Денис Краевский – Литературный авантюрно-юмористический сериал «Люди Дела». Книга первая. «Расклад» (страница 2)

– Галина Иннокентьевна, милая, ну что же вы! – вещал в гарнитуру бывший медвежатник по кличке Фитиль. – Наш препарат «Атлант-Форте» не просто боль снимает, он хрящевую ткань восстанавливает!

В этот момент входная дверь со скрипом отворилась, и в приемную вошел крепкий мужчина лет сорока в рабочей куртке. Он решительно направился к стойке секретарши.

– Мне нужен ваш начальник!

– У Сергея Павловича совещание, – не отрываясь от маникюра, ответила девушка.

– Значит, совещание у него сейчас закончится! – мужчина ударил кулаком по стойке. – Быстро позвала его!

Шум привлек внимание. Лашин вышел из своего кабинета.

– Я Сергей Павлович. Чем могу помочь?

– Ты, что ли, тут главный? – мужчина шагнул к нему, потрясая баночками «Эликсира Жизни».

– Ты моей матери эту дрянь продал на пятнадцать тысяч! Она пенсию всю отдала! Деньги верни, аферист!

Фитиль и Граф напряглись, но Лашин остановил их легким движением руки. Он сделал шаг навстречу. Его взгляд был абсолютно спокойным, но в нем появилось что-то такое, отчего мужчина инстинктивно сделал полшага назад.

– Во-первых, не кричи. Здесь люди работают, – тихо сказал Лашин. – Во-вторых, твою маму никто не заставлял. Она взрослый человек. В-третьих, если у тебя есть претензии – для этого есть суд. Можешь подавать. Мои адвокаты с удовольствием с тобой пообщаются. Особенно, когда в их адрес звучат слова вроде «аферист». Это уже клевета, статья.

Мужчина нахмурился, его напор стал спадать.

– Какие еще адвокаты?

– Самые лучшие, – пожал плечами Лашин. – Но я вижу, ты мужик рабочий, правильный. За мать переживаешь. Это по-человечески. Поэтому давай решим вопрос без суда.

Мужчина неуверенно кивнул.

– Вот и отлично. Лена, – обратился Лашин к секретарше, – принеси бланк соглашения о примирении.

Он повернулся обратно к посетителю.

– Мы вернем тебе часть суммы. В качестве жеста доброй воли. Скажем, десять тысяч. Ты подпишешь бумагу, что не имеешь к компании никаких претензий. И мы расходимся.

– Почему десять, а не пятнадцать? – насупился мужчина.

– Потому что пять – это стоимость моего потраченного времени. Можешь считать это платой за юридическую консультацию.

Лена принесла бланк. Лашин протянул его мужчине вместе с ручкой. Тот несколько секунд колебался, затем быстро чиркнул подпись. Лашин взял бумагу, проверил, затем достал из кармана десять тысяч и протянул ему.

– А баночки оставь матери. Пусть пьет. Вера, она, знаешь ли, тоже лечит. А теперь иди.

Мужчина, ошарашенно глядя то на деньги, то на Лашина, взял купюры и, ничего не сказав, развернулся и вышел. В офисе воцарилась тишина. Лашин посмотрел на свою «бригаду». На их лицах было восхищение.

– Что уставились? – бросил он. – Работайте. План сам себя не выполнит.

Он вернулся в свой кабинет. Он был хозяином стаи, который только что продемонстрировал, как вожак решает проблемы.

Внезапно идиллия в офисе «Эликсира Жизни» была разрушена. Входная дверь распахнулась с такой силой, что ударилась о стену, и в помещение, не говоря ни слова, вошли люди. Сначала трое – двое в аккуратных штатских костюмах, один в полицейской форме. Возглавлял процессию человек с усталым, ничего не выражающим лицом и тяжелым взглядом – это был оперуполномоченный Рассказов. Сразу за ними, заполняя собой весь дверной проем, в офис бесшумно влились пять человек в черной форме с надписями СОБР. В касках, бронежилетах, с короткими автоматами наперевес. «Тяжелые», как их называли.

Гудение колл-центра оборвалось на полуслове, словно кто-то выключил рубильник. Фитиль замер с телефонной трубкой у уха, его медовый голос застрял в горле. Ленка-Форточка инстинктивно вжалась в свое кресло.

– Кто здесь главный? – громко, но безэмоционально задал вопрос Рассказов. Вопрос был риторическим; его взгляд был уже направлен на единственного человека в комнате, который не выказывал страха.

Лашин спокойно шагнул ему навстречу. Он нутром чувствовал – это не обычная проверка. Это процедура. И сейчас, на глазах у его «бригады», было важно не потерять лицо.

– Лашин Сергей Павлович. Директор, – представился он, его голос звучал ровно.

– Рассказов Сергей Валентинович, старший оперуполномоченный УБЭП по Таганскому району. У нас постановление на обыск, – он протянул Лашину сложенный вдвое лист бумаги. – Прошу во время обыска всем оставаться на своих местах и помещение не покидать.

Он кивнул своим подчиненным, и те, двигаясь слаженно и методично, как хирургическая бригада, принялись за работу. Один отключал сервер, другие начали упаковывать системные блоки компьютеров в черные мешки.

Лашин развернул постановление. Его взгляд быстро пробежался по строчкам. Он искал не суть, он искал ошибки. Но все было оформлено безупречно. Он достал телефон и спокойно сфотографировал документ. Уголовное дело было возбуждено по статье 159, часть 4 – мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере.

Он всё понял. Это была не попытка посадить его. Для этого не нужен был такой спектакль. Его бы приняли тихо, мордой в пол, и через сутки он бы уже знакомился с сокамерниками в СИЗО. Нет, это была процедура давления. Сигнал. Оставалось лишь точно определить отправителя, хотя он уже догадывался.

Это была системная, методичная работа на уничтожение его маленькой империи. Капитан Харченко, его «крыша» из экономического отдела, перестал отвечать на звонки еще неделю назад. Лашин прокрутил в голове варианты. Либо Харченко самого «приняли», что маловероятно – такие, как он, тонут редко. Либо, что более вероятно, он решил сдать его бизнес кому-то повыше, обменяв его на более выгодное партнерство.

– Хорошо, – спокойно кивнул Лашин Рассказову, понимая, что сопротивление бесполезно. – Поехали. Только дайте один звонок сделать. Адвокату.

Рассказов безразлично пожал плечами. Для него это была рутина.

Лашин достал телефон, нашел в контактах номер, который не использовал уже несколько лет. Номер человека, который вытаскивал его из таких передряг, из которых, казалось, не было выхода.

Ростов-на-Дону, 1999 год.

На заре туманной юности, в свои семнадцать лет, они с неизменным подельником Димой Калжи по кличке «Калач» начали выстраивать свой жизненный путь в одной из «бригад криминального подряда». Карьера их в качестве стажеров воровских университетов складывалась далеко не всегда удачно. «Фарт», неизбежный спутник на их пути, иногда стыдливо прикрывал глаза, потому что закрывать их на смешные глупости подростков-вороваек бывало просто невозможно. Они работали в “бригаде братьев Фредов” и каждый раз когда они “попадали” Женя Фред постоянно их вытаскивал.

Ну что сказать, если после удачно выставленной квартиры, куда Серега «Лапша» пробрался через форточку, открыл дверь изнутри, и они вынесли достаточно весомый куш в виде наличных и драгоценностей, пока хозяин спал в другой комнате. Уже выходя из подъезда, Дима-Калач вдруг остановился. – Слушай, на хате-то телевизор у нас стремный. – И? – не понял Лашин. – А там плазма. Подержи, я сейчас, – и, отдав пакет с драгоценностями, оставив Серегу с открытым для возражения ртом, Калач побежал вверх по лестнице обратно в хату.

Он успел забрать присмотренный LG и уже выходил, когда из спальни вышел проснувшийся хозяин и начал предъявлять свои возражения, активно голося и отвешивая тумаки жадному Димасу. К вечеру оба были в ОВД Пролетарского района г. Ростова-на-Дону.

Жене Фреду, их старшему товарищу, начальник ОВД позвонил около десяти вечера.

– Привет. У меня в телевизоре твои Лапша и Калач. Что делать будем?

– Сейчас буду думать. После недолгой паузы кнопки телефона пропиликали мелодию.

– Борисыч, там Калач и Лапша опять залетели. В «пролетарке». Не знаю, что там. Разберешься? Можешь подскочить?

– Ок, – ответил на том конце провода молодой, но уже тогда очень эффективный адвокат Денис Краевский.

Краевский был в ОВД около одиннадцати. Там же, на ступеньках, его ждал отец Лашина. – Я сейчас пойду узнаю обстановку и скажу, что там по деньгам будет надо, – бросил ему Краевский и зашел в привычные интерьеры. Кивнув знакомому пэпээснику, он пошел на третий этаж к операм.

Начальник розыска Олег уже его ждал. На его столе стояла бутылка водки, какие-то бутерброды с огурцами и две уже налитые стопочки. Краевский, войдя, сел на стул, поднял стопку и, чокнувшись с Олегом, махнул ее, с оттягом выдохнул и закусил огурчиком. – Ну, что там опять? – Анекдот, – и Олег рассказал фабулу сюжета.

– Ну, терпиле все вернули же, ущерба нет, кроме морального. Получается, с терпилой сами решите, что по итогу?

– Ну, давай пять тысяч и расход. Это чисто из уважения.

– Дай десять минут, с папой переговорю.

Краевский вышел на ступеньки перед райотделом. К нему подошел Евгений Евгеньевич, отец Лапши.

– Ну что?

– В принципе, все более-менее. Можно отскочить. Цена вопроса – десять тысяч. За обоих.

– Не вопрос.

Но только он это произнес, раздался звон битого стекла. И из окна третьего этажа с криком «Они нас пиздят!» вылетел Сергей.

Во дворе ОВД началась суета. Внутрь никого не пускали. Начальник розыска Олег, с матом и до багровой рожи разрывая рот, орал на весь двор:

– Всех нахуй из ОВД!

Для Лапши такие истории тогда были обычным фоном жизни. Ещё один день, ещё одна поножовщина, ещё один обыск. Всё это напоминало дурной сериал, который почему-то не снимали с эфира.