Денис Громов – Песня смерти (страница 13)
— Дед, смотри сам, я уже вторые сутки на ногах, один раз всего поел, до дома как до Китая раком, мотаюсь тут по твоим делам и во всякие неприятности встреваю. Короче, своих дел ничего не сделано. А ты тут еще работенку подкидываешь. Нехорошо.
— Ты что, поссориться хочешь? — Надвинулся на меня Медведар.
— Нет. — Спокойно ответил я. — Но мне чужих забот не надо.
— Ладно, заберу ее. — Махнул рукой волхв. — Хотел тебе, было, подарок сделать за помощь твою бескорыстную, а ты вон как.
— Нихрена себе, подарок сделать! Ты ж только что нас открытым текстом послал, мол тебе некогда, сами разбирайтесь. — Начал возмущаться я. — А что за подарок?
— Домой хочешь? — Неожиданно спросил меня старик. — Вот прям сейчас?
— Прям домой? — Просиял я.
— Не туда домой, откуда ты прибыл! Это невозможно! А в том смысле, домой, это куда ты сейчас стремишься. Под Рязань куда-то.
— Хочу! А как?
— Дело одно для меня надо сделать…
— Да пошел ты, дед! Мне от тебя одни проблемы.
— Да не сейчас дело. Потом. По-возможности. А отправить я тебя и сейчас могу.
— А что делать-то надо будет? Опять долги собирать? Я тебе коллектором не нанимался!
— Нет. Не переживай. Дело плевое. Нужно будет в Подмосковье найти боярина Шишку и передать ему вот, шишку.
— Ага, а потом его еще и на шишку одеть, да? — Съязвил я.
— Ты мне эти непотребства не говори! Язык вырву. — Пригрозил Медведар. — Шишку эту ему прямо в руки отдавать не обязательно. С ним даже видеться не обязательно. Просто подкинь ему ее куда-нибудь в главной усадьбе. И все.
— Диверсию, значит, моими руками провернуть хочешь? — Догадался я. — Она типа взорвется, или воспламенится, или еще каким дерьмом изойдет. А отвечать за это опять я буду?
— Ну, ты можешь как-нибудь тайно к нему пробраться и подкинуть.
— А самому не проще подкинуть? На орлах, например. — Припомнил я Властелина колец.
— Хорошая идея! — Просветлел лицом волхв. — Но не пойдет. Тут, понимаешь, важна сама система «ты мне — я тебе». Карма улучшается.
— Это из индийской мифологии. Откуда ты про нее знаешь?
— Ты что думаешь, если мы люди дремучие, так и знать ничего не знаем? Как бы не так! — Просветил меня служитель Велеса. — Короче, давай так, я тебе помогу, но в благородство играть не буду. Значит, за то что шишку Шишке подбросишь, я тебя прямо сейчас, авансом, в Рязань отправлю. На выполнение тебе сроку — месяц. Еще что: мне твоя Гыня сейчас даром не сдалась. На самом деле, когда она нужна была, срок уже как с год вышел. Я ее у купца больше для репутации забрал. Так вот, пристроишь ее куда-нибудь или себе оставишь, я тебя за это отблагодарю. Подарок тебе сделаю! Полезный.
— Авансом? — На всякий случай решил уточнить я, не понимая, откуда он вообще знает это слово.
— Пусть будет авансом. — Согласился волхв.
— Научи меня магии! — Потребовал я.
— Ага, сейчас, подпрыгну. — Откровенно заржал хранитель леса. — Магии люди годами учатся! Каналы развивают, заклинания учат. А тебе вот так взять и научить.
— Но хозяин этого тела ведь что-то знал, что-то умел. — Резонно заметил я.
— А, ну если таким способом. — Волхв почесал кустистую бороду. — тогда есть вариант: нужно смотаться в Навь, найти там его душу, заключить в особый сосуд, притащить сюда, провести специальный обряд с призывом высших сил и массовыми жертвоприношениями и вот тогда, то что умел ранее хозяин этого тела, возможно перейдет к тебе. Но ты сам подумай, оно того стоит?
Я мысленно прикинул, учитывая, что Беляев был задохликом и слабаком, навряд ли он успел нахвататься чего-нибудь полезного в магии. Точнее, ничего такого, чего не смогу освоить я.
— Дам тебе совет попроще: найди учителя и занимайся. Если тело к этому делу привычно, а каналы магии достаточно развиты, то ты быстро выйдешь на уровень прежнего хозяина. Понял?
— Понял. — Соглашаясь кивнул я. Надеюсь, что моем родовом поместье такой учитель магии найдется. Удивится он, конечно, что его ученик все напрочь позабыл, но не откажет же в повторном обучении?
На том и договорились. Я уже предвкушал шикарный ужин в поместье Беляевых, а потом сладких сон на взбитых перинах, когда мы втроем сгрудились возле Медведара. Интересно, какой портал будет? Большой? Маленький? Со спецэффектами или без? В первый раз все таки.
