отнеслась к моему выбору. Куда ты все лезешь – эту ее фразу я запомнил на всю жизнь. Это было ее девизом. На самом деле это девиз многих, тех людей, которые не имеют амбиций и все, чего они хотят, это иметь себе пропитание, крышу над головой и тихую жизнь. Очевидно, я к ним никогда не относился, хотя стараюсь не осуждать. Каждому свое. Но в ответ я довольно часто в свой адрес слышал и слышу от них непонимание и даже агрессию. Это понятно. Мать, которая хотела контроля, лишалась его видимости, а остальные раздражались, когда я побеждал и наоборот, не было для них лучшей радости, когда я ошибался и лажал. А как вообще ты хотел бы работать – спросила меня тогда мать. Я хотел бы работать не руками. А интеллектуально и хотел бы делать это не по жесткому временному графику, а более свободно. Это утверждение настолько сильно ее взбесило, что она начала доказывать, что у меня ничего не выйдет. Вообще ничего в жизни не выйдет! Я настолько привык к таким словам от одного из самых близких людей, к открытым сомнениям и осуждению, что закрылся и по-настоящему слушал только себя. Многих людей я раздражаю тем, что делаю или пытаюсь делать то, на что у них не хватает сил и смелости. Так что вопрос с родительской поддержкой у меня «прижгли» еще в юности. И я решил сменить работу и отправился на встречу. Придя на встречу, я оказался в компании здоровых шкафов, которые были набраны из опытных охранников, что работали по всяким злачным местам и спортсменов, суперменов. Я не был ни тем, ни другим. И вообще на меня косились, так как я был самый молодой в этой матерой компании. Протеже – стукач, тут же определили меня «бывалые» и относились вначале с недоверием. Первую смену я встречал, как самый молодой в новогоднюю ночь. В целом приставили меня к хорошему наставнику. Игорь, был старше меня на двадцать лет, он был ниже меня на полголовы и выглядел как гном. Боевой гном-психопат. С мощными плечами и широкими ладонями. Его невысокий рост и очки, которые он носил, обманывали задиристых посетителей кабака, и они частенько его подначивали. Но, только те, кто его не знал, потому что в боевой ярости он был неукротимой машиной ультра-насилия. Помню, как один громила, который был не то депутат, не то помощник депутата, распоясавшийся от безнаказанности, отвесил пинка этому боевому гному. Игорь тогда вцепился в него как охотничий ягдтерьер, которому без разницы размеры дичи. Он бил этого здоровяка, пока тот не превратился в кровавую кучу. Потом Игорь был вынужден отдать машину, чтоб его не посадили. В целом работа в охране была интересной и веселой. Обучали нас сначала в одном учебном заведении, которое готовило профессиональных охранников, не тех, которые сидели в автопарке, а тех, кто решает конфликты. Навык решения конфликтов за те несколько лет, что я проработал, развился у меня достаточно хорошо. Тут нужно было не допустить драки или какого-то урона, ведь клиенты приносили деньги, в тоже время, нельзя было позволять все. В общем, тут я научился угрожать, без угроз, бить, без последствий, познакомился с таксистами, проститутками, нарко дилерами и всякими мутными элементами, которые как в известной игре, просыпаются, когда город засыпает.