Денис Крылов – Параномия. Путь Феникса (страница 12)

– Таня, могла бы и разбудить, – буркнул он, усаживаясь за стол, который был вновь завален оружием. Прямо какое-то дежавю, решил Виктор. И тут же наткнулся на раздражённо-злой взгляд Татьяны.

– Выспался? – буркнула она.

– Да, и очень хочу есть, – с радостью откликнулся он, – а чего вы все сидите и молчите, случилось, что? – он чувствовал себя не в своей тарелке почему-то.

– Кое-что произошло, – с загадочной улыбкой молвил Венециус.

– Да здесь не кое-что, – возмущённым голосом сказала Татьяна, – тут ни фига себе, – Витя увидел, как тайком улыбается Галина и прячет глаза.

– Сейчас вообще ничего не понял, – теперь ощущения нахождения не в своей тарелке кратно увеличилось, казалось, все знают какую-то странную тайну про него, а он о ней ни сном ни духом, – что случилось-то? – он уже начинал нервничать.

– А сам-то ничего не помнишь? – зыркнула на него Таня.

– Вряд ли он что-то помнит, – уверенно сказал Тартариен, – расскажи о своём последнем воспоминании.

– Я проснулся в кровати.

– Кроме пробуждения, – улыбнулся Венециус.

Витя напряг память, но она отказывалась работать. Он вспомнил, как лежал в кровати рядом с Татьяной, омрачённый собственными мыслями. Всё. Точка.

– Ну я лёг спать, – неуверенно заметил он.

– Чего? – вдруг взъерепенилась Таня.

– Тише, тише Татьяна, – урезонил её Венециус, – он и вправду не помнит и абсолютно честен с тобой. Виктор, – повернулся он к мужчине, – милые женские лица, волшебные мелодии, манящее море. Что-то знакомое есть?

Смутные образы промелькнули и потухли, оставляя неприятное послевкусие. Витя отрицательно покачал головой.

– Есть вероятность, что память восстановится, впрочем, мне в любом случае придётся рассказать тебе всё о произошедшем за последние шесть часов, потому как иначе я не могу – ты подверг всех нас опасности и в первую очередь самого себя.

– Да что млять произошло, – психанул Витя.

– Жопу твою голую все увидели, вот что, – хлопнула по столу ладонью Татьяна. Она по-прежнему выглядела злой.

– В смысле, – удивился он.

Внутри у него пробежал холодок. Не было ещё такого случая, чтобы он не контролировал себя и не помнил, что с ним произошло, даже в самые пьяные дни с Суворовым – он помнил всё. Сейчас это был не просто удар по самолюбию – это было полное фиаско. И конечно же, Вите стало плохо. Он, с голой жопой? Да ну нах, не может быть.

– Трусы повисли, – в тон ему ответила Татьяна.

– Ты можешь нормально всё объяснить, – он начинал по-настоящему злиться, звук его голоса нарастал.

– Позволите, я? – вмешался Вини.

– Что случилось? – кинулся в его сторону Виктор, будто утопающий, хватаясь за соломинку.

– На нас напали, – спокойно начал Тартариен, – это моё упущение, безусловно, я должен был вам многое рассказать, но вы и сами понимаете, что мы были поставлены в форс-мажорные обстоятельства, а потому и не обошлось без накладок. Море, по которому мы сейчас путешествуем, называется морем Сирен.

– Да ладно, – не утерпев, вмешалась Татьяна, – эти твари сирены?

– Да, – просто ответил Вини, – мы зовём их сиренами, и, предвосхищая ваш вопрос, отвечу: да, я в курсе ваших историй про подобных бестий. Боюсь, они слегка приукрашены, а то, что вы видели сегодня, и есть истинная их ипостась, а из центрального доминиона они бежали, как и прочие, из-за войны.

– Да о ком вы говорите? – Витя нервничал всё ощутимее. Полное отсутствие понимания того, о чём говорят окружающие тебя люди, раздражало.

– Виктор, – продолжил Вини, – мы оставили женщин здесь и поднялись на палубу. Воздействие сирен различно, на всех по-разному, кого-то заставляют сидеть, сжавшись в комочек, кому-то хочется непременно встретиться с обладательницами волшебного голоса, в ком-то их чары вызывают злость, ненависть и желание крушить всё вокруг. К счастью, к нашему общему, надо сказать, счастью, отец воспитывал из меня мага и противодействие сиренам, с которыми мне ещё в детстве много раз приходилось сталкиваться, один из моих навыков. Я им давно не пользовался, это правда, а потому мне понадобилась твоя помощь.

– Значит, ты владеешь магией, как я и думал, – не удержавшись вставил свои пять копеек Витя.

– Да, Виктор, – продолжил он, – и ты мне очень помог, их внимание рассеялось, и я смог подготовить свой ответ.

– То есть ты взял меня как приманку? – обескураженно выдохнул Витя.

– Прости дружище, но это так. А ещё я должен был проверить твои антимагические способности. И, в общем, ты очень достойно держался. Причём без моей помощи. А когда твои силы иссякли, я отправил тебя внутрь. Кто же знал, что эти твари пойдут ва-банк. Рискованно было соваться в пространство между корпусами судна. Видимо, они решили, что ты настолько лёгкая цель, а я не смогу тебя защитить, борясь за свою жизнь. Но здесь появилась Татьяна, – улыбнулся Венециус.

– Татьяна, – удивился Виктор. Он ловил образы, вспыхивающие в его мозгу, но они ускользали, не давая чётких картин. От этого было отвратительно на душе.

– Скажи мне лучше ещё раз Вини, – сказала Татьяна, – что ты крикнул, – она бросила взгляд на Витю, – этому оболтусу.

– Что-то вроде беги в трюм и принеси пистолет, мне нужно было, чтобы он убрался с палубы, – просто ответил Тартариен.

Виктора вдруг пронзила яркая картина. Он стоит на палубе и видит качающуюся на волнах девушку, точнее, её голову.

– О чёрт, – вскрикнул он так, что Галина вздрогнула от неожиданности.

– Чего ты орёшь? – одёрнула его Таня.

– Я вспомнил, – затараторил он, – там была женщина между корпусами, я видел её голову, она улыбнулась мне. Блондинка вроде, – добавил Витя, – синие глазки.

Татьяна так резко захохотала, что Венециус бросил на неё осуждающий взгляд, который та проигнорировала.

– Синие глазки? – хохотала она.

– Это жестоко, Татьяна, – укорил её Вини.

– Видел бы ты её, когда она вынырнула, – хохот резко прекратился, – мерзкая зубастая тварь. Она бы сожрала тебя и не подавилась. Спасибо Вини. Что, кстати, с ними случилось?

– Они просто потеряли сознание, – небрежно сказал он.

– Надеюсь, они сдохли от этого, – скрипнула зубами Таня.

– Вряд ли, – улыбнулся Венециус.

– Я то какого хрена оказался без трусов? – вдруг ожил Витя.

– Видимо, собрался искупаться с ней, – зло выплюнула слова Таня.

– Прости его за это, – вмешался тут же Тартариен, – он был не в себе, проще говоря, вообще ничего не соображал, а потому не стоит на него злиться. Это действие магии сирен. На его месте мог оказаться кто угодно, и всё бы повторилось, – грустно добавил он, – я, к сожалению, был свидетелем подобного. Много отличных воинов погибло в зубах мерзких созданий.

– У нас есть цель, – тихо сказала Галина, – и желательно до неё добраться без потерь, а потому было неплохо Вини, если бы ты рассказал нам обо всех подводных камнях, что могут нас ждать в пути, – Татьяна бросила на девушку долгий и пронзительный взгляд, а потом опустила глаза, будто смутившись.

– Это дельное замечание Гала, – кивнул Тартариен.

– О, я ещё кое-что вспомнил, – вскрикнул Витя, обратив на себя внимание всех, – Венециус, когда мы были на палубе, мне пришла в голову мысль об устойчивости корабля и двигателе. Мы будто идём под парусами, звука двигателей вообще неслышно.

– Не удивительно, – улыбнулся Тартариен, – под парами мы идём.

– То есть это пароход? – удивилась Галя.

– Можно и так назвать, – снова улыбнулся Вини, – я не знаю всех тонкостей, я не механик и не инженер, могу сказать лишь, что движитель здесь работает на холодном синтезе ядер, для работы использует воду прямо из-за борта, превращая её в пар.

– Где же труба? – улыбнулась Галина.

– Какая труба? – смутился Тартариен.

– Из которой пар идёт, – влезла Таня.

О, – хохотнул он, – трубы нет, пар выходит через отверстия в боках судна, там, – он махнул рукой, – на корме.

– Ладно, – деловито встала Галя, – с оружием понятно, как и с кораблём. Что с подводными камнями?

***

Яркий свет ночного светила косо светил в иллюминатор. Штора иногда перекрывала это луч, создавая некий полуночный флёр. Татьяна сидела в кресле, потягивая из бокала игристое вино. В кресле напротив расположился Венециус, с таким же бокалом в руке. Тишину нарушал плеск волн и шум ветра. Однако долго она не продлилась.

– Но почему было просто не включить эту функцию и просто вернуть нас домой? – Татьяна говорила спокойным, даже умиротворённым голосом.

– Таня, могу я тебя так называть? – вкрадчиво спросил он.