— Ну? — Поторопил я старика.
— Что «ну»? — Ответил он.
— Где портал?
— Там. — Волхв указал на ближайшее дерево.
— Я ничего не вижу! — Пожаловался я.
— Тень видишь под деревом? Необычная такая. Колышется еще.
— Ага. Странная какая-то. — Подтвердил я.
— Ну вот и шагай в нее.
— Вот так прям взять туда и шагнуть? — На всякий случай уточнил я.
— Бери и шагай! — Рассердился Медведар и схватив меня за шиворот метнул прямиком к дереву. Ну и силища у него! Даром, что старик.
Долетел я почти до самой тени. Остановился аккурат у ее границы. Блин, что-то как-то не по себе. Больше я ничего подумать не успел — в спину меня кто-то толкнул и я провалился в какую-то черную бездну.
Открываю глаза — лес. Почти такой же, как и тот, в котором я только что был. А вот и мои спутники: Филька и Гыня.
— Не понял, а куда идти? — Спросил я пустоту. Медведар за нами не пошел.
— Туда! — Поводив носом указал рукой оборотень.
— С чего взял? — Поинтересовался я, отметив, что лес вокруг стоит абсолютно одинаковый и ничем одна его сторона от другой не отличается.
— Гарью тянет. — Мрачно резюмировал Филька. — А еще мясом паленым. Человеческим.
Враги сожгли родимую хату
Вот, сука! Опять неприятности впереди. А я, как всегда, к ним не готов. Из оружия только шашка, отобранная у бандитов Федьки Умойрыло и монетка. Ну не серьезно же! Дайте мне немного времени! Эй, там, наверху! Кто пишет историю мой жизни, я к тебе обращаюсь: дай мне время на раскачку! Мне тело в порядок надо приводить. Магию изучать. А не вот это вот всё.
Не слышит. Блин, забыл, может и нет в этом мире того бога, к которому я взываю. Тут же сплошь язычники! Тьфу, ты.
Лес, в котором мы появились вскоре кончился. Перед нами открылся вид на бескрайние поля и перелески. Все сплошь чем-то засажено. Некстати подумалось, что было бы неплохо и мне кому-нибудь засадить. Отогнал эту мысль прочь.
Вдалеке, почти на грани видимости, показались черные дымы, поднимающиеся от горящих строений. Пожар стоял знатный. Кто это? Что это? Не понятно.
Сердце почему-то защемило от неприятного предчувствия. А ну как это мой дом горит? В смысле, Беляева. Там же люди могут быть. А им помощь нужна!
Сначала прибавил шагу. Хоть сил почти и не оставалось, перешел на бег трусцой. Филька посадил себе на загривок Гыню и побежал рядом (зрелище было конечно еще то).
Примерно с четверть часа понадобилось на то, чтобы добраться до места, откуда поднимались в небо дымы. Горела большая усадьба. Точнее, догорала. Толпа народа. Крестьянские мужики, перемазанные в саже, голосящие женщины, дети, с перепуганными лицами.
Наше появление заметили. Толпа расступилась, давай проход к пожарищу. Судя по лицам, со следами узнавания, я для них личность известная. Если это усадьба Беляевых, то Медведар исключительно угадал с местом нашего приземления.
Прошли середину толпы, состоящую примерно из пятидесяти крестьян. Со всех сторон послышались шепотки. Сначала тихие, потом чуть громче:
— Кажись, бельчонок. Сам.
— Глядите, непутевый явился.
— Ой, что теперь с нами будет? По миру пойдем!
Нас встретил тип старшего возраста, одет по крестьянски, борода здоровая, лопатой. Оказалось, это местный староста. Он нам и разъяснил ситуацию. Мол, прости, барин, не доглядели. Налетели люди лихие, поместных людей побили, дом сожгли. Матушку вашу, вместе с бабушкой, в доме заперли. Там заживо и сгорели.
Это что ж за страна такая? Что можно запросто средь бела дня наехать толпой и такой ужас натворить? Куда власть смотрит? Ладно, дом спалили, женщин-то, женщин нахрена убивать? Кулаки сами собой сжались до белого каления.
— И что, защитить их некому было? — Возопил я на старосту, как будто это он был виноват в гибели людей. На самом-то деле я понимал, что виноват исключительно я один. Ставлю все, что у меня есть — это дело рук Василия Троекурова. Больше некому. Я опозорил его. А позор смывается кровью. И еще большим позором.
— Да у нас-то и защищать некому было. Один старый ветеран-калека, что истопником в судьбе работал. Да и того походя зарубили. Матушка ваша магией почти не владела. Бабушка вот, Прасковья Федоровна, та хоть и боевая была, да все одно против молодых воев не устояла.