Денис Макаров – Живой доспех (страница 35)
«Призрак» понёсся на меня с рычанием. Я улыбнулся с безумным оскалом. О да, хрен ты меня сломаешь. Можешь ранить меня сколько хочешь. Я буду подниматься раз за разом, пока не выиграю.
Тело протестующе заныло, когда я отпрыгнул в сторону. Даже сквозь исцеляющую магию доспеха заломило спину с рёбрами. Но «Призрак» не отставал. Он взмахнул клинком, и я поднырнул под него, уходя от удара. Уже готовился отпрыгнуть, как мне в живот прилетело его колено.
Неистово хотелось согнуться от боли. Но я схватился за ногу, призывая силу усыпления Элизы. Не успел — нога растворилась прямо у меня в руках. Сильным пинком в бок, от которого у меня опять затрещали рёбра, «Призрак» заставил меня покатиться по песку.
Я замер, лишь когда перевернулся на спину. Он тут же появился надо мной. Быстрый взмах и клинок понёсся прямо мне в лицо.
Руки действовали сами по себе. С оглушительным металлическим стуком я поймал клинок сомкнутыми ладонями прямо перед собой.
— Давай! — крикнул я.
Зеркальный блик с моих ладоней перетёк на зажатый клинок. Давление на руки тут же прекратилось. «Призрак» слегка дёрнулся и затем повалился набок. Я выдохнул с облегчением.
Получилось. У нас всё получилось.
Я засмеялся. Из тела ушло всё напряжение, хоть боль никуда и не делась. Поднявшись на ноги, я посмотрел на поверженного врага.
— Что ты сделал? Что с моим доспехом? — доносился приглушённый голос.
На душе было так радостно, что даже не хотелось издеваться над ним. Я сжал кулак и воздел его вверх, сопровождая жест диким ором.
Люди на трибунах словно очнулись от потрясения и разорвались ответным шумом. Я медленно пошёл в сторону своей палатки, стараясь не нагружать спину.
— Судя по всему, — над ареной разнёсся неуверенный голос глашатая. — В дуэли победил простолюдин Райкен. И к тому же сохранил жизнь лорду Мерандес.
Восторг толпы сменился недовольным гулом.
Ничего, совсем скоро ты, собака сутулая, будешь называть лордом и меня.
— Никуда не расходитесь, — продолжал глашатай. — Вторая дуэль начнётся через десять минут.
Я замер на полушаге.
Как через десять минут?
Глава 15
Джайра крепко затянула жгут под моей левой подмышкой. Перекрутила концы несколько раз, усиливая давление. Сквозь туман в мыслях я подумал о «крапиве», которую мы делали вместе с уличными мальчишками друг другу на улицах Грантона. Солнце тогда светило так ярко, так тепло. Вот бы вернуться в те времена. Когда мама ждала дома. Когда не было никаких забот.
Вот бы…
Смачная пощёчина вернула меня в сознание.
— Не смей отрубаться! — рявкнула Джайра, копошась в каком-то вещмешке.
Вспышка сознания заставила пробудиться и остальные чувства. Спину и рёбра свело дикой болью, несмотря на целительный свет Серп-1, в котором я лежал. По телу разлилась такая сильная слабость, что, казалось, будто я вешу вдвое тяжелее. Во рту образовалась пустыня.
Я повернул голову. Броня на шлеме и моей левой руке была раскрыта, открывая на всеобщее обозрение мясные ошмётки чуть выше локтя. Даже после целительной магии оттуда продолжала сочиться кровь, в которой уже была омыта рука.
— Сука-сука-сука! — причитала Джайра. — Нечем прижечь её. Придётся зашивать.
По моему загривку пробежал холодок, когда она достала из вещмешка загнутую иглу с нитью.
— Постой, это обязательно? — меня самого удивило, как слабо звучал мой голос.
— Посмотрите на него, — съязвила она, усаживаясь рядом со мной на колени. — Сражения против рыцарей его не пугают, а тонюсенькой иголки боится.
Тонюсенькой? Ты издеваешься?
Джайра зажала толстую иглу каким-то инструментом и омыла её резко пахнущей жидкостью. Затем сполоснула ею же свои руки.
— Ничего я не боюсь.
Джайра сунула пальцы прямо мне в рану, раздвигая её. От этого неожиданного действа у меня глаза полезли наружу, а из груди вырвался протяжный стон.
— Твою мать, — Ракс сказал это таким голосом, как будто его сейчас вырвет.
Я почувствовал сквозь доспех, как другую мою руку обвили лёгкие пальцы. Стиснув зубы, я повернул голову и увидел Элизу, сидящую рядом со мной на коленях.
Джайра глянула на неё мельком и прошипела:
— Свали отсюда, не мешай.
— Я могу помочь, — ответила ей Элиза. — Ему же нужно переливание крови.
— Ракс, убери её! — рявкнула Джайра, продолжая ковыряться в ране. — Вот ты где.
Она максимально раздвинула края раны и ввела внутрь иглу. Если бы не сломанные рёбра и доспех, я бы выгнулся дугой от боли.
— Я универсальный донор, — сквозь пелену боли донёсся до меня голос Элизы.
— Откуда ты знаешь?
— Мой отец был городским доктором.
— Ракс, отпусти её! — невероятно толстая игла продолжала сшивать мои внутренности. — Найди в аптечке набор для переливания.
Ракс выпустил Элизу из своего захвата. Она тут же принялась ковыряться в вещмешке.
— Пикс! — рявкнула Джайра. — Протри мне лоб!
— Ч-ч-чем? — голос Пикс был невероятно тихим и испуганным.
— Да хоть собой, мать твою! Быстрее!
Я не успел разглядеть, как Пикс выполняет приказ. Меня замутило и перед глазами появилось тёмное пятно. Оно постоянно расширялось, заполняя собой всё пространство.
— Ракс, — возопил далёкий голос рыжеволосой воительницы, что билась за мою жизнь. — Нашатырь!
Под носом прошлось что-то мерзко-влажное. Со следующим вдохом эта мерзость проникла внутрь меня. Резким движением, словно удар ножа, она прошла от ноздрей прямо в лоб, вновь возвращая меня в сознание.
— Я же тебя предупреждала, — прорычала Джайра. — Не смей отрубаться! Я не дам тебе умереть.
— Серпик, открой руку Райкена, — сказала Элиза невероятно нежным голосом. Он казался куда приятнее, чем истерически-резкие выкрики Джайры.
— Шевелись, железяка проклятая! — тут же встряла та.
— Серп-1, делай, что они говорят, — вымолвил я.
Броня на моей правой руке с лёгким шипением разъехалась. Элиза уже закатывала рукав на своей руке. Смочила ватку всё в той же резко пахнущей жидкости и протёрла ей иглы. Затем другими такими же ватками обработала мою и свою кожу на сгибе локтей.
— Пикс, помоги мне, пожалуйста, — сказала она.
Перед моим взглядом появилась невероятно бледная девушка. На фоне белой кожи её волосы стали как будто ещё чернее. Из-за этого же тёмной оправой на лице выделялись и очки.
Она избегала смотреть на меня.
— Ч-чем тебе п-помочь? — спросила она.
Длинная игла погрузилась в мою вену. Я этого даже не почувствовал. В отличие от мясного ада, происходившего на другой руке.
— Держи иглу, чтобы она не выпала, — скомандовала Элиза.