Денис Крылов – Параномия. Путь Феникса (страница 13)

– Легко.

– Удивительная всё же у вас постановка речи, – заметил Вини, – ты же понимаешь, что здесь две сложности сразу, мы же это обсуждали. Во-первых, включение находится под контролем и грозит мне минимум тюрьмой, а максимум смертью. Во-вторых, вернуть через те же врата, означало засунуть вас в тот же засыпанный храм, из которого вы так удачно ускользнули.

– Из лап смерти мы ускользнули, – резюмировала Татьяна и сделала глоток.

Тартариен с самого начал хотел поговорить с Татьяной, чувствуя в ней неприкрытую угрозу, кипящую ярость и непонятно чем мотивированную злость.

– Тебе страшно? – голос у него было ровный.

– А сам как думаешь? – вопрос на вопрос ответила Таня, но Тартариен молчал, – меня пугает ваш Мир, всё в нём чужое, а дома у меня дочь, по которой я очень скучаю, – она резко замолчала, откинувшись в кресле. Венециус тоже молча, давая ей время пережить нахлынувшие эмоции. У него не было детей, но он хорошо помнил свои чувства, связанные с родителями.

– Что у вас здесь происходит? – спустя какое-то время спросила она.

– Наверное, то же самое, что и везде, – философски ответил он.

– То есть вот так запросто можно взять и убить людей?

– А по-твоему в вашем Мире иначе? – вопросом на вопрос ответил он.

– В моей стране такое карается тюремным заключением.

– Безусловно, – кивнул он, – так и должно быть, но всегда есть исключения, есть те, кого законы не касаются – они не прикосновенны. Те мерзавцы, что ворвались на территорию центра контроля, как раз из их числа.

– Тогда получается, здесь бал правит беспредел, – резюмировала она.

– Боюсь, что так, – спустя паузу ответил Вини.

– Вот поэтому я и хочу убраться отсюда как можно скорее, – повысив голос, сказала она, – как ты планируешь нас отправить?

– Таня, ты спешишь, мы спешим спасти Сергея, остальное потом, – приподнявшись в кресле, ответил ей Тартариен.

– Грёбаный Суворов, – сквозь зубы выплюнула слова она.

– Зачем ты так говоришь? Почему ты винишь его во всех своих бедах?

– А кто во всём виноват? – взорвалась Таня, вскакивая с кресла.

– Тише, Таня, наши друзья спят, пусть так и остаётся, – он поднял руку, и она вернулась в кресло, – ты ведь любила его, верно? Или продолжаешь любить? – по тому, как дёрнулась Таня, он понял, что, скорее всего, попал в точку.

– Какого чёрта, Вини, а нельзя было отправить нас в другой Мир, а из него вернуться в наш? – Тартариен оценил уловку, но реагировать не стал.

– Очень сложная схема, – принял он её игру, – кроме того Миры, через которые вы могли бы перебраться в свой, можно пересчитать на пальцах одной руки, и всё равно встанет проблема номер один – куда ведут врата из чужого Мира?

Он выпил, встал и налил вина себе и Татьяне. Вернулся в кресло, сквозь свои густые брови наблюдая за женщиной.

– Ладно, перемещения были закрыты, но зачем убивать прибывающих людей?

– А вот это правильный вопрос, Таня, очень правильный вопрос.

Глава 6

Ночь. Луна. Плеск волн за бортом. Эмоции, плещущие через край. Алкоголь приятно щекотал нервы. Воспоминания о голой заднице Виктора будоражили, а потому, войдя в каюту, Татьяна заперла дверь. Открытый иллюминатор нёс волшебный морской запах, добавляя романтическому настрою дополнительные краски. Она скинула себя одежду и мягким кошачьим движением скользнула под тонкую простынку. Руки её быстро обнаружили – спит без белья. Ждал меня, мерзавец, подумала Таня. Лёгкий запах свежести, исходивший от мужского тела – стало ещё сложнее держать себя в руках. Впрочем, она и не собиралась этого делать. Плавным движением она развернула Виктора к себе, поглаживая его тело. Её губы быстро нашли искомое, заставляя инструмент прийти в рабочее состояние.

– Таня, что происходит? – такое пробуждение стало для него воистину сюрпризом. Больше говорить он не мог.

Татьяна распалялась всё больше, ускоряя темп. Виктор захрипел, начав двигать бёдрами и в этот момент, Татьяна оторвалась от приятного занятия, скидывая с себя простынь. Она тяжело дышала, но движения её были быстрыми и чёткими. Несколько секунд и она оседлала своего жеребца, который с какой-то необузданной яростью стал вонзать в неё своё естество. Татьяна открыла рот, чувствуя приближение оргазма и спустя несколько секунд закричала, а тело выгнулось дугой, продолжая при этом, конвульсивно двигаться и нанизываться на крепкий молодой член.

– Что это было? – сказал Виктор, едва переступив порог ванной комнаты, – ты вела себя как дикая кошка, – он улыбнулся, обворожительно, как показалось Татьяне, в свете ночника, который висел на стене их каюты.

– Мне показалось, ты стал забывать обо мне, – негромко сказала она.

– Что за глупости, – с лёгким возмущением ответил он.

– Ну ты же чуть не прыгнул в объятия этой белокурой бестии, – хмыкнула она.

– Таня, это не серьёзно, – теперь в голосе Виктора звучала неприкрытая обида, – я был под воздействием боевой магии…

– Ух ты, теперь она стала боевой, – улыбнулась Таня, поправляя простынь на своей груди.

– Ну они же хотели нас убить, сожрать, вероятно, но в первую очередь убить, значит, это война, стало быть, и магия боевая, – он присел на край кровати, почувствовав возросшую качку, что мешала стоять расслабленно.

– Что ты видел? – вдруг спросила она, – почему разделся и хотел выпрыгнуть за борт.

Виктору хотелось расхохотаться в ответ на эти слова, но он сдержал себя. Да, действительно, выглядело наверняка, да и на слух достаточно смешно. Но стоило ему лечь спать, все воспоминания хлынули ему в мозг, как будто он играл в компьютерную игру от первого лица. И ему стало реально страшно.

– Ты не поверишь, – ухмыльнулся он.

– Почему?

– Это было похоже на сон, отчасти на какой-то наркотический бред…

– Ты пробовал наркотики? – удивилась Таня.

– Нет, – просто ответил Витя, – видимо, я так себе это представляю. В голове звучала музыка, и мне она казалась божественной, а ещё внутри музыки была песня, слов я не понимал, но она мне тоже казалась необыкновенной, волшебной, а обладатель этого голоса минимум ангелом. Когда она вынырнула поблизости от меня, я сначала задумался: почему корабль остановился? А потом мысль улетучилась, осталось только желание познакомиться, и я решил прыгнуть в воду. Затем пришла мысль, что надо раздеться, не в одежде же прыгать в воду. Вот я и разделся.

– А Винс, его голос ты слышал?

– Да, его голос я слышал, но мысль была такой: нахрена он влазит и портит волшебную мелодию?

– Ты же моя бедняжечка, – промурлыкала Таня, – чуть не погиб в лапах морских тварей, – она откинула простыню, – иди скорее к своей дикой кошечке, я тебя приласкаю, – и она дёрнула Виктора за руку, притягивая к себе.

***

Лёгкие перистые облака розоватого оттенка периодически прикрывали греющее от души солнце. Шёл четвёртый день морского путешествия. За эти несколько дней самым ярким происшествием стал ужин, который организовал прошедшим вечером Венециус. Он оказался и вправду искусным кулинаром. Доселе дуривший голову друзьям в то утро он попался на кухне с ножом в руках, в процессе творения некоего рыбного деликатеса, который вечером покорил дам. Виктору блюдо показалось вкусным, но не более того. Было много вкусного вина, и сегодняшнее утро было несколько смурным. Виктор не доводилось много путешествовать морем и сегодня его мутило. Когда он вышел на палубу, то застал Винса за курением трубки.

– Ого, Вини, ты куришь? – удивился он, пробираясь на нос судна, держась за перила.

– Балуюсь иногда, – хмыкнул тот и выпустил кольцо, что немедленно развеялось под дуновением встречного ветра, – ветер не даёт мне полностью насладиться процессом.

– Полностью? – переспросил Виктор, плюхаясь в некое подобие шезлонга, что в достаточном количестве были на каждом из двух носов корабля.

– Главное – это выпустить крепкое кольцо, остальное вторично, – философски заметил Тартариен.

– Как по мне, само курение вторично, – в тон ему ответил Виктор.

– Соглашусь, – кивнул Вини, – дурная привычка. Мне досталась от отца, – он глубоко вздохнул и снова затянулся, раскуривая трубку.

– Сколько нам ещё идти? – закрыв глаза, Витя растянулся в кресле.

– Совсем немного, – ответил Венециус.

– Ты говорил это и вчера.

– Верно, говорил, – согласился он, – сегодня к вечеру увидим берег Эридана, а если ты возьмёшь трубу, и направишь её по правому борту, то, вероятно, сможешь разглядеть очертания берегов Аргайра. Сейчас мы ближе к ним, но буквально несколько минут и корабль сделает поворот. Завтра утром мы будем вблизи устья Синтагмы. В течение дня доберёмся до Ливада. На этом наше морское путешествие закончится.

– Я бы сейчас выпил бокал прохладного вина, – мечтательно произнёс Витя.

– Виктор, – выдохнув дым ответил Винс, – похмеляться это плохая привычка, – он повернулся к товарищу, протягивая трубку: хочешь затяжку?

– О нет, лучше уж подремать, – он повернулся набок, устраиваясь поудобнее.

***

– Таня, – Галина вышла из кают-компании и сразу наткнулась на подругу, – а я тебя ищу.

Татьяна стояла, облокотившись на перила, и смотрела на бегущую между корпусами судна воду.

– Я не пряталась, – тихо ответила она, продолжая наслаждаться видом воды и тёплым, ласковым солнцем